Главная / Газета 1 Апреля 2010 г. 00:00 / Спорт

Ирина Скворцова начала курс реабилитации и поделилась своими планами с «НИ»

«Через два года мне надо готовиться к Олимпиаде»

АДЕЛЬ КАЛИНИЧЕНКО, Бернау

Российскую бобслеистку Ирину Скворцову в понедельник перевели из мюнхенской клиники, где ей сделали множество сложнейших операций, в реабилитационный центр «Медикл Парк», расположенный в предгорье Альп, на берегу озера Кимзее. Четыре месяца немецкие хирурги боролись не только за Ирино выздоровление, но и, без преувеличения, за ее жизнь. Впереди шесть недель реабилитации, за которые Ира хотела бы по возможности окончательно встать на ноги, а потом начать подготовку... к Олимпиаде в Сочи.

Ирина Скворцова с мамой Галиной Викторовной в реабилитационном центре.<br>Фото: АДЕЛЬ КАЛИНИЧЕНКО
Ирина Скворцова с мамой Галиной Викторовной в реабилитационном центре.
Фото: АДЕЛЬ КАЛИНИЧЕНКО
shadow
Хотеть – значит мочь. В этом на примере своей российской пациентки убедился профессор Ганс-Гюнтер Махенс. В понедельник, в день отъезда Ирины из мюнхенской клиники, где девушка провела четыре трудных месяца, доктор Махенс, не только вернувший Ирину с того света, но и почти поставивший ее на ноги, получил от своей подопечной в подарок огромную матрешку. Вернее, 30 матрешек, словно на параде, выставленных в один ряд на столике у Ириной кровати. «Вам не впервой собирать по частям побывавших в авариях людей, значит, матрешку тем более соберете», – пошутила мама Ирины Галина Викторовна. Но вечно спешащий к больным доктор, наказав Ире после выписки из реабилитационного центра не позже чем через полгода снова появиться у него на приеме, перепоручил сбор гигантской матрешки медперсоналу отделения, в полном составе пришедшему попрощаться с российской спортсменкой.

Накануне переезда в реабилитационный центр его директор доктор Маркус Шмидт-Зоди специально приезжал для осмотра Скворцовой в Мюнхен, и доктор Махенс подробно рассказал коллеге о состоянии здоровья их общей пациентки. Пока Ира общалась с физиотерапевтом, мы с ее мамой сидели на лавочке перед двухэтажным корпусом центра реабилитации.

На клумбах уже цвели желтые нарциссы, деловито кружили над ними огромные шмели, а совсем неподалеку от этой весенней сказки величественно возвышались покрытые снегом Альпы. Галина Викторовна рассказывала, как дочь, когда ей был годик, те первые «первые шаги» делала с куда меньшей охотой, чем вторые «первые шаги», нынешние, после долгих месяцев вынужденной неподвижности. Так и норовила тогда, в детстве, расстояние от стула до стула, на который родители клали печенье, не ножками преодолеть, а проползти. Сейчас первый шаг сделала «без печенья», да и без спросу. И мама, и врач просто опешили, увидев это в общем-то историческое событие, учитывая историю болезни Ирины.

«Радости от первого шага, конечно, было больше сейчас. Тогда, когда ей был годик, мы знали, что рано или поздно все равно пойдет, – говорит Галина Викторовна. – Сейчас такой уверенности все же не было. Но с каждым днем Ира ходит все дольше и дальше. Сегодня прошла уже шагов 30. Хоть и опирается на специальную трибуну на колесиках, но все равно еще очень устает от таких походов».

Мы с Галиной Викторовной вошли в комнату, больше похожую на гостиничный номер, чем на больничную палату. Сейчас они все живут здесь вместе – на недельку прилетел из Москвы Ирин папа, Олег Юрьевич. На вопрос «как дела?» Ира ответила:

– Хорошо дела. Раны заживают до срока, определенного врачами на основании их предыдущего опыта работы с такими больными. Я планирую совсем восстановиться за два года.

– А почему именно за два?

