Экономить или тратить?

Пожалуй, самое обсуждаемое сейчас событие в экономике Европы – понижение рейтинга гособлигаций Португалии сразу на два пункта. Среди причин, заставивших сразу два из трех крупнейших мировых рейтинговых агентств пойти на такой шаг, называют, в частности, опасения, что экономические реформы не принесут результата. Это обострило споры о том, какой путь борьбы с кризисом эффективнее: европейский, заключающийся в жесткой экономии, или американский, в основе которого увеличение госрасходов.

В прошлом году дефицит бюджета Португалии составил 9,4% от ВВП. С одной стороны, это меньше, чем в Греции, Ирландии или Испании, но все равно втрое больше, чем разрешает Брюссель. По оценкам специалистов, в 2012–2013 годах отношение размера госдолга страны к ВВП может вырасти до 90%, а соотношение госдолга и доходов правительства – до 210%. Португальский Центробанк немного поднял позавчера прогноз по росту экономики на 2010 год, но сильно снизил его на 2011-й – с 0,8 до 0,2%, объяснив это мерами по снижению дефицита и тяжелым положением на рынке труда.

Снижение рейтинга Португалии с новой силой возродило дискуссии о том, кто идет из кризиса правильным путем: Европа, которая на всем экономит, или Америка, которая не боится наращивать госрасходы. Многие международные финансовые организации (в частности, МВФ и Европейский центробанк) на стороне Старого Света. Однако португальский пример показывает, что европейцам, возможно, придется терпеть непопулярные меры властей и затягивать пояса намного дольше, чем им обещают политики. Ведь Лиссабон экономит уже почти 10 лет, но ничего этим не добился.

Португалия одной из первых стала пожинать плоды создания еврозоны. Надежды на то, что евро даст стране стабильную валюту, низкие процентные ставки и свободный доступ к одной из самых больших в мире торговых зон, ускорит экономическое развитие, не оправдались. А ведь два десятилетия назад во всем мире говорили о «португальском чуде». В первой половине 90-х годов правительство страны начало проводить меры по либерализации экономики, которые привели к росту зарплат, инвестициям и экономическому буму. Однако «чудо» содержало в себе семена, которые проросли и привели к краху: когда увеличивались налоговые поступления, необходимость тщательно считать деньги и продолжать курс на либерализацию экономики уменьшалась.

Особенно негативно переход на евро в 1999 году сказался на главной отрасли португальской экономики – текстильной. Она не сумела использовать дешевые кредиты и огромный европейский рынок, чтобы заложить основы для долговременного роста. Португальский текстиль оказался слишком дорогим, чтобы конкурировать с дешевой продукцией из Китая и Восточной Европы. Не говоря уже о Франции и Италии – законодательницах в мире моды. Промышленно развитый север, где находится до 80% из приблизительно 7 тыс. португальских компаний, связанных с текстильным производством, пострадал сильнее остальных районов. Численность работников в отрасли в 2003–2009 годах сократилась более чем на 25% и сейчас лишь немного превышает 160 тыс. человек.

Не сбылись надежды Лиссабона и на то, что он легко удержится в рамках разрешенного Брюсселем 3-процентного дефицита госбюджета. Уже в 2002 году Португалия первой в ЕС была предупреждена о необходимости его снижения. В то время как Испания, Ирландия и Греция надували пузыри на рынке недвижимости и безудержно тратили миллиарды, Португалии пришлось уже тогда проводить меры ограниченной экономии: замораживать зарплаты госслужащим и увеличивать налог на добавленную стоимость, что ложилось дополнительным бременем на экономику. Когда же стало очевидно, что этого мало, правительство решило менять пенсионную систему. Все это не могло не сказаться на политической стабильности: в 2001–2005 годах в стране сменились четыре премьер-министра.

Большинство экономистов считают, что меры экономии были недостаточны. Расходы правительства по-прежнему составляют более половины ВВП Португалии. При этом если в конце 90-х годов экономический рост составлял около 5% в год, то после 2000-го он снизился в среднем до 0,8%. По этому показателю Лиссабон надолго застрял в самом низу еврозоны.

Вторая волна кризиса заставила правительство учесть ошибки прошлого и принять более радикальный план экономии, направленный на снижение дефицита в этом году до 7,3%. Кое-какие результаты это уже принесло. В первом квартале, к примеру, благодаря росту экспорта и внутреннего потребления, а также банковского кредитования ВВП вырос более чем на 4% в годовом исчислении. Однако критики европейской модели борьбы с кризисом считают, что снижение расходов государства и повышение налогов не может спасти периферийные европейские экономики. По их мнению, необходимы структурные реформы в таких сферах, как рынок труда, законодательство для бизнеса и система налогообложения. Бизнесмены в самой Португалии уверены, что будущее страны зависит от того, продолжит ли правительство либерализацию экономики. Если нет, предупреждают они, худшие времена для страны еще впереди.