Главная / Газета 18 Апреля 2007 г. 00:00 / Спорт

Олимпийская чемпионка Ольга Слюсарева

«Я готова свернуть горы»

ОКСАНА ТОНКАЧЕЕВА

На недавно завершившемся в Пальма-де-Майорке чемпионате мира по велоспорту на треке российская сборная сумела завоевать лишь одну – бронзовую – медаль. Впервые за многие годы без наград осталась даже многолетняя золотодобытчица команды – олимпийская чемпионка, шестикратная чемпионка мира Ольга СЛЮСАРЕВА, в жизни которой из-за развода с мужем и тренером Михаилом Ростовцевым сейчас наступил непростой период. В интервью «Новым Известиям» самая титулованная наша гонщица рассказала не только о причинах своей неудачи, но и о проблемах отечественного велоспорта в целом.

Фото: ДМИТРИЙ ХРУПОВ
Фото: ДМИТРИЙ ХРУПОВ
shadow
– Ольга, такой результат на чемпионате мира, за год до старта Олимпиады в Пекине, – случайность или закономерность?

– Конечно, закономерность. Результаты всех последних чемпионатов закономерны. Сами посмотрите – именно я в течение шести лет подряд привозила с них по две-три медали. Чуть раньше – еще и Света Гранковская. Других медалей не было. В нынешнем составе сборной я – последняя представительница советской школы. На этом старом багаже все у нас и держится. А у молодых (имею в виду иностранцев) сейчас все совершенно по-другому. На треке в Пальме, например, наш бокс соседствовал с боксом английской сборной. Так я до сих пор в шоке пребываю. Компьютеры, приборы, антенны… Спортсмены разминаются, а сами с ног до головы различными датчиками и проводочками обвешаны. Да они уже одним этим нас убивают. Даже если объективно слабее, сам факт, что у людей все это есть, а у нас нет, говорит за себя. Они вперед движутся, растут…

– А мы…

– Знаете, у англичан на компьютеры с датчиков передавался пульс спортсмена на тренировке и в гонке. То же самое, только самостоятельно, пробует делать и мой новый тренер по треку Виктор Манаков. Когда увидела, как он колдует над своим видавшим виды стареньким компьютером, то очень удивилась. Хорошо, у меня еще пульсометр есть. И ноутбук. Но он не ловит показатели. А Виктор как-то все настроил. Я смотрела на свою пульсовую синусоиду, а он мне в это время говорил: дескать, здесь хорошо, а здесь поработать надо. Ведь бывает, где-то застрянешь, а почему и отчего, без графиков вот этих не поймешь. А у меня был спад. Пять месяцев в прошлом году не тренировалась. Вот он в Пальме и сказался. Так, по науке, мной впервые за 18 лет пребывания в большом спорте заниматься начали. И сейчас я никак не могу к этому привыкнуть, потому что раньше в этом смысле было полное безразличие.

– Но хоть подобие того, что вы видели у англичан, у родной федерации сейчас никак нельзя попросить?

– Я же чувствую: ко мне уже не то отношение… Спросила тут у Гусятникова (президента Федерации велосипедного спорта России. – «НИ») про то, как мне, спортсменке, расставшейся недавно со своим мужем и личным тренером, строить тренировочную жизнь в Италии? Ведь там я живу и гоняюсь на шоссе практически всю весну и лето. Мне средства нужны на квартиру, питание… А Александр Михайлович сразу встречный вопрос: а какие гонки ты поедешь за сборную? Я сказала: какие нужно, те и поеду. Он вроде как сразу дал мне понять: ну и запросы у тебя – апартаменты… Но, извините, я, наверное, все-таки заслужила право жить в отдельной квартире? Или теперь, когда проиграла чемпионат, должна в угол забиться, спрятать голову, как страус, в песок и помалкивать?

– Ну да, проиграли, но на то были веские причины...

– Как бы ни пыталась абстрагироваться от всех своих проблем, признаюсь, общая атмосфера, в которой живу в последнее время, все-таки действует. Теперь даже настрой другой… Раньше приезжала на старты с холодной головой и знала: надо просто проехать то-то и то-то, так-то и так-то. Сейчас приехала с другими амбициями, совсем другими целями и задачами. Да, я знала, что мне надо ехать гонки. Но я знала, что теперь мне уже по другой причине надо их выигрывать. Но представьте себе, проиграв, даже не расстроилась. Хотя прекрасно понимала, что мой бывший тренер будет сидеть у телевизора и потирать ручки, радуясь от того, что без него я, оказывается, никто.

shadow – Не опускайте руки, Оля.

– Да нормально все, я прекрасно себя сейчас чувствую и в моральном, и рабочем плане, потому что знаю: есть человек (Манаков. – «НИ»), который будет мной заниматься на треке. Мы с ним уже обсудили все мои недоработки. Ничего страшного не произошло. Значит, так должно было случиться, и встряска была мне необходима.

– Интересно, а другие тоже в такой непростой ситуации оказались? Почему никого за вашей спиной не видно?

