Церковно-политический раскол

Вчера исполняющий обязанности иерарха Сухумско-Абхазской епархии иерей отец Виссарион сообщил о полном и окончательном разрыве с Грузинской православной церковью. Это заявление он сделал после собрания всех церковных служителей епархии в Сухумском кафедральном соборе, и принял решение официально покинуть лоно ГПЦ. Отец Виссарион объявил о том, что абхазские православные намерены создать собственную поместную православную церковь с двумя епархиями, Пицундской и Сухумской. Если это намерение удастся, к политическому разрыву с Грузией добавится еще и религиозный.

Грузинский патриарх католикос Илия Второй, как и следовало ожидать, сразу объявил создающуюся церковь нелегитимной. «Мы не воспринимаем это заявление серьезно», – сказал он на встрече с грузинскими парламентариями. Не спешит признавать вновь создающуюся церковь и Московский патриархат. Во всяком случае, ничто не свидетельствует о том, что демарш абхазских православных был как-то согласован с Москвой. Да и сама епархия после первой грузино-абхазской войны была провозглашена абхазскими православными самостоятельно, без согласия Москвы. Не случайно в словах отца Виссариона слышался явственный упрек в адрес РПЦ. «Мы неоднократно заявляли о себе и обращались во все высшие православные инстанции, но все они молчали, поскольку не хотели портить отношения с грузинской епархией», – сказал иерарх.

Действительно, даже после августовской войны и признания Россией Абхазии и Южной Осетии Русская православная церковь твердо придерживалась одной точки зрения: абхазские и юго-осетинские епархии – каноническая территория Грузинской православной церкви. Это обстоятельство вызвало недовольство юго-осетинских православных, которые обвиняли Московский патриархат в предательстве. Таким образом, пока нет оснований считать, что новая поместная церковь в Абхазии будет признана Московским патриархатом. Отмалчивается и другой неизменный участник споров внутри православного мира на постсоветском пространстве – Константинопольский патриархат. При этом по Южной Осетии его позиция совпадает с той, что занимает РПЦ. Обе церкви считают республику частью епархии Грузинской православной церкви, которая, правда, после августовской войны практически не имеет прихожан на юго-осетинской территории. Большинство грузин покинуло Южную Осетию: осталось лишь несколько тысяч человек в Ахалгорском районе республики. На территории Абхазии грузины есть – в Гальском районе. Там же имеются приходы Грузинской православной церкви.

Сдержанную позицию Русской православной церкви в Тбилиси считают единственно правильной. «В самый напряженный момент грузино-российских отношений Русская православная церковь заняла очень правильную позицию», – сказал «НИ» руководитель Международного центра по конфликтам и переговорам Георгий Хуцишвили. Последовательность РПЦ в этом вопросе отмечает и лидер оппозиционного «Христианско-Демократического движения» Георгий Таргамадзе. Упорное желание Абхазской церкви отделиться г-н Хуцишвили объясняет давлением «определенных кругов» в Москве, заинтересованных в нагнетании обстановки. «Обратите внимание на то, как в последнее время усилилось давление по разным вопросам на абхазское и юго-осетинское руководство с целью ужесточения их политики в отношении Грузии», – сказал он «НИ».

Сотрудничество двух православных церквей на фоне беспрецедентно сложных политических отношений между Москвой и Тбилиси, в условиях прерванных дипломатических связей, наметившегося отчуждения между народами воспринимается как единственный мост, все еще соединяющий соседей. Грузинские политологи отмечают, что принципиальная позиция РПЦ по данному вопросу идет вразрез с государственной политикой России в отношении Грузии. Экс-посол Грузии в России, политолог Зураб Абашидзе считает, что за этим безусловно правильным решением РПЦ, помимо подчинения каноническим законам, лежит прагматизм. «Православный мир един, православные страны и народы взаимозависимы, и они должны учитывать мнения друг друга. Любое неверное действие может привести к плачевным результатам. Московская патриархия видит ту опасность, которую представляет собой раскол православного единства», – сказал он «НИ».