Главная / Газета 29 Августа 2007 г. 00:00 / Спорт

Николай Давыденко

«С мафией не знаком»

Подготовил Андрей СИМОНЕНКО

После стартового матча на US Open Николай ДАВЫДЕНКО был вынужден ответить на острые вопросы журналистов, большинство из которых касались известных слухов об участии первой ракетки России в договорных матчах. «НИ» рассказывали об этом ранее и сейчас публикуют «краткую стенограмму» нью-йоркской пресс-конференции нашего теннисиста.

Фото: AP. KATHY WILLENS
Фото: AP. KATHY WILLENS
shadow
– Николай, расскажите, как в обстановке тотального недоверия вам удается концентрироваться на теннисе?

– Очень трудно. Постоянно приходится говорить об одном и том же. Что я никогда не играл на тотализаторе. Не ставил, не ставлю и не знаю, как это делается. И даже не знаком с теми, кто делает ставки. Чтобы отвлечься от всего этого, стараюсь читать меньше газет. Хотя приходится знакомиться с прессой. Английскую не читаю, потому что плохо знаю язык, в русской пишут глупости. Но, несмотря на все неприятности, я в последнее время сумел показать ряд хороших результатов в Цинциннати, Монреале…

– Когда вы впервые услышали о том, что вас подозревают в нечестной игре?

– После того злополучного матча в Сопоте (в начале августа Николай встречался с аргентинцем Мартином Вассайо-Аргейо. – «НИ») я отправился в Германию на медобследование. Организаторы польского турнира, кстати, просили меня остаться на день, но мне нужно было срочно выяснить, что случилось с ногой. Выяснилось, что воспаление, мне сделали укол, потому что нужно было лететь в Монреаль на следующий турнир. И уже буквально по дороге в Канаду я узнал из газет о происшедшем.

– Как отреагировали ваши коллеги-теннисисты в раздевалке?

– Да никак. Мы обычно только обмениваемся приветствиями и не беседуем о личной жизни.

– У вас был разговор с официальными лицами, ведущими расследование?

– Пока нет. Я каждую неделю играю в теннис. Не могу себе позволить концентрироваться на этом расследовании, пока у меня такой напряженный календарь. Вот после турнира в Китае будет перерыв, тогда и поговорю, с кем надо. Ассоциация теннисистов-профессионалов к тому же не настаивает на том, чтобы я встретился с представителями следствия прямо сейчас.

– Вы слышали о том, что после вашего случая организаторы US Open наняли частную фирму по борьбе с незаконными тотализаторами?

– Да, и мне неприятно, что меня, топ-игрока, считают «плохим парнем», который играет на ставках. Еще раз повторяю, никогда в жизни не делал этого, но мне не все верят. Поэтому придется, чувствую, весь год говорить об этом снова и снова.

– Во время первого матча US Open вы не слышали с трибун каких-либо неприятных комментариев в свой адрес?

– Да я по-английски плохо понимаю (смеется). Русские же болели за меня, поддерживали.

– И все же – почему, на ваш взгляд, против вас в Сопоте поставили такую огромную сумму?

– Мне кажется, из-за того, что я проигрывал в первом круге на трех турнирах подряд. А впереди были важные соревнования в Монреале. Но вообще-то я не знаю, сколько именно денег там против меня поставили. Не проверял в Интернете.

– Некоторые говорят, что теннис и теннисистов пытается контролировать русская мафия. У вас был опыт общения с преступниками?

– Нет, в России я не живу, поэтому с мафией не знаком. С 15-летнего возраста я живу в Германии. Правда, немецкая мафия мне тоже не попадалась (смеется). Возможно, здесь, где-нибудь в Бруклине, можно найти русскую мафию, но меня она обошла стороной.

– Мог ли кто-нибудь знать о вашей травме до матча в Сопоте?

– На стадионе было много русских, пришедших на мою игру. Может быть, кто-то слышал, как я перед матчем разговаривал с женой. Мог что-то произнести и во время игры, ведь она мне не тренер, а значит, общение с ней не возбраняется.

Опубликовано в номере «НИ» от 29 августа 2007 г.


Актуально


Регионы


Новости дня

Наверх
Читайте наши новости в соцсетях!

Подписаться на новости: