Главная / Газета 15 Января 2014 г. 00:00 / В мире

Нефтяной фонд помощи

Доходы от природных ресурсов сделали Норвегию страной миллионеров

АЛЕКСЕЙ СМИРНОВ, Стокгольм

Всю планету облетела новость, заставившая позеленеть от зависти министров финансов многих западных стран. Норвежский Нефтяной фонд, аккумулирующий доходы от продажи нефти и газа, добываемых на шельфе этой страны, достиг стоимости в 5,11 трлн. норвежских крон. Если поделить эти деньги на все население страны фиордов, составляющее чуть более пяти млн. человек, каждый норвежец стал «кроновым» миллионером. В долларах это означает порядка 180 тыс. на одного жителя.

Формула успеха, по мнению многих норвежских и зарубежных экспертов, заключается в том, что фонд «отдает» своей родине лишь 4% средств – это примерно годовая его прибыль. Остальное размещается в зарубежных ценных бумагах, дабы избежать перегрева экономики и сохранить ее конкурентоспособность. Однако даже 4% хватает, чтобы поддерживать высокий уровень жизни в стране. Несмотря на официальную безработицу всего в 3%, каждый пятый взрослый норвежец в реальности не трудится, обучаясь на курсах повышения квалификации, в вузах или просто сидя на длительном больничном. Средства к существованию этим людям дает Нефтяной фонд. Еще один крупный получатель дотаций из этой «кормушки» – сельское хозяйство. Фермеры Норвегии считаются самыми зависимыми от субсидий в западном мире: их продукция дотируется от 60 до 80%.

Бедная страна на окраине Европы вытащила свой «золотой» лотерейный билет в 1958 году, когда на международной конференции в Женеве был проведен раздел Северного моря на национальные сектора. Норвегии досталось 160 тыс. кв. километров водной поверхности к югу от 62 градуса северной широты. Как вскоре выяснилось, это была настоящая сокровищница, богатая нефтью и газом. Норвегию захлестнул поток шальных нефтедолларов, давших стране неофициальное название «Северный Кувейт». Нефть и газ дают сегодня четверть всего прироста ВВП. Прочая промышленность – всего 10%.

После первых лет нефтяной эйфории наступило отрезвление. Политики и экономисты заговорили о том, что страна может «захлебнуться» в нефти, которая уничтожит всю промышленность, а трудовую нацию превратит в рантье, не желающих и разучившихся работать. Итогом дискуссий стало создание специального Нефтяного фонда или, как он официально называется, «Государственный пенсионный фонд – Заграница», аккумулировавшего средства, получаемые от продажи углеводородов. В экономику страны поступала лишь их часть, после специального решения парламента. Прибыль от нефти и газа даже не учитывается в ВВП Норвегии. Центробанк, в структуру которого входит Фонд, установил правила управления им, нацеленные на максимальное снижение рисков. 60% средств следовало помещать в облигации, дающие невысокую фиксированную прибыль, но считающиеся самыми надежными ценными бумагами, а 40% – в акции зарубежных компаний, количество которых выбиралось в соответствии со специальным индексом, учитывающим «вес» той или иной компании на бирже. Центробанк определял даже географию покупок. 40–60% вложений следовало направлять в Европу, 20–40% – в США, 10–30% – в Азию и Океанию.

Несколько лет назад парламент, недовольный спадом доходности Фонда, пригласил оценить его деятельность трех ведущих мировых экономистов, профессоров Эндрю Энга из Columbia Business School, Уильяма Гоцмана из Yale School of Management и Стивена Шэфера из London Business School. Ревизоры пришли к выводу, что «гениальных» управляющих, которые, как они сами утверждали, вели самостоятельный поиск ценных бумаг, руководствуясь своими знаниями и опытом, с успехом можно заменить специально запрограммированным компьютером. Итогом проверки стало значительное снижение бонусов и зарплат сотрудников Фонда.

Однако эти меры не решили основную проблему главной сокровищницы страны: замедление темпов ее пополнения. На 2000 год пришелся пик добычи нефти на норвежском шельфе, со дна ежедневно выкачивалось 3,1 млн. баррелей. С тех пор шел неуклонный спад, достигший в прошлом году примерно 30%. Если в ближайшее время не будут найдены и разработаны новые залежи, в течение десяти лет, по оценке норвежского Директората нефти, добыча упадет в два раза. Последние большие открытия были сделаны в 1980-е годы. Надежды на разработку запасов углеводородов на севере, в Баренцевом море, пока иллюзорны. Нефтяное лобби встречает жесткое сопротивление со стороны рыбаков и владельцев ферм по разведению лосося, представляющих одну из важнейших экспортных отраслей страны, которой к тому же не грозит истощение ресурсов при условии бережного отношения к природе.

Газа, дающего сегодня примерно 40% прибыли от продажи углеводородов, хватит на несколько более длительный срок. В 2014 году, как полагает Директорат нефти, газ обойдет по прибыльности нефть, но и его добыча будет стремительно падать. К 2030 году она составит пятую часть «пиковой», которая придется на 2014 год. В ближайшие годы, по мнению некоторых экспертов, речь может пойти о коренной трансформации деятельности Фонда и даже о замораживании поступлений в него денег.

Опубликовано в номере «НИ» от 15 января 2014 г.


Актуально


Регионы


Новости дня

Наверх
Читайте наши новости в соцсетях!

Подписаться на новости: