«Мы все выдержали, выдюжим и теперь»

В Грузии искренне считают, что здешнее вино не может быть плохим. Это аксиома. Отношение к виноградной лозе, вину здесь, особенно на селе, издревле трепетное. Поначалу информация о том, что «русские забраковали» все производимое в Грузии вино, вызвало недоверчивые, ироничные комментарии, особенно со стороны острых на язык и прямых в своих суждениях кахетинцев – главных грузинских виноделов. Сейчас, когда все осознали, что «Онищенко не шутит», ирония уступила место беспокойству.

Виноградарство и виноделие для кахетинцев, да и населения других регионов Грузии – все равно, что «хлеб насущный». Лали Махарашвили из села Шилда Кварельского района уже 12 лет поставляет свое домашнее вино на один из шумных тбилисских базаров. Сама стоит за прилавком. Хотя по профессии Лали педагог, но другого способа заработать денег на обучение детей в институте, и вообще на жизнь она не придумала. «Виноградник у нас небольшой, всего два гектара. В основном выращиваем сорта «ркацители» и «саперави». В год производим от 15 до 20 тонн белого и красного вина. На базаре продаю белое по полтора, а красное по два лари за литр. «Саперави» должно бы и 10 лари стоить, столько труда и денег в него вложено!» – рассказывает Лали «НИ». Семья Махарашвили не сдает государству излишки урожая, все идет на развитие собственного небольшого бизнеса. Но теперь, если заводы не смогут реализовать вино в России, то какой им смысл будет покупать новый урожай винограда?

Тут в разговор вступает соседка Лали по прилавку. «С каких это пор русские стали браковать наше вино? Ясно ведь, что не в качестве дело, а в политике». Лали с ней соглашается. Но у нее есть и свои доводы. «Получилось так потому что, мы все время показываем, что не хотим Россию, вот они и обиделись. Отношения так обострились, что мне иногда боязно становится за моих племянников, которые живут и работают в Москве. Саакашвили нужна только Америка и Турция. Разве это правильно? Разве можно было отворачиваться от России? Теперь опять народ должен все расхлебывать!» – говорит она в сердцах. А ее товарка прогнозирует: «Если проблему не решат до осени, то крестьянам придется свой урожай просто выбросить. Не у всех есть емкости для того, чтобы давить вино. Излишки точно пропадут. Как пропал в свое время урожай цитрусов».

Кетино Гугунишвили, владелица небольшого винного подвальчика, что недалеко от базара, технолог-винодел по профессии считает, что проблему в первую очередь должны решать политики. Главным образом она надеется на активные действия президента страны Михаила Саакашвили. «Очень мы не нравимся России в последнее время, особенно после того, как было принято решение о выводе российских военных баз из Грузии. Разонравилось с тех пор русским не только наше вино, но и фрукты, минеральные воды, вскоре, наверное, настанет черед грузинской кухни, песен и танцев и т.д. Список можно продолжить. Но мы все выдержали, выдюжим и это».

А что думает интеллигенция? Известный грузинский кинорежиссер и винодел Георгий Шенгелая оценивает эмбарго на грузинское вино как «политическую акцию». «Я допускаю, что какой-то процент грузинских вин фальсифицирован, но обвинять в этом все грузинское виноделие недопустимо. Это откровенная политическая акция с далеко идущими планами», – заявил он «НИ». Несколько лет назад Шенгелая удивил многих, создав политическую партию под названием «Грузинская партия лозы, вместе с Россией». «Она была создана для того, чтобы грузинские сельхозпродукты (в основном виноград и вино) доставлялись на российский рынок. Россия всегда будет нуждаться в сельхозпродукции, а мы – в ее промышленных товарах. Эта схема работала еще во времена царской империи, а потом и при коммунистах. Партию я свернул по политическим мотивам – потому что, когда я ее начинал, у власти в России были совсем другие люди. Нынешнее же российское руководство не может смириться с тем, что бывшие советские республики хотят получить полную независимость». Шенгелая считает, что больше всего от винного противостояния пострадает грузинское крестьянство, которое и так еле сводит концы с концами. Свое вино режиссер поставляет только на внутренний грузинский рынок. «Французские и другие европейские вина для меня, да и для любого настоящего грузина практически – лимонад», – говорит кинорежиссер.