– Послушать тренеров, так недостаточное у нашего велоспорта финансирование. Наши руководители знают: есть три-четыре человека, которые отметились на прошлой Олимпиаде, и вроде бы могут отметиться опять. Вот они и пытаются нас как-то поддержать. Но в то же время ни мощного тыла, ни стимула идти вперед они нам не создают. Зато стоит чуть оступиться, тут же жирный крест ставят.

– Обидно?

– Очень… Понимаете, все в спорте состоит из мелочей. И если ко всем этим мелочам, в том числе и медобслуживанию, мы не станем относиться серьезно, если хотите, на политическом уровне, как в Китае или Англии, то о медалях надо забыть. Вот у нас есть доктор, по рассказам – так просто феноменальный. Гематолог. А толку что? Почему у него нет команды сверху – работать на основную сборную? И на вторую, которая обязательно должна быть создана под главной, тоже? У нас нет на это финансирования… А у кого из спортсменов есть деньги, подходят к этому доктору и говорят: я вас покупаю, занимайтесь мною. Почему к спортсменам нет систематизированного подхода? Вот я сама напросилась сейчас на УЗИ сердца и снятие показателей на велоэргометре, поняв, что у меня идет какой-то сбой в пульсе.

– Но хоть какая-то положительная тенденция за последние годы в отечественном велоспорте наметилась?

– Пять лет строит Александр Анатольевич Кузнецов в Питере современный 250-метровый трек и все никак построить не может. Пусть строит на свои деньги, но почему вы ему не помогаете? Ведь знаете, что в стране уже пятнадцать лет нет мужчин-спринтеров, да и женщин молодых в этом виде тоже. Почему они не растут? Да потому что мы тупо продолжаем тренироваться на 333-метровом треке в Крылатском. И все-то у нас ладненько, как по маслу. Якобы. Но выезжают ребята за рубеж, а там трек маленький, 250 метров, и у каждого маленького трека своя специфика: где-то угол наклона виража побольше, а где-то поменьше, полотно – где-то помягче, где-то пожестче. Вот отсюда и результаты. Говорю Гусятникову: я шесть лет чемпионка мира, так почему у меня на форме, на воротничке и манжетах, нет отличающих чемпионку цветных полосочек? Почему кто-то, кто десять лет назад один раз стал чемпионом мира, по гроб жизни будет ездить с этими полосочками, а я, шестикратная, нет? Ведь обеспечить формой спортсмена – обязанность федерации. Один единственный раз мне сделали эту форму, когда я выиграла в 2001-м. Катаюсь в этом дырявом комбинезоне, побитом, словно молью, до сих пор. Спрашиваю: Александр Михайлович, почему вы мне новую форму не сделаете? Для меня и для Светы Гранковской? «Все зависит от механика. Он заказывает форму», – вот такой был ответ. Так что все то же самое, и ничегошеньки нового. Да, они делают нам сборы, но это только для того, чтобы была «отмазка»: мы вам сборы, а вы нам – медали.

– Через полтора года Пекин. У вас терпения хватит?

– Я тренируюсь и так же, как всегда, буду бороться и сражаться. Только дайте поддержку, которую бы я почувствовала. Я же не последний спортсмен, и, быть может, сейчас настало время, когда я первый раз в жизни готова просить сильных мира сего: помогите мне в этой ситуации, поддержите меня, чтобы я знала, что еще нужна кому-то. Что действительно я Слюсарева. Однако до меня доходят слухи, что обо мне уже речь не идет и олимпийская ставка делается на другого человека. А мне что, к Фетисову идти? Мне, как вы поняли, не стыдно выносить свои проблемы на всеобщий суд. Ведь я хочу не чего-нибудь, а тренироваться и продолжить спортивную карьеру. Да, всю жизнь я была защищена, и Ростовцев носился со мной, как курица с яйцом. А теперь сама буду таскать велосипеды, сама себя возить на гонки. На шоссе я буду гоняться в составе итальянской команды «Феникс», так как больше всего моральной и прочей заботы получаю именно от нее. Все просто. Ведь когда ты и в жизни, и в спорте чувствуешь, что необходим кому-то, горы готов свернуть. Так вот я готова.

Опубликовано в номере «НИ» от 18 апреля 2007 г.


Актуально


Регионы


Смотрите также

Финал Российской серии кольцевых гонок обещает быть захватывающим


Под стенами Казанского Кремля разыгралась жаркая гонка


Подтвердил свой чемпионский класс

Победу на Гран-при Германии одержал действующий чемпион «Формулы-1» Льюис Хэмилтон, а россиянин Даниил Квят на «Торо Россо» финишировал только 15-м

Хэмилтон великолепный

Действующий чемпион мира одержал пятую победу в текущем сезоне и третью кряду

«Мерседесовцам» разрешили драться

Хэмилтон одерживает вторую победу подряд в чемпионской гонке «Формулы-1», Квят финиширует в десятке

Хэмилтон выиграл второй этап «Формулы-1» кряду, Квят заработал одно очко


Хэмилтон стартует первым на Гран-При Великобритании, Квят – 15-й


Новости дня

Наверх
Читайте наши новости в соцсетях!

Подписаться на новости: