Лазарос Пападопулос

Лазарос ПАПАДОПУЛОС – представитель самого дефицитного игрового амплуа в баскетболе. Он – центровой. Причем, по мнению большинства специалистов, на данный момент лучший в Европе. Победитель Евролиги, чемпион и обладатель Кубка Греции в составе «Панатинаикоса», золотой призер европейского и серебряный мирового чемпионатов, вот уже третий год он выступает за московское «Динамо». В минувшем сезоне столичный клуб выиграл Кубок УЛЕБ, а в этом Лазарос вместе с партнерами собирается добиться успеха уже в самом престижном турнире Старого Света – в Евролиге. «Новые Известия» встретились с известным греческим баскетболистом, который родился в Краснодаре и прекрасно говорит по-русски.

– Лазарос, вы начали свой путь в спорте с греко-римской борьбы. В баскетбол ушли из-за высокого роста?

– Нет, он понравился мне своей скоростью, страстью, высокой энергетикой, непрерывным движением, непредсказуемостью. Это мужская игра. Когда я только пришел в баскетбол, отец принес мне фотографию Патрика Юинга – знаменитого американского центрового. Она меня очень впечатлила! На ней он боролся за позицию. Подставлял локоть другому игроку, не давал ему выйти вперед. Меня поразило, сколько силы и страсти вложил он в этот короткий контакт с соперником. В баскетболе как-то по-особому чувствуешь и используешь свое тело. Закрываешь игрока, ставишь заслон, обыгрываешь, забиваешь. Баскетбол – это контакт, мысль, адреналин и эмоции. И еще – это друзья. Мои самые лучшие друзья – в баскетболе. На площадке мы держимся друг за друга, страхуем. После тренировки идем куда-то вместе, помогаем друг другу решать проблемы. Помните, как у Высоцкого, – надеемся только на крепость рук, на руки друга и вбитый крюк. И молимся, чтобы страховка не подвела.

– Но мне казалось, что в вашем игровом амплуа, наоборот, мало романтики. Вы все время спиной к корзине. А лавры достаются в основном разыгрывающим и форвардам. Не обидно?

– Да, игру спиной немного недооценивают. Работа центрового зачастую остается за кадром. Поэтому мальчишки, когда приходят в секцию баскетбола, мечтают о карьере разыгрывающего и форварда. Хотят показывать хороший дриблинг и много забивать. Но в моем игровом амплуа романтики, поверьте, не меньше. Мне вспоминаются величайшие «центры» – Карим Абдул-Джаббар, Уилт Чемберлен, Билл Рассел, Дэвид Робинсон, Шакил О’Нил, Арвидас Сабонис... Все они показывали очень высокий класс, великолепно чувствовали баскетбол, владели пасом и играли спиной к кольцу. Кстати, так, между прочим, забивать удобнее. Можно подойти близко к корзине и при этом не дать сопернику забрать мяч. Но центровой в атаке играет не только, чтобы забить самому, но и для своих партнеров. Старается сделать все, чтобы они показали свои самые сильные стороны, выводит их на броски. А в защите центровой – что-то вроде футбольного или хоккейного вратаря. Под своим кольцом он делает незаметную, черновую работу. Но зритель, который разбирается в баскетболе и чувствует его, от красивой игры в защите тоже получает наслаждение. И побеждает в баскетболе только та команда, у которой надежные оборонительные рубежи.

– Специалисты говорят, что центровой – это и самое дефицитное игровое амплуа…

– Это правда, центровых очень мало. Даже в НБА не каждый клуб сейчас располагает первоклассным «центром». Вообще баскетбол начинается от разыгрывающего и центрового. Если хорошо играют эти две позиции, то команда практически готова.

– Начался новый сезон. С чем «Динамо» пришло к нему?

– У нас очень много перемен. В команду пришли молодые, перспективные игроки. Нам надо притереться друг к другу, сыграться. Должен сложиться коллектив. Идет обычная работа, к которой мы привыкли. Которую любим. А чтобы команда созрела, нужно время. Думаю, после Нового года начнем показывать стабильную игру. В прошлом сезоне мы получили большой опыт. Опыт поражений. Иногда недооценивали соперника, поэтому проигрывали слабым командам. Теперь многое поняли, осознали, намотали на ус. Говорят, победа делает человека добрее, а поражение – мудрее. В этом сезоне нас снова ждут сильные соперники. И в российских турнирах, и в Евролиге. Это хорошо, когда есть сильный соперник. Без него жизнь была бы неинтересной. Он не дает расслабиться, задремать, задрать нос. В столкновении с ним высекается характер.

– Расслабиться вам не дает еще, наверное, и тренер. Люди, знающие наставника «Динамо» Душана Ивковича, противоречивы в своих отзывах о нем. Одни говорят: он человек сложный, другие: удивительный. А каким видите его вы?

– Душан Ивкович – талантливый человек. Такие люди, наверное, не бывают простыми. Он многогранный. Важно научиться его понимать.

