Предчувствие мира

Чечня постепенно выходит из кризиса. На дорогах стало меньше блокпостов. Прекратились ночные артиллерийские обстрелы. Впервые за последние четыре года люди гуляют в вечернее время, не боясь ареста. Но главный показатель перемен – активное строительство, развернувшееся в республике. О приметах новой жизни «Новым Известиям» рассказывает глава администрации Ачхой-Мартановского района Али ДАЛНАЕВ.

– Али Умарович, скоро будет четыре года с начала военных действий в Чечне, но конца и края этому нет. Когда ситуация может измениться к лучшему?

– Не все здесь так плохо, как об этом пишут. Критиковать всегда легче, чем работать. За последние несколько месяцев в республике многое что изменилось. В первую очередь люди свободно передвигаются по дорогам без унизительных проверок и поборов со стороны военных. На федеральной трассе «Кавказ» стало намного меньше блокпостов, да и те досматривают транспорт выборочно, а не поголовно, как было до этого. Раньше после шести часов вечера было страшно выйти на улицу – в лучшем случае могли забрать в комендатуру, в худшем – попадали под шальной обстрел. Сейчас время не ограничено. В этом году впервые за последние двенадцать лет полноценно заработали школы. Классы забиты детьми, и одно только это внушает оптимизм. Но самое главное, люди начали строиться. В любом селе сегодня можно увидеть, как жители копошатся, отстраивая свои дома.

– Может, что-то и улучшается, но чиновники в Чечне и шагу не могут ступить без охраны…

– Мы живем в военной зоне, и охрана – мера вынужденная. Должность главы администрации в Чечне давно стала расстрельной. Число погибших руководителей сел, городов и районных центров приближается уже к сотне. Правда, служба личной охраны есть, по-моему, во всех регионах, хотя там обстановка другая.

– Ачхой-Мартан считается вечно оппозиционным районом. Как складываются ваши отношения с Ахматом Кадыровым?

– Действительно, село противостояло ичкерийским вождям: от генерала Дудаева до Аслана Масхадова. Может, потому и уцелело. В самом начале второй военной кампании мой предшественник на посту главы района Шамиль Бураев вместе со старейшинами сумел выдавить боевиков и убедить руководство федеральной группировки в нейтралитете. Многие села вокруг райцентра – Самашки, Бамут, Орехово, Катыр-Юрт – в это время были частично или полностью разрушены. Ачхой-Мартан серьезно пострадал лишь один раз, и то по вине командира танкового полка, который перепутал его со Старым Ачхоем и обстрелял. Тогда погибли два десятка человек. Но в целом удалось избежать и больших разрушений, и ваххабитского влияния на молодежь. Что касается Кадырова, то между нами нормальные рабочие отношения. Хотя перед выборами главы республики в райцентре были митинги в поддержку Бураева, который выдвинул свою кандидатуру. Каждый вправе выдвигаться и поддерживать своего претендента. Но это не значит, что население против Кадырова. Это, кстати, показали и сами выборы. Ахмат-хаджи получил более 60 процентов голосов избирателей только в нашем селе. По району цифра еще выше.

– Но были слухи, что на некоторых участках ночью после голосования сотрудники милиции меняли урны с бюллетенями.

– Неправда. Если бы это действительно произошло, об этом говорили бы все вокруг. Чечня маленькая – почти все друг друга знают, и скрыть такое невозможно. Да мы бы и сами не позволили менять урны. Просто кому-то не нравится, что в республике появились признаки стабилизации, вот и распускают сплетни.

– По официальной статистике, в Чечне уже восстановлены десятки многоэтажных домов, больниц, школ. Но, честно говоря, по Грозному этого не скажешь: здесь не убраны руины даже с центральных улиц.

– Мне легче говорить о том, что делается у нас. Вы знаете, даже в нынешней ситуации можно нормально работать. И желание у людей есть. Главное – не мешать им и платить за работу. Если вы проедете вдоль села, то не увидите ни одного признака разрушений. До недавнего времени картину портил мост через речку Фортанга, который боевики взорвали. Тогда никто не пострадал, просто село осталось без связи с остальным миром. Военные быстро построили понтонный мост чуть выше по руслу реки, но это было неудобно и опасно из-за узости примыкающих к нему улиц. Когда я возглавил администрацию, то первым делом вызвал начальника строительной компании и сказал: «Вот тебе деньги. Если за месяц не восстановишь мост, уволю». Через десять дней мост был готов.

– Но, кроме мостов, есть и другие объекты, по состоянию которых можно судить, налаживается жизнь или нет…

– Совершенно верно. Много лет без движения стоял районный Дворец культуры, в котором выступали в свое время звезды российской эстрады – Кобзон, Эсамбаев, Хазанов, Винокур и многие другие. Я поехал в Грозный к премьер-министру Анатолию Попову и попросил два миллиона рублей на его восстановление. Деньги дали с некоторой опаской – меня же тогда никто не знал. А через две недели, когда премьер приехал к нам, то Дворец уже принимал гостей. Кроме того, мы восстановили очень много дорог. Построили ограду вокруг многих школ, теперь во дворах играет детвора, как это было в мирное время. Почти сорок лет не ремонтировались коммуникации тепло- и водоснабжения, и сейчас мы планируем полностью их обновить. Должен вам сказать, что все это благотворно действует на людей. Каждый новый, пусть даже самый маленький росток мирной жизни дает основание надеяться, что завтра будет лучше.