Экс-спикер парламента Грузии Нино Бурджанадзе:

Грузия готовится отметить 20-летие трагических событий, ставших поворотным пунктом в ее современной истории – митинга 9 апреля 1989 года в Тбилиси. Напомним, что в ходе его разгона советскими солдатами погиб 21 человек. Именно к этой печальной дате оппозиция приурочила начало массовых акций уже против нынешних грузинских властей. О путях выхода из затянувшегося политического кризиса в стране и своем видении отношений с Россией «Новым Известиям» рассказала одна из инициаторов «революции роз» 2003 года, бывший спикер парламента, а ныне лидер «Демократического движения – Единая Грузия» Нино БУРДЖАНАДЗЕ.

– Госпожа Бурджанадзе, как бы вы охарактеризовали то, что сегодня происходит в Грузии?

– На мой взгляд, ситуация сложилась сложная, противоречивая, бурная и абсолютно адекватная тому сложному положению, в котором страна оказалась после августовской войны. Ничего неожиданного в том, что сейчас в Грузии политическая жизнь бурлит, нет. После августовской войны мы потеряли пятую часть нашей территории, получили российские военные базы, оказались абсолютно дискредитированы в глазах абхазской и осетинской общественности, мирового сообщества – из-за непредсказуемой и глупой реакции со стороны нашего президента. Поэтому естественно, что широкий спектр политических сил сейчас требует отставки президента, который не смог предупредить августовские события, не смог защитить страну, который реально своими действиями принес стране катастрофические результаты.

– На днях вас обвинили в сотрудничестве с Москвой. В частности, один из депутатов заявил в телеэфире, что акции оппозиционных партий, намеченные на 9 апреля, чуть ли не финансируются Россией.

– Это преднамеренная ложь. Наверное, в российских кабинетах будут смеяться над такими глупыми выражениями. Я надеюсь, что и в наших кабинетах хорошо знают реалии. Однако сейчас выгодно показать, что оппозиция в Грузии финансируется со стороны России, и тем более это касается Бурджанадзе. На такой абсурд я вообще не считаю нужным как-то отвечать. Такого рода обвинения просто не будут работать, потому что приелись. Уже традицией стало всех обвинять в сотрудничестве с Россией. И главное – ни один человек, который бы явно или скрыто работал на Россию, не смог бы дать российскому руководству того, что дал ему Михаил Саакашвили. Поэтому все эти обвинения глупы и циничны.

– А как вы в действительности видите будущее российско-грузинских отношений, которые практически сведены на нет?

– Безусловно, у наших отношений должно быть будущее, и я надеюсь, что оно будет лучше, чем сегодня. Потому что ненормально, что мы практически находимся в состоянии войны. Конечно, в ухудшение российско-грузинских отношений обе страны внесли свою «достойную» лепту. И совершенно неправильно, когда Россия пытается все беды свалить на Саакашвили. У него действительно ошибок и грехов достаточно, но и Москва тоже изрядно постаралась, чтобы российско-грузинские отношения оказались в тупике. Как бы сложно ни было, нужно пересилить себя, переступить порог отчуждения и начинать диалог. Могу откровенно сказать: как бы я критически ни относилась к Саакашвили, то, что Россия сделала в августе, совершенно непростительно. Я имею в виду и бомбежки, и открытое вторжение на территорию суверенного государства, и тем более признание независимости Абхазии и Южной Осетии. Все это было большой ошибкой, которая завела в тупик российско-грузинские отношения и мне кажется, станет большой проблемой для самой России. Я уверена, что шаг за шагом нужно развязывать этот сложный узел, нужно начать разговаривать, вести диалог. Но, конечно же, главной предпосылкой для любого диалога, если мы действительно хотим получить позитивный результат, являются взаимное уважение, признание территориальной целостности и суверенитета каждого из государств, а также понимание законных, повторяю, законных интересов друг друга. Если мы добьемся начала переговоров на таком базисе, я уверена, что определенный позитив может быть достигнут. Хотя это, наверное, случится не очень скоро.

– В Грузии давление оппозиции на власть ощущается уже довольно сильно. Ваш прогноз того, как будут развиваться события начиная с 9 апреля?

– Я надеюсь, что все будет происходить в рамках конституционного сценария, во всяком случае, оппозиция все будет делать для того, чтобы ситуация не вышла за рамки конституции. Хотя сложно предполагать, как поступит непредсказуемая власть и лично Саакашвили. Мы ожидаем, что очень много людей выйдут на улицы Грузии, и народ сам решит свою судьбу. Решит, хочет ли он досрочных президентских выборов, – этот выбор должен быть сделан только народом. Если бы не вмешательство России в свое время, если бы не заявления российского руководства о смещении Саакашвили и о том, что Москва не будет с ним разговаривать, я думаю, грузинская оппозиция намного раньше поставила бы этот вопрос. Однако и Россия, и любые другие страны должны понимать, что речь идет о внутреннем деле Грузии. Кто будет президентом – решать только грузинскому народу, а не российским руководителям и даже не руководителям тех стран, которые являются нашими стратегическими партнерами. Как бы плохо мы ни относились к своему президенту, это наш президент, это наше дело, поэтому любое вмешательство здесь совершенно неприемлемо. Я думаю, что апрельские события приведут нас к тому, что мы сможем добиться отставки Саакашвили и проведения в стране досрочных президентских, а потом уже и парламентских выборов.

– Просчитывает ли оппозиция риски? Может ли возникнуть опасность дестабилизации в стране или того, что власть применит силу?

– Безусловно, мы допускаем мысль о том, что Саакашвили может использовать силу, хотя я вас уверяю: если он допустит такую грубейшую ошибку, то 9 апреля будет не началом его конца, но его концом. Сейчас мы находимся между двумя огнями. Дестабилизация ситуации после 9 апреля не в интересах оппозиции. Но с другой стороны, есть риск, что Саакашвили опять может ввергнуть страну в какую-либо провокацию. Да и никакой уверенности в том, что со стороны России не будут предприняты какие-то шаги, тоже нет. Так что риски есть, но сейчас нужно просто спасать страну. Я абсолютно в этом уверена, и мы сознательно идем на риск.

– Мне часто приходилось слышать от простых граждан Грузии вопрос о том, готовы ли лидеры оппозиции к отставке Саакашвили? Не перессорятся ли они в борьбе за власть?

– Главный вопрос сейчас – добиться отставки Саакашвили. А после пусть даже «ссорится» оппозиция, что в этом плохого? Должна быть нормальная, демократическая страна, в которой оппозиция будет спорить, выдвигать своих кандидатов и бороться за то, чтобы тот или иной кандидат в честной борьбе выиграл президентское кресло. Сейчас главное – добиться сохранения стабильности в стране, проведения досрочных выборов президента. Я не вижу ничего страшного, если будут три-четыре кандидата на этот пост, и, наконец, у людей появится выбор. Мы не должны все время идти по пути мессианства, надеяться на одного лидера, который придет и спасет страну. Мы привыкли, что все должны говорить в один голос. Даже сейчас, когда оппозиционеры высказывают различные точки зрения, некоторым это кажется катастрофой: «они не смогли договориться». Почему? Мы же договорились о главном – о том, что Саакашвили должен уйти, и о проведении внеочередных выборов президента. Ничего трагического в разных подходах к достижению этой цели нет. Трагедия может быть в том, если мы опять не будем ни говорить, ни слушать другу друга, а только выкрикивать громкие лозунги – кто кого перекричит. Я бы не хотела видеть это опять, уже после апрельских событий.