«Чувствовал, что первое «золото» выиграю я!»

В среду российские лыжники – 24-летний Никита КРЮКОВ и 20-летний Александр Панжинский одержали красивейшую победу в спринте классическим стилем. Они не оставили ни единого шанса всем фаворитам гонки во главе с четырехкратным чемпионом мира норвежцем Петтером Нортугом. Сразу после награждения первый золотой медалист сборной России поделился эмоциями и впечатлениями с корреспондентом «Новых Известий».

– Никита, первая в жизни Олимпиада, трое норвежцев в финале – расклад был не в вашу пользу…

– Наш тренер Юрий Михайлович Каминский дал нам задание выходить вперед и разрывать группу. Потому что ни в коем случае нельзя было позволить норвежцам встать стеной. Для Саши подъемы – сильная сторона. Поэтому, когда он пошел ускоряться в первый подъем, я подумал только, что надо держаться. Усидел за ним, на последнем спуске оглянулся, увидел, что норвежцы что-то не справляются, отрыв большой, и понял – сейчас все решится. Для меня финишный рывок – обычная тактика. Я не должен был там отдать золотую медаль.

– О чем думали на последних метрах дистанции, когда боролись за олимпийское «золото» со своим товарищем Панжинским?

– Я думал, что все решится прямо сейчас. Сейчас, а не когда-то там еще! Что я готовился к этому старту всю свою жизнь, и другого шанса на этой Олимпиаде у меня уже не будет.

– А вы за медаль выходили бороться или за победу?

– Конечно, за победу. Знаете, вы можете не поверить, но я чувствовал, что выиграю. Вот так бывает… Когда только ехал сюда, видел эту картину: до 17-го у нас не будет золотых медалей, а первую выиграю я. Выходил на старт с мыслями только о «золоте». Может быть, как раз это и помогло победить.

– Откуда у вас такая уверенность в себе, ведь даже на этапах Кубка мира вы не поднимались выше третьего места?

– И неуверенность была тоже, но только потому, что последние 24 дня мы не стартовали. Одно дело – когда ты видишь соперников на каждом старте, другое – когда не с кем себя сравнить. Поэтому я просто вышел и сделал все, что мог.

– А Панжинский своим результатом вас не удивил?

– Саша сейчас набрал очень хорошую форму, вообще прибавил. Он большой молодец, и я думаю, у него большое будущее. Как, наверное, и у меня (смеется). Я очень за него рад, здорово было стоять на пьедестале вдвоем. Мы же дружим, живем на Олимпиаде в одной комнате. Перед финалом мы с ним ударили друг друга кулаками. Ничего даже не сказали, без слов поняли, что это значит «вместе идем воевать». Вообще-то изначально мы планировали подняться сегодня на пьедестал втроем. Но видите, Мише Девятьярову и Коле Морилову чего-то не хватило.

– У вас с Сашей один тренер.

– Да, к Юрию Михайловичу я пришел еще будучи первоклассником, и в моей медали его огромная заслуга. Могу даже назвать его своим вторым отцом.

– Никита, российскую команду на Олимпиаде преследуют допинг-офицеры? У Натальи Коростелевой пытались взять анализ прямо во время соревнований…

– Я был морально готов к тому, что и к нам тоже придут в 6 утра, как к ребятам перед первой гонкой. Будильник, правда, поставил на семь, но в шесть все равно проснулся. Пошел в туалет, а сам боюсь: вдруг сейчас придут, а мне потом столько воды придется пить, чтобы сдать эту пробу... Слава богу, никто так и не пришел. Что делать – мы расплачиваемся сейчас за ошибки предыдущего поколения. Но я не считаю, что такой контроль – предвзятое отношение к сборной России. Офицеры выполняют свою работу.