– Ваше имя происходит от еврейского Лазарь. Так звали святого – друга Иисуса Христа. Как вы думаете, существует ли связь между именем и судьбой человека?

– Трудно сказать… У этого библейского героя была нелегкая судьба. Его жизнь прошла в молитвах и строгом посте. Он был очень правдивым и никогда не улыбался. Жил в пещере. А я человек неверующий. И вряд ли смог бы отказаться от мирских радостей. Я слишком люблю жизнь. Постов не соблюдаю. Разве что спортивный режим. Да и то как-то нарушил. На свадьбе у Леши Саврасенко (центровой ЦСКА. – «НИ») выпил немного вина и станцевал стриптиз. По-моему, гостям понравилось. Даже на бис просили исполнить. Но вы не подумайте, я не только стриптиз умею танцевать, еще сиртаки, вальс и танго. Музыка и танец – это душа греческого народа.

– Чем пленила вас эта страна?

– Это мой дом. Я уехал в Грецию вместе с родителями, когда мне было десять лет. Мой папа – понтийский грек, а мама – русская. Родители познакомились в Краснодаре, когда папа учился в художественном училище. А в Греции я живу в Салониках, в городе, где проповедовал святой апостол Павел. Это удивительная, солнечная страна. Там очень мало дождей. А пасмурных дней почти совсем нет. Даже осенью, когда холодно, все равно светит солнце. У Греции какая-то особая магия, очарование. Очень скучаю по оливковому маслу, морю, островам, театру... Кстати, театр, так же, как и медицина с философией, начали свою историю именно в Древней Греции. А я там начал играть в баскетбол и сформировался как игрок. В Краснодаре был только на двух тренировках. И мне не понравилось. А когда приехал в Грецию, это было что-то потрясающее! Там все играли в баскетбол. Во дворах, в школах все площадки были забиты.

– Сейчас у вас остается время на что-то еще, кроме баскетбола?

– Конечно. Я играю в шахматы, занимаюсь подводной охотой. Просто не могу жить без нее! Погружаюсь обычно в море, на большие глубины. Подводный мир – волшебный, сказочный. Мир гармонии и безмолвия. Нигде не увидишь такой палитры красок, как на дне моря. Очень трудно описать эту красоту. Когда опускаешься под воду, в чужую среду, остаешься один на один с собой и живешь жизнью обитателей моря. Это такие необычные ощущения…

– А шахматы какие ощущения у вас вызывают? Известный сербский гроссмейстер Светозар Глигорич как-то сказал: «Шахматы – это борьба с самим собой». Как вы думаете, что он имел в виду?

– Шахматы, в отличие от баскетбола, – неконтактный вид спорта. Но некоторые шахматные чемпионы относятся очень враждебно друг к другу. Поэтому им приходится бороться не только с тактическими схемами соперника, но и с самим собой. Со своей ненавистью. В баскетболе тоже борешься с самим собой. Но только не с ненавистью, а с волнением. Великаны ведь тоже волнуются иногда. (Улыбается.)

– Говорят, вы присутствовали при рождении ваших обеих дочерей.

– Да, младшей, Нефелли, сейчас три месяца. А старшей, Данае, – три года. Рождение новой жизни – самое загадочное и удивительное, что происходит на земле. Это очень интересно – увидеть, как приходит в этот мир твой ребенок. Да и жене легче было со мной. Я очень переживал. Ждать снаружи, у палаты, – это совсем не то. А тут все происходит на твоих глазах. Когда первая дочка родилась, жене дали ее на руки, а я побоялся брать. Она была такая маленькая, хрупкая. Просто погладил и все. А при рождении второй дочки уже так не переживал. Был почти спокоен. Я хочу еще одного ребенка – мальчика. Многие считают, что жениться в 21 год – это слишком рано. Что надо еще погулять. А семья – это, мол, тюрьма. Я так не считаю. Пять лет назад влюбился и сразу женился. Моя жена тоже из мира спорта. Она профессионально играла в пляжный волейбол. Теперь я учу ее играть в баскетбол, а она меня – в волейбол. У нее получается лучше.

– Значит, решили уже, чем по окончании спортивной карьеры будете заниматься?

– Да. Хочу тренировать юношей. Но это будет не скоро. Центровой, как хороший коньяк, чем старше, тем лучше. Он не стареет, а зреет. Начинает показывать классную игру намного позже, чем другие игроки, ближе к 30 годам. И позже заканчивает выступление. Некоторые играют до 40 лет и дольше. Так что у меня все впереди, и есть время для работы над своими минусами. Главный – это штрафные броски. За лето я их хорошо проработал. И уже в игре за сборную Греции на чемпионате мира в Японии это дало результат. Еще один минус – бросок с дальней дистанции. Над ним я тоже серьезно работал. Теперь, думаю, смогу бросить один-два раза за игру. В общем, пока годы прибавляют мне силу и опыт, буду играть. А когда начнут отнимать скорость, уйду на тренерскую работу.