Шведский парламент признал геноцид армян – Турция в шоке

Шведский парламент принял резолюцию, признающую геноцидом убийство в 1915–1918 годах около двух миллионов армян, а также представителей других христианских меньшинств в Османской империи – ассирийцев, сирийцев, халдеев и понтийских греков. Риксдаг потребовал от правительства, чтобы оно добивалось признания Турцией этого факта, а от ЕС и ООН – оказания давления на другие страны, чтобы их парламенты приняли аналогичный документ.

Турецкое телевидение вело из Стокгольма прямую трансляцию дебатов в риксдаге, и реакция Анкары на их итоги была мгновенной и предсказуемой. Посол Турции в Швеции был отозван домой для консультаций, а премьер-министр страны Реджеп Тайип Эрдоган отменил запланированный на эту неделю визит в Стокгольм. По всей Турции прошли массовые демонстрации протеста, шведские компании в этой стране сообщают о разорванных контрактах.

Впервые решение о признании геноцидом убийств представителей этнических христианских групп в Османской империи в годы Первой мировой войны было принято французскими парламентариями в 2006 году под давлением мощной армянской диаспоры в этой стране. Затем примеру Парижа последовали Великобритания, Германия и – совсем недавно – США. Однако, как отмечают стокгольмские обозреватели, взрывная реакция Турции последовала именно на шведскую резолюцию. Ведь у Швеции и Турции давно сложились близкие отношения. И вот теперь такой «удар в спину».

Резолюцию риксдага провела левая оппозиция, которую поддержали 4 депутата от буржуазных партий. Мина была заложена на осеннем конгрессе социал-демократической партии, когда депутаты из нескольких южных пригородов Стокгольма, населенных представителями этнических групп, в пользу которых было принято это парламентское решение, заявили о необходимости осудить геноцид. В противном случае эсдеки могли лишиться голосов иммигрантов на предстоящих в конце 2010 года выборах. Нынешний шведско-турецкий скандал, по мнению ряда экспертов, показал одну характерную особенность современной международной политики, при которой даже относительно небольшие, но сплоченные иммигрантские группы могут оказывать влияние на межгосударственные отношения.