Главная / Газета 22 Июля 2011 г. 00:00 / В мире

Тоска по людоеду

Все больше камбоджийцев с ностальгией вспоминают страшные времена режима Пол Пота

Вадим МЕЩЕРЯКОВ, Бангкок–Пномпень

В Пномпене судят самых страшных преступников современности. На скамье подсудимых – оставшиеся в живых руководители режима «красных кхмеров»: их идеолог Нуон Чеа, экс-министр иностранных дел Иенг Сари, его жена Иенг Тхиритх, а также формальный глава правительства Кхиеу Сампфан. Находясь у власти с 1975 по 1979 год, они с исключительной жестокостью уничтожили почти полтора миллиона своих соотечественников – одну треть населения страны. Кадры забитых мотыгами людей и фотографии замученных в зловещей тюрьме S-21 облетели весь мир, давно став классикой фотодокументалистики. Казалось бы, не может найтись в этой стране ни одного человека, который, находясь в здравом уме и твердой памяти, будет защищать «бывших». Однако если смотреть на ситуацию не со стороны, она выглядит куда более сложной.

Террор «красных кхмеров» готовы оправдывать те, кто его не помнит.<BR>Фото: AP
Террор «красных кхмеров» готовы оправдывать те, кто его не помнит.
Фото: AP
shadow
Гигантская свалка Стунг-Меанчей в столице Камбоджи Пномпене. Один из ее обитателей, Тит Сеам, разоткровенничался с корреспондентом «НИ» о временах правления «красных кхмеров». «Да, при Пол Поте было много плохого. Но было и много хорошего. Люди в деревнях не голодали и не продавали землю», – говорит он. При слове «земля» Тит Сеам грустнеет. Его история и история его семьи типична для тех, кто оказался на свалке. Они жили в деревне, потом в семье случилось несчастье: тяжело заболел дедушка. Чтобы оплачивать лечение, пришлось заложить участок и дом. В результате семья, оставшаяся без средств к существованию, отправилась в столицу. Здесь она присоединилась к множеству таких же, как они, вчерашних крестьян, которые живут сортировкой и продажей найденного на свалке. В день выходит где-то около тысячи риэлей (примерно 50 центов) – по местным меркам неплохо. Теперь семья живет по месту «работы» – в одном из самодельных домиков, которые из подручных материалов сооружают обитатели Стунг-Меанчей. Как уверяет Тит Сеам, среди его соседей довольно много тех, кто если не с тоской, то с пониманием относится к временам Пол Пота. Причем таковые есть, по его словам, не только среди тех, кто, как он, застал времена правления «красных кхмеров» в очень юном возрасте (он родился в начале семидесятых), но и среди отчетливо помнящих полпотовские порядки. «Только они помалкивают, потому что те времена не принято хвалить. О них вообще не принято говорить», – утверждает он.

Действительно, не только хорошие слова, но и разговоры о прошлом 30-летней давности в современной Камбодже не в чести. Дело тут не только в том, что большинство нынешней правящей верхушки в стране – это бывшие «красные кхмеры». И не в том, что в стране до середины 90-х бушевала гражданская война, одной из сторон в которой были полпотовцы. «Люди не хотят вспоминать прошлое. Это еще не зажившая рана. Для кого-то эти воспоминания слишком тяжелы, для кого-то – слишком неудобны. В результате в атмосфере всеобщего молчания рождается мифотворчество, которое расцветает в основном среди молодого поколения, не заставшего времена Пол Пота», – рассказывает «НИ» профессор Сок, камбоджийский эмигрант, ныне живущий в Австралии. По его мнению, ностальгирующие по «красным кхмерам» не столько действительно желают возвращения кровавых полпотовских времен, сколько таким образом протестуют против нынешней камбоджийской действительности: ужасающей бедности, коррупции, авторитарного правления. «У вас ведь по тем же причинам многие Сталина поддерживают, правда?» – спрашивает Сок.

Насколько распространены симпатии к «красным кхмерам», сказать трудно. Соответствующие социологические исследования в стране не проводятся. Можно судить лишь примерно. Как рассказал профессор Сок, примерно два года назад в Пномпеньском университете проводили опрос среди студентов. Их просили назвать самых выдающихся личностей в истории Камбоджи. Примерно треть назвала Пол Пота.

Кхтьиау Конг, наверное, мог бы быть одним из тех, кто дал бы такой ответ. Он тоже студент, но (это редкий случай для камбоджийца) учится в соседнем Таиланде. Мы беседуем с ним, сидя в уютном кафе столицы Таиланда Бангкока. Если из обитателя пномпеньской свалки мне приходилось через переводчика буквально вытягивать ответы, то Кхтъиау Конг словоохотлив. Он подробно рассказывает о теории аграрной революции Пол Пота, говорит о том, что утверждения о зверствах «красных кхмеров» преувеличены, что от американских бомб и вьетнамских войск в Камбодже погибало не меньше народа. ремонт квартир Потом переводит разговор на «тоталитарную диктатуру» нынешнего камбоджийского премьер-министра Хун Сена. Он, как убеждает меня юноша, не заслуживает снисхождения, потому что отказался от своей дочери, когда узнал, что она лесбиянка. Я с некоторым трудом прерываю его и пытаюсь перевести разговор на его личные воспоминания о временах Пол Пота. А этих воспоминаний нет: Кхтъиау Конг родился в 1988 году. На вопрос, пострадал ли кто-нибудь в его семье от «красных кхмеров», он отвечает, что да, пострадал. Называет имена погибших родственников, правда, дальних: его отец и мать в годы правления Пол Пота жили в Таиланде. Смерть своих близких Кхтъиау Конг объясняет войной и «отдельными перегибами». Но даже за эти «перегибы» он предлагает «красных кхмеров», которых сейчас судят в Пномпене, не держать в тюрьме пожизненно: ведь они слишком стары.

Уже в Камбодже я заговорил о своем тайском собеседнике с одним из моторикшей. Его реакция оказалась эмоциональной: при Пол Поте были убиты его брат и отец. «Сейчас их убийцы сидят в тюрьме с кондиционером, а мои родные мертвы. Я хочу, чтобы они тоже были мертвы. Как можно их защищать? Для этого надо быть или сумасшедшим, или подлецом», – убежденно говорит мой собеседник.

Опубликовано в номере «НИ» от 22 июля 2011 г.


Актуально


Новости дня

Наверх
Читайте наши новости в соцсетях!

Подписаться на новости: