Главная / Газета 20 Августа 2003 г. 00:00 / В мире

Город раздора

Двоевластие в приднестровских Бендерах может обернуться возобновлением конфликта

Александра БОР
В Приднестровье боятся повторения событий 1992 года.
В Приднестровье боятся повторения событий 1992 года.
shadow
Бендеры, бывшая суворовская крепость, а с 1992 года город с повышенным режимом безопасности, контролируемый российскими миротворцами, в последнее время все больше напоминает пороховую бочку. Установившееся здесь двоевластие не устраивает ни Молдавию, ни Приднестровье, но каждая из сторон пытается тянуть «одеяло» на себя. Вчера администрация Бендер предложила отряду молдавской полиции покинуть город. Новость тревожная, особенно если вспомнить, что именно с этого начался в свое время приднестровский вооруженный конфликт.

При въезде в Бендеры со стороны Кишинева – указатель: «Приднестровская Молдавская Республика». Табличка рядом напоминает о том, что необходимо предъявить паспорта. Здесь начинается территория де-факто существующего, но де-юре никем не признанного, на карте не обозначенного приднестровского государства. Впрочем, на одной оно все же есть. В Германии пару лет назад была издана карта «Европа в ХХI веке», где на узкой полоске вдоль Днестра проставлено: «ПМР». В Тирасполе считают это признанием и любят демонстрировать раритет гостям.

Пограничники на КПП проверяют документы и предлагают иностранцам заполнить миграционные карты. С недавних пор иностранцами в Приднестровье считаются и молдаване. За проезд в восточную часть страны они теперь должны платить семь молдавских леев. Это примерно половина стоимости проезда от Кишинева до Тирасполя. Новые миграционные правила усложнили жизнь и населению близлежащих молдавских сел, которое традиционно работает в приднестровских городах: дорога «съедает» весь заработок. Департамент миграции Приднестровья обещал данное «недоразумение» исправить, сделав исключение для этой категории граждан, а также для журналистов, но на том и остановился.

К журналистам на КПП относятся подозрительно: ездят всякие, потом пишут невесть что. Мне, чтобы получить доступ «на ту сторону», пришлось ждать, пока пограничники связывались с министерством безопасности региона и выясняли мою благонадежность. Мои попутчики – пассажиры «маршрутки» в это время нещадно ругали меня, пограничников, а заодно приднестровские и молдавские власти, называя ситуацию не иначе как бредовой.

В Приднестровье существует список лиц, которым въезд в регион запрещен. Персонами нон грата здесь признаны президент Молдавии Владимир Воронин, его сын – известный в стране банкир, и еще человек десять – министров и политиков. В минувшем году на КПП Бендер произошел скандал, имевший международный резонанс: Владимира Воронина, следовавшего в один из приднестровских монастырей, в Приднестровье не пустили. В нынешнем президенту не разрешили присутствовать на Тираспольском стадионе, где встречались футбольные сборные Молдовы и Австрии. Он также не может навестить мать, проживающую в приднестровском городе Дубоссары.