– Потому что после этого останется два года до Олимпиады в Сочи. На тренировки. Надеюсь, принять участие. Это моя детская мечта, хотелось бы, чтобы она сбылась. Правда, в детстве я занималась легкой атлетикой и думала об Олимпиаде именно в контексте этого вида спорта. Но потом перешла в бобслей.

– А после того, что случилось, страх не появился? Психологически это ведь возможно после всего пережитого. Интересно, если бы произошло чудо и сейчас нога была бы в полном порядке?..

– Я бы быстро оделась и помчалась на тренировку.

– А почему ты из легкой атлетики перешла в бобслей?

– Экстрим и адреналин.

– По Москве скучаешь?

– По друзьям в основном.

– Настроение хорошее?

– Отличное просто. Я очень рада, что приехала на реабилитацию. Это уже новый этап выздоровления, где от меня самой зависит еще больше, чем это было в больнице.

– Проблемы, о которых мы говорили несколько недель назад, связанные с опекунством и деньгами на лечение, разрешились?

– К счастью, да. Опекунство снято. От правительства Москвы есть гарантия, что когда мюнхенская клиника выставит счета, они будут незамедлительно оплачены. Внесен аванс на счет реабилитационного центра. Здесь, в отличие от клиники, такая система, что без аванса сюда не приняли бы. Но все в порядке. Огромное спасибо всем людям, которые откликнулись и перевели на мой счет пожертвования. Просто от всего сердца спасибо им. Через Интернет я пытаюсь ответить всем, кто мне пишет, желает выздоровления и сил. А таких на сегодня где-то около 800 человек. Я очень тронута, какие все-таки у нас добрые и отзывчивые люди! Я ведь в принципе никто, одна из очень многих наших спортсменов, а отнеслись ко мне с потрясающим сочувствием, как к очень близкому человеку. Может быть, именно поэтому я выздоравливаю невероятно быстро. Я сама от себя в шоке.

– А что было для тебя за эти месяцы самым трудным?

– Пережить те боли, которые я испытывала. Особенно по вечерам и по ночам. Очень сильные боли. Обезболивающее часто давать было нельзя, так как я очень много наркоза перенесла. К тому же лекарство, которое мне давали раз в час, действовало минут 20. Потом начиналось что-то ужасное.

– Ты плакала?

– Да что там плакала, 20 минут я держалась, 40 ревела. Было очень больно, врагу не пожелаешь. Сейчас, слава богу, этого нет.

– Знаю, друзья называют тебя не по имени...

– Раньше звали Птаха, теперь больше Птица. Скворцова потому что, все просто объясняется.

В комнату вошел работник реабилитационного центра и ввез в комнату дополнительные снаряды для тренировок – для подтягивания и ходьбы. Сказал Ире по-английски, вежливо, но твердо, чтобы без врача ими не пользовалась. Вероятно, в реабилитационном центре догадываются, какой характер у этой российской спортсменки…

Корреспондент «НИ» принесла Ире букетик белых подснежников, по российской привычке нарвала их по дороге, правда на альпийских лугах. Точно такие будут цвести в Подмосковье, наверное, еще только месяца через полтора. Как раз когда Ира вернется домой.

Опубликовано в номере «НИ» от 1 апреля 2010 г.


Актуально


Регионы


Смотрите также

Песков прокомментировал высказывания Мутко о намерении уйти в отставку


Неограниченные возможности

Репортер «НИ» узнала, как тренируются и живут параспортсмены

Армия чемпионов

Многие наши и зарубежные спортсмены по-прежнему проходят службу в вооруженных силах

Исинбаева отложила возвращение в спорт до 2016 года


Любовь к спорту

Браки заключаются не только на небесах, но и на стадионах

Нашаманить победу

Ради высоких результатов спортсмены прибегают к услугам психологов, гипнотизеров и колдунов

Футболист сборной Бразилии подаст в суд на СМИ, назвавшее его гомосексуалистом


Новости дня

Наверх
Читайте наши новости в соцсетях!

Подписаться на новости: