Сорок дорогих километров

Вскоре из России в Норвегию и обратно можно будет ездить на поезде. Проект построения железной дороги, которая бы соединила две страны, недавно предложен для рассмотрения норвежскому парламенту. И у этого плана немало сторонников.

«Киркенес – это пригород Пекина, расположенный на расстоянии всего 10 тысяч километров от центра китайской столицы» – эта шутка появилась в Норвегии в связи с появлением реальной возможности осуществить проект века: связать Норвегию и Россию железной дорогой. Для этого необходимо проложить сорокакилометровую линию между приграничным Никелем на Кольском полуострове и норвежским Киркенесом – в районе, где совсем недавно проходил передний край «холодной войны». В случае реализации плана «маленький Мурманск», как называют норвежцы Киркенес из-за большого числа наших сограждан, проживающих там, и городских указателей, продублированных на кириллице, будет привязан к огромной российской железнодорожной сети, в том числе к Транссибирской магистрали, тянущейся до самого Пекина. Открывающаяся перспектива для путешествий кружит головы жителям норвежской глубинки, однако еще более пьянит экономическая выгода. Север Норвегии намерен принять участие в российском нефтяном пире, став главной перевалочной базой для «черного золота», идущего через Атлантику.

Мечты о прокладке железной дороги между Норвегией и Россией появились еще до революции, но каждый раз на протяжении века рассеивались под давлением экономических соображений. Трассу пришлось бы тянуть среди гранитных скал и болот, в условиях вечной мерзлоты. 40 километров при расчетах оказывались поистине золотыми. Однако теперь, с началом российского нефтяного бума на севере, необходимые для прокладки дороги 300 млн. долларов не кажутся столь уж большой суммой. Как заявил руководитель объединения промышленников Киркенеса Арве Таннвик, значительную часть финансирования готовы взять на себя норвежские пароходства. По мнению норвежских экспертов, мурманский порт уже сегодня не справляется с отправкой нефти за океан. Минувшей зимой, например, на подъездных путях скопилось более 2 тыс. железнодорожных цистерн, ждущих перегрузки в танкеры. В ближайшие годы давление на Мурманск еще более возрастет из-за начала добычи нефти на российском шельфе в Баренцевом море. Первым заработает в 2007 году месторождение «Приразломное» возле Новой Земли. Незамерзающий порт Киркенеса, способный принимать супертанкеры, готов взять на себя транспортировку 5 млн. тонн российской нефти в год. По расчетам, железная дорога Никель–Киркенес будет функционировать в качестве нефтяной артерии по крайней мере сто ближайших лет.

Депутаты парламента от северных регионов уже приступили к лоббистской деятельности в Осло, добиваясь включения железнодорожного проекта в правительственный план развития севера. Идею поддерживают также экологические организации и профессиональные объединения рыбаков, поскольку перевалка нефти по суше «передвинет» опасные морские перевозки западнее. Баренцево море, считающееся главным рыбным садком Норвегии, будет меньше подвержено риску загрязнения.

До сих пор главным препятствием на пути строительства дороги являлось общее нежелание политической элиты Норвегии ввязываться в масштабное нефтегазовое сотрудничество с Россией на севере. Скепсис был вызван как неурегулированным пограничным спором с Москвой за участок моря между Шпицбергеном и Новой Землей, так и экологическими соображениями: северные моря норвежцы хотели бы видеть без пятен нефти. Однако быстрое истощение собственных запасов углеводородов на шельфе Северного моря заставило Осло пересмотреть свою энергетическую политику на востоке. Норвежские компании вступили в конкуренцию с американцами и британцами за право участия в разработке российских морских месторождений, а недавно правительство совершило поступок, казавшийся еще несколько лет назад совершенным кощунством: был разрешен поиск нефти в норвежской части Баренцева моря. «Если небольшие суда уже сегодня доставляют русскую нефть из Мурманска в Киркенес для перегрузки в супертанкеры, так не будет ли безопаснее доставлять ее по суше?» Правительству сегодня все труднее уйти от ответа на этот ключевой вопрос «железнодорожных» лоббистов с севера.