В Бендерах, где Владимир Воронин был долгое время первым секретарем горкома КПСС, сегодня двоевластие. Здесь параллельно действуют два суда, две прокуратуры и два следственно-оперативных отряда – приднестровской милиции и молдавской полиции. Молдавские полицейские на людях в форме не появляются (горожане могут и побить) и живут под крышей российской военной комендатуры. Российскому коменданту не раз приходилось разнимать «коллег», все еще продолжающих делить город на «свои» районы и «чужие». Десятилетия без войны для примирения оказалось недостаточно. В городе живут немногим более тридцати тысяч человек, две трети из них – русские. В основном это семьи бывших военных, отслуживших срок, да и оставшихся на «югах». Молдаванам в городе не очень уютно, они жалуются, что их детям не разрешают обучаться на латинской графике (официальной «одежкой» молдавского языка в Приднестровье признана кириллица). Впоследствии им трудно адаптироваться в кишиневских или бухарестских вузах. Русским также тревожно. Дело в том, что Бендеры находятся под юрисдикцией Тирасполя, но расположены на противоположном берегу Днестра, то есть в глубоком молдавском тылу. Население волнуется, как бы Тирасполь, обсуждающий с Кишиневом будущий статус Приднестровья, не сдал Бендеры. В администрации города мне говорили, что готовы в этом случае провести референдум, итоги которого можно без труда предугадать: Бендеры не хотят быть молдавскими. На всякий случай здесь сохраняется народное ополчение, которое, как меня уверяли, в течение часа может стать под ружье. Оружие для рабочих отрядов, говорят, хранится на местных промышленных предприятиях. Хотя все попытки экспертов ОБСЕ его найти успехом не увенчались. То, что на тираспольских и бендерских заводах производится оружие, давно ни для кого не секрет. Лидер Приднестровья Игорь Смирнов сказал мне, что производство ограничивается нуждами приднестровской армии, разговоры же о продаже оружия из региона в «горячие точки» – домыслы.

Приднестровские ВС насчитывают порядка шести тысяч военнослужащих, столько же и в молдавской армии. Буферной прослойкой между ними служит полуторатысячная оперативная группировка российских войск, из числа которой формируются российские миротворческие батальоны. Жители Бендер уверены, что как только российские МС уйдут из города, здесь начнутся столкновения. Горожане считают, что основания для беспокойства у них есть: в Кишиневе все настойчивее говорят о том, что место российских «голубых касок» в Приднестровье скоро займут воинские подразделения стран Евросоюза, и с тираспольского военного аэродрома начнут взлетать натовские самолеты. В Тирасполе всецело разделяют мнение населения Бендер: председатель Верховного совета Приднестровья Григорий Маракуца сказал корреспонденту «НИ», что «от добра добра не ищут, потому менять формат миротворческой миссии , а тем более пытаться исключить из нее Россию, которой здесь доверяют, неразумно – не было бы хуже». Между тем страсти в Бендерах накалились до такой степени, что приднестровская делегация в объединенной контрольной комиссии (ОКК), контролирующая зону безопасности на Днестре, потребовала от Кишинева вывести из города молдавских полицейских. Представитель Тирасполя в ОКК, заместитель министра безопасности Приднестровья Олег Гудымо заметил, что, если Кишинев не решит вопрос, местная администрация сделает это в одностороннем порядке. Такую позицию Молдавия расценивает как неправомерную. Более того, сопредседатель ОКК с молдавской стороны Ион Ляху поставил под сомнение способность комиссии, с 1992 года управляющей всем миротворческим процессом в приднестровском регионе, справляться с поставленной задачей. Это, в общем-то, упрек в сторону россиян. В Кишиневе продолжают считать, что Россия может и должна оказывать влияние на приднестровцев. И если в ОКК не могут достичь консенсуса, в частности, по бендерской проблеме, это в лучшем случае недоработка российской делегации. Дежа-вю. Как бы то ни было, ситуацию в городе, а также в целом в Приднестровье, где проживают сто тысяч граждан России, придется «разруливать» россиянам.

Российские миротворцы говорят, что давно следует пересмотреть соглашение, подписанное в 1992 году президентами России и Молдавии. Ситуация изменилась, а статус и функции МС в соответствие с ней не приведены. Так что зачем они здесь стоят, не все солдаты понимают. Но они радуются, что попали в «горячую точку», где давно не стреляют, а год службы идет за полтора, где солнце, вино и красивые девушки. Тем более что у ребят от невест отбоя нет: выйти замуж за российского солдата для приднестровских девушек означает возможность уехать в Россию. И миротворцы гуляют свадьбы.


Опубликовано в номере «НИ» от 20 августа 2003 г.


Актуально


Новости дня

Наверх
Читайте наши новости в соцсетях!

Подписаться на новости: