Главная / Газета 17 Ноября 2008 г. 00:00 / Спорт

Президент Федерации фигурного катания России Валентин Писеев:

«Одно «золото» в Ванкувере выиграем»

ОКСАНА ТОНКАЧЕЕВА

Вчера в Париже завершился четвертый этап Гран-при по фигурному катанию, где второе место в соревнованиях пар заняли Мария Мухортова и Максим Траньков. Всего же на четырех этапах из шести (пятый, кстати, стартует в конце этой недели в Москве) российские фигуристы завоевали две золотые, одну серебряную и две бронзовые медали. На фоне неудач двух последних лет – в прошлом и позапрошлом сезонах, например, выиграть подобные турниры удавалось лишь танцорам Оксане Домниной и Максиму Шабалину – нынешний результат выглядит довольно обнадеживающим. Но разговор «Новых Известий» с многолетним президентом Федерации фигурного катания России Валентином ПИСЕЕВЫМ получился не о первых долгожданных успехах наших спортсменов, а о проблемах, с которыми один из самых популярных видов спорта сталкивается в последние годы.

Фото: СПОРТ-ЭКСПРЕСС
Фото: СПОРТ-ЭКСПРЕСС
shadow
– Валентин Николаевич, ситуация в парном катании и танцах на льду понемногу выправляется, но болевых точек все равно предостаточно.

– Проблема номер один – отсутствие генерального спонсора у нашей федерации. Даже не спонсора, а генерального партнера. Потому что наш вид спорта слишком дорогостоящий, чтобы в нынешних условиях даже при помощи средств, выделяемых из федерального бюджета, мы могли справиться со всеми финансовыми затратами самостоятельно. Проблема номер два – травмы. В прошлом году они преследовали Шабалина, Транькова, Сергея Воронова… Из-за этого и подготовка у них получилась рваной, и сезон – скомканным. Что касается всего остального… Думаю, что опыт постепенно приобретут те же Мухортова с Траньковым, потому что психологически они еще не всегда готовы к победам, что, собственно, их первое выступление в сезоне и подтвердило. Будучи лидерами, уже на разминке перед финалом Траньков дрогнул. От старта к старту, надеюсь, будут прибавлять и Юко Кавагути с Александром Смирновым, которые уже выиграли один из этапов Гран-при…

– Многие спортивные федерации пошли по пути привлечения на руководящие посты крупных чиновников, олигархов, а вы лично не пытались искать спонсора, партнера?

– Пытался, конечно. В свое время даже к Владимиру Владимировичу Путину обращался, он обещал помочь. Но потом люди, с которыми я имел беседы по этому поводу, перешли работать в другие организации. Не могу сказать, что сейчас ничего в этом плане не делается. Нет, все на контроле, но времени до Олимпиады все меньше и меньше…

– Неужели, когда популярное шоу фигуристов идет на центральном телеканале страны уже третий год, решить этот вопрос настолько трудно?

– У меня было много всяких разговоров на самом высоком уровне, но спустя какое-то время после Олимпиады в Турине в интервью одной из газет бывший глава Росспорта Вячеслав Фетисов заявил, что мы даем фигуристам миллионы долларов, а результата нет. Если бы миллионы!..Он перепутал с миллионами те 179 тысяч, которые его ведомство нам выделяло. Но когда люди слышат, что Федерация фигурного катания получает миллионы, реакция понятна: куда уж больше? Вот говорят, фигуристы обеспечены. А кто обеспечен? Те, которые уже стали олимпийскими чемпионами. Наш вид спорта очень дорогой. Костюм для одной из танцевальных пар, например, сейчас шили за восемь тысяч долларов! У нас надо сначала вложить, чтобы получить результат. На Западе, допустим, раньше не уделяли столько внимания фигурному катанию, сколько уделяют сейчас. Но они всегда вкладывали и сейчас продолжают вкладывать огромные средства. В прежнее ведомство Фетисова я написал в свое время шесть писем по разным вопросам, касающихся нашего вида спорта, и ни одного ответа не получил. Надеюсь, сейчас в новом министерстве отношение изменится в этом плане.

– В Росспорте не очень жаловали фигурное катание?

– Ну, вот пример... Мне дважды присылали договор с агентством. Я его смотрел, делал замечания: мол, это ваша позиция, а это – наша... Отправлял назад – и ни ответа, ни привета. Вообще никакой реакции. Видимо, там считали: раз не согласны, значит, с вами не будем подписывать договор. Вот такая позиция была. Мы работали спокойно, как и прежде. Но когда тебя каждый раз прессуют, неприятно работать, честно скажу. Сколько при мне руководителей поменялось за все эти годы, но такой ситуации, когда кто не с нами – тот против нас, никогда не было.

