Главная / Газета 13 Ноября 2008 г. 00:00 / Спорт

Дмитрий Лобков:

«Чтобы стать первым, надо быть идеальным»

ОКСАНА ТОНКАЧЕЕВА

В пятницу в голландском Херенвене стартует второй этап Кубка мира по конькобежному спорту. Первый завершился в минувшее воскресенье в Берлине и оказался для наших скороходов безмедальным. Лучшие результаты показали Дмитрий Лобков и Евгений Лаленков, занявшие четвертые места на дистанциях 500 и 1000 м соответственно. О настрое на предолимпийский сезон «Новые Известия» поговорили с лучшим спринтером сборной России Дмитрием ЛОБКОВЫМ.

Фото: АP
Фото: АP
shadow
– Дима, после неудачного для вас выступления на Играх в Турине ходили разговоры о том, что Лобков, скорее всего, распрощается со спортом. Но вы, судя по всему, сдаваться не намерены...

– Нет, я не расстался с мечтой об олимпийской медали. Сейчас передо мной новая цель – Ванкувер-2010. Желание оказаться там на пьедестале – основной стимул, который меня сейчас подхлестывает и поддерживает. Очень хочется реабилитироваться за Турин.

– Причиной поражения тогда была травма?

– Да, травма паховой мышцы так и не дала мне возможности подойти к старту в той форме, на которую я рассчитывал. С тех пор стал бережнее относиться к своему здоровью. Теперь знаю – если все делать грамотно, ничего страшного не случится, ведь любая травма, полученная на тренировке, связана с недоработками. Либо твоими собственными, либо специалистов, которые с тобой работают.

– Но от случайностей тоже никто не застрахован. Год назад на одном из этапов Кубка мира ваша коллега по сборной Екатерина Малышева упала во время забега и сильно поранилась лезвием конька. Вы тоже, по-моему, с порезами выступали…

– Да, такое, к сожалению, бывает. Пнул себя на старте случайно и побежал… Порез – у нас нормальное, хотя и крайне неприятное явление, случиться может с каждым. Знаете, у конькобежцев есть открытое место на ногах – между коньком и комбинезоном. Вот там и царапаемся. Со мной такое часто происходило. Но это, повторю, не так страшно, гораздо неприятнее, когда получаешь настоящую травму, да еще и на соревновании. Вот в прошлом сезоне на чемпионат мира по спринтерскому многоборью я поехал в отличной форме, но во время разминки сшиб корейского тренера и сам травмировался…

– Тренеры рассказывали, что в этом сезоне у вас пока одна проблема – коньки.

– Это давняя история. Я уже много раз говорил, что был, наверное, единственным в сборной, кто бегал на одних и тех же коньках последние семь лет. Естественно, они потеряли всякий вид, разболтались, ногу держать перестали. Несколько раз делал коньки на заказ, но в конечном итоге они мне не подходили. Как только начинаешь активные тренировки на льду, понимаешь, что опять промахнулся. Ботинки ведь в нашем виде спорта – половина успеха, может быть, даже больше. Ты их вообще не должен чувствовать, просто бежать и выкладываться на полную. Задача коньков – помогать тебе в этом, а не мешать.

– А в чем неудобство?

– Ботинки сидят таким образом, что пятка болтается, чувствую, что из-за этого теряю драгоценные секунды.

– Сколько же конькобежцы пар обуви снашивают за сезон?

– В среднем раз в два-три года коньки менять приходится.

– Качество комбинезона тоже имеет решающее значение, когда счет идет на доли секунды?

– Хороший комбинезон, конечно, помогает улучшать результаты, но ненамного. Материалы для них меняются каждый год, становятся более продвинутыми, совершенными. Ткань, например, должна быть эластичной, но при этом жестко держать ногу. Вы правы, все это играет роль, когда речь идет о сотых долях секунды. Но взять, скажем, канадца Джереми Уотерспуна. Если его одеть в комбинезон десятилетней давности, он все равно пробежит так, как готов на данный момент. Все это не принципиально и не особенно важно, все равно ведь бежит человек, а не комбинезон.

– Дима, еще одна проблема для вас – отсутствие в России конкуренции, так?

– Конечно, хотелось бы, чтобы конкуренция была повыше, потому что пока получается, что я – единственный спринтер России, который успешно выступает на мировом уровне, а второго номера в сборной попросту нет. Раньше в команде был и Сергей Клевченя, и Дмитрий Дорофеев, но они оба решили заняться тренерской работой (Дорофеев как раз работает сейчас с Лобковым. – «НИ»). В сборной смена поколений, а без спарринг-партнера действительно очень трудно. По этой причине в июле я даже ездил в Берлин тренироваться с голландцами, много полезного почерпнул для себя в плане подготовки.

– Вы следите за тем, насколько быстро растут результаты у соперников?

– Конечно. Всегда вожу с собой компьютер – веду свою статистику, записываю, когда и какие нагрузки у меня были, фиксирую все свои результаты и результаты соперников. Мы все друг друга досконально знаем – кто как бежит, у кого какие сильные и слабые стороны. Смотрю, как бегают те же корейцы, канадцы, американцы, финны, слежу за их секундами, за тем, как они готовы. В принципе мы не хуже. Не на том же уровне, но очень-очень близко.

– А способны вы будете в Ванкувере показать самые высокие результаты?

– Могу сказать только одно – форму я набираю от старта к старту, а это очень важный показатель. Но глобальных выводов пока не делаю и свои возможности не переоцениваю. Просто знаю, что способен бороться за медали, а все остальное зависит от самочувствия в определенный момент. Могу ведь серьезно подойти к старту, а что-нибудь собьется. Сейчас мировая спринтерская элита выровнялась в том смысле, что высококлассных спортсменов стало очень много. На победу претендуют от 10 до 15 человек. А еще каких-нибудь два-три года назад в спринте доминировали лишь два-три стабильных конькобежца. Теперь, только если у тебя все получилось идеально, ты можешь стать первым. А какой-то микроскопический сбой, и все – отлетаешь за первую десятку.

Опубликовано в номере «НИ» от 13 ноября 2008 г.


Актуально


Регионы


Новости дня

Наверх
Читайте наши новости в соцсетях!

Подписаться на новости: