Картофельный шпионаж

Пока стокгольмский суд оставил российского ученого-биолога 29-летнего Андрея Замятнина, обвиняемого в шпионаже, в одиночной камере следственного изолятора «Кроноберг» на срок до 12 апреля. «Я воспринимаю это как паранойю. Складывается впечатление, что им больше нечем заняться, заявил в радиоинтервью ректор факультета физиологии и фармакологии Каролинского медицинского института Бертиль Фредхольм. «Нам необходимо развивать научное сотрудничество с другими странами, и происходит это в атмосфере академической открытости», – высказал свое мнение шеф институтского факультета клинической неврологии Мартин Ингвар.

Нет, эти выступления не связаны непосредственно с «делом Замятнина». Шведские ученые комментировали другой шпионский скандал – историю китайского специалиста, работавшего в Каролинском институте, одном из ведущих мировых центров в области биомедицинских исследований.

Однако, как отмечают шведские обозреватели, в двух этих сюжетах много общего.

Менее года назад из шведской полиции безопасности СЭПО произошла утечка в СМИ. Анонимный сотрудник СЭПО сообщил, что контрразведка ведет следствие в отношении китайского ученого, работающего в Каролинском институте. Представителя Поднебесной подозревали в шпионаже. В СЭПО считали, что Пекин использует своих ученых, приглашенных на временную работу в Швецию, для воровства неопубликованных исследований и незапатентованных изобретений. Один из китайцев был якобы пойман с поличным.

Однако громкое дело развалилось уже на начальной стадии, не дойдя до суда. По этой причине, кстати, не было предано огласке имя подозреваемого китайца. Надо заметить, что в Каролинском институте трудятся 120 китайских научных работников.

Всему виной оказалась та самая утечка информации. Шведские ученые, включая руководство института, выступили с рядом заявлений в СМИ, превративших следствие в фарс. Они признали, что иностранцы часто переправляют на родину неопубликованные материалы, имеющую большую научную ценность, но это явление воспринимается как неизбежное зло. Все подобные конфликты до сих пор решались в кулуарном порядке, и в академическом мире шпионажем не считались. Выяснилось, что в Каролинском институте, как и в остальных открытых исследовательских учреждениях Швеции, не разработаны инструкции по защите ценного научного материала. Как признал шеф биотехнического центра Каролинского института Ян-Оке Густафссон, возможно, это упущение, и в условиях изменившегося мира что-то такое было бы необходимо сделать, но как подобные мероприятия согласовать с принципом академической открытости, неизвестно. Кроме того, охота на научных воров из-за рубежа может повредить совершенно необходимому для небольшой Швеции притоку талантливых иностранных ученых.

На подобном фоне суд над «китайским шпионом» состояться не мог, и дело замяли. Корреспонденту «НИ» удалось пообщаться с несколькими учеными, которые, на условиях анонимности, высказали свое мнение по поводу нынешнего процесса над российским биологом Андреем Замятниным. Он работал в Упсальском сельхозинституте – столь же открытом научном учреждении, как и Каролинский институт. По их мнению, контрразведка все же решила преподать урок научному сообществу Швеции, заставив его озаботиться защитой разработок. «Китайский» урок был усвоен: утечки в прессу перед задержанием ученого не произошло, а суть обвинений держится в тайне. 30 марта стокгольмский суд в третий раз продлил срок содержания Андрея Замятнина под стражей. Прокурор попросил дать ему еще две недели на сбор материалов.

В марте в шведской прессе появились критические материалы по поводу действий СЭПО. Газеты приводили недоуменные высказывания руководства сельхозуниверситета и коллег Замятнина по поводу ареста «картофельного шпиона»: российский биолог исследовал вирусные заболевания картофеля. Готовилось открытое письмо в прессу шведских и зарубежных ученых с требованием к правительству и парламенту выступить в защиту принципа академической открытости.

СЭПО было крайне необходимо сбить волну критики и не допустить новых обвинений в том, что после окончания «холодной войны» контрразведчики просто не знают, чем заняться. И тут они получили неожиданный подарок. Как раз накануне очередного слушания по делу Андрея Замятнина в Стокгольме на 100-м году жизни скончался «самый крупный шведский шпион XX века» – полковник в отставке Стиг Веннерстрем. С 1948 по 1961 год он работал на ГРУ под кодовым именем «Орел». За 600 тыс. крон (сегодня это бы соответствовало примерно 3 млн. долларов. – «НИ») он передал Советскому Союзу тысячи страниц сверхсекретных документов, в частности схему ПВО Швеции. Разоблачение Веннерстрема считается самым крупным достижением СЭПО за все время существования этой спецслужбы.

«Орлиные» материалы и рассказы о давнем успехе контрразведки наводнили шведские СМИ, сбив волну критики в адрес СЭПО и создав благоприятный общественный фон для продолжения дела Замятнина. Шведам в очередной раз напомнили, что шпионы есть и будут, а тайная полиция, пусть она иногда и ошибается, все же выполняет важную функцию по защите страны от зарубежных происков.


Длительное пребывание Андрея Замятнина в тюрьме парализовало шведскую науку
Корреспондент «НИ» в Швеции провел расследование шпионского скандала и побывал в логове «русского резидента»
Шведский суд оставил российского ученого под стражей