– Валентин Николаевич, сейчас руководители федераций уже не боятся озвучивать цифры – сколько нужно в год на подготовку фигуриста?

– Много. Пять миллионов евро в год на всю команду. Но когда, кстати, я об этом говорил, сумма ни у кого не вызывала удивления. В самом деле, если тем же футболистам, которые одной ногой играют, в разы больше платят…

– А те отчисления, которые идут федерации за выступления спортсменов на этапах Гран-при, включаются в ее бюджет?

– Сейчас мы все оставляем спортсменам, хотя действительно имеем право десять процентов взять себе. Но я им сказал: завоевываете медали – все деньги ваши. И мы ничего с них не берем. А зачем? Я же знаю, как они сами мучаются. Когда призовые были высокими (в конце 90-х – начале 2000-х годов Международный союз конькобежцев за победу на этапах Гран-при платил 30 тыс. долларов, сейчас – 18. – «НИ») – да, брали этот процент.

– На днях на заседании штаба по подготовке к Играм в Ванкувере Олимпийский комитет России представил примерный медальный план. За фигуристами записано три-четыре награды разного достоинства. Хотя бы одно «золото» в Ванкувере мы сможем выиграть?

– Обязаны. И выиграем.

– Говорят, что это вы способствовали тому, чтобы главные претенденты на это «золото» – Оксана Домнина и Максим Шабалин – так неожиданно ушли от Алексея Горшкова, который довел их до звания чемпионов Европы, к Наталье Линичук?

– Об этом очень хорошо сказала сама Оксана: «У нас есть цель, ради которой мы бросили все – родных, близких, любимого тренера… Это большие жертвы. Но мы идем к самым высоким местам. Если они будут, значит, жертвы окажутся не напрасными. А если нет, значит – нет». Поэтому, когда слышу, что я способствовал их переходу к другому тренеру, потворствовал, хочется ответить: что за глупость? Ребята сами определились. Линичук уже давно хотела взять их к себе в США, и я не возражал.

– В последнее время в кулуарах все чаще слышишь разговоры о том, что мировое фигурное катание находится в кризисе. Это действительно так?

– Если ИСУ (Международный союз конькобежцев. – «НИ») сокращает на своих турнирах, включая чемпионаты Европы и мира, количество судей (было 12, а стало 9. – «НИ»), наверное, это о чем-то говорит. А ведь раньше приглашали даже тех арбитров, которые не попадали по жеребьевке в судейскую бригаду, и просто отдыхали на чемпионатах. Сейчас ИСУ планирует ввести четкий график – когда кому приезжать, когда кому уезжать. Если женщины, к примеру, выступают последними, то и приезжают позже. Хотите раньше – платите из своего кармана. Нет телевизионных контрактов у ИСУ ни с американцами, ни с канадцами, а тут еще финансовый кризис… Но все равно, считаю, ситуацию с судейством нельзя доводить до крайности. Раньше как было: входит спортсмен той или иной страны в первую пятерку на чемпионате мира – судьям этих стран место в бригаде гарантировано. А сейчас из-за сокращения их числа и обязательной процедуры жеребьевки представители малых стран, в которых и фигурного катания-то нет, определяют результат. Ну как это можно?

– Скажите, а Татьяна Тарасова продолжает быть консультантом российской сборной?

– Да.

– Многие не понимают: почему тогда она взяла под опеку ведущую фигуристку мира Мао Асаду?

– Ну, мы же не можем запретить ей тренерскую работу. Асада сама приезжает, платит за лед… Тарасова консультировала и будет консультировать ведущих фигуристов мира, и я ничего плохого в этом не вижу. Вот сейчас, например, приехала к ней Асада, я предложил: давай ее на сборы, в Новогорск, пусть наши молодые посмотрят. И мы не ошиблись. Все в таком восторге были, ведь такой пример перед глазами... Это иногда лучше всяких тренировок учит. В общем, мы вернулись к тому, с чего начали. Будем платить тренерам столько же, сколько зарубежные звезды, – все, кто уехал, вернутся. Будет у нас возможность школы открывать и нормальный тренировочный процесс обеспечивать – тоже вернутся. А что мы сейчас делаем? Мы открываем катки там, где нет ни тренерских кадров, ни фигуристов, ни традиций. Само по себе это неплохо, но там, где традиции есть, – в Перми, Кирове, Екатеринбурге, Самаре – никакой государственной политики в плане поддержки и развития центров фигурного катания не было, к сожалению.

Опубликовано в номере «НИ» от 17 ноября 2008 г.


Актуально


Регионы


Новости дня

Наверх
Читайте наши новости в соцсетях!

Подписаться на новости: