Главная / Газета 17 Ноября 2006 г. 00:00 / Спорт

Чемпионы мира по фигурному катанию Мария Петрова и Алексей Тихонов

«Свадьбу отложили на год, чтобы еще покататься»

ОКСАНА ТОНКАЧЕЕВА

В пятницу в Париже стартует четвертый этап Гран-при по фигурному катанию «Трофе Эрик Бомпар», на котором официально начнут сезон ветераны российской сборной, чемпионы мира в парном катании Мария ПЕТРОВА и Алексей ТИХОНОВ. У них в спорте интересная судьба. Маша в начале карьеры была чемпионкой мира среди юниоров в паре с Антоном Сихарулидзе. Алексей выступал, но без особого успеха, с японской фигуристкой за Страну восходящего солнца. Встав в пару вместе, Петрова с Тихоновым уже через год сумели стать чемпионами мира, а потом на протяжении шести лет по разным причинам всегда останавливались в шаге от золотых медалей. Прошедший олимпийский год должен был стать последним в их непростой карьере, но накануне нового сезона фигуристы шокировали всех своим решением остаться. О том, почему они пошли на этот шаг, а также о своих планах Маша и Леша рассказали «Новым Известиям».

Фото: AP
Фото: AP
shadow
– Насколько мне известно, думали вы долго, уходить или оставаться. Кто кого уговорил?

А.Т.: – Обычно я всегда Машу убеждал: давай еще годик покатаемся. А тут все само собой получилось. Я ждал решения Маши, не давил на нее и думал: ну, не захочет человек, не надо. Будем чем-то другим заниматься. Но оказалось, думая порознь, мы оба приняли решение все-таки остаться.

М.П.: – Нас многие об этом просили. Российская федерация фигурного катания долго уговаривала. Вы, мол, единственные, на кого мы можем рассчитывать в новом сезоне. Просили остаться хотя бы на этапы Гран-при. Финал же его пройдет в Санкт-Петербурге, а что такое финал в Петербурге без русской спортивной пары? Для федерации это очень важно. Но, конечно, последнее слово оставалось за нами. И здесь многое сыграло свою роль. Хотелось и себя самих, и родных еще порадовать. Плюс чемпионат мира пройдет в Токио, где нас всегда хорошо принимают. Ну, и финал Гран-при в Питере, конечно.

– На последнем чемпионате мира в Калгари, после которого вы собирались уходить, вас откровенно засудили. Татьяна Тарасова сказала тогда, что ей очень обидно, что за Машу с Лешей российская делегация не стала бороться. Да и никогда по-настоящему не боролась. Уговаривая вас остаться, президент федерации Валентин Писеев обещал вам поддержку?

М.П.: – Да, я надеюсь, что теперь нам будут помогать. Должна же Россия показать, что не просто так мы остались. Но, даже если не будет, что ж, покатаемся в удовольствие. Нам есть, для кого кататься, – для своих зрителей. Они оценят.

А.Т.: – В общем-то у Валентина Николаевича к нам всегда хорошее отношение было. Но получилось, что при лучшем своем катании – мы же в Калгари были на голову выше всех – заняли всего лишь третье, почетное место. Но эта медаль дорогая, все равно она стоит «золота».

– У вас ни одной ошибки, а у обеих китайских пар – падения…

А.Т.: – Политические моменты. За три недели до этого Россия на Олимпиаде в Турине три золотые медали из четырех возможных завоевала. А могла бы и все четыре получить. Вот чтобы опять все России, по крайней мере в парном катании, не отдавать, все, как есть, и оставили. В Китае сейчас сильное парное катание, почему бы им действительно где-то немножечко не помочь? Ну, получилось, что мы были крайними в этой ситуации. К сожалению, в который уже раз.

– В чем же тогда преимущество новой системы судейства, которая, по идее, должна была как раз все эти моменты исключить?

М.П.: – Преимущества вообще никакого нет. К этой системе мы уже привыкли, но первое время не понимали, почему происходит так, а не иначе. Смотрели, например, распечатки и видели, что твой уровень сложности элементов не совпадает с тем, что там написано. Это вызывало возмущение. И сейчас, готовясь к соревнованиям, мы постоянно ждем подвоха. Зная, что у нас элементы четвертого уровня сложности, мы уже не слишком удивляемся, когда судьи ставят их на второй или третий. Все как-то непредсказуемо. Мы знали в Калгари, что исполнили программы не просто чисто, а безукоризненно. Соперники упали. И когда их все равно поставили выше, это у нас в голове не укладывалось. Даже когда мы на пьедестале стояли, те люди, которые нас награждали, говорили, что мы должны стоять на первом месте, но так, мол, получилось. Никто из судей, дескать, не ожидал, что вы можете так хорошо откатать. Сколько раз такое было, когда от нас не ожидают, а мы катаемся!

А.Т.: – Даже сами китайцы, правда, не те, кто выступал в Калгари, а бронзовые призеры Турина, знаменитые Сю Шень и Хонбо Чжао, подошли к нам и сказали: ребята, для нас вы чемпионы. Для меня это было очень приятно… Знаете, наверное, вот этот момент, когда мы не получили свое «золото», тоже не последнюю роль в нашем решении остаться сыграл. Если бы выиграли, думаю, не вернулись бы. Зачем?

– Вы представляете, насколько сами себе усложнили задачу? Чего вы вообще от этого сезона ждете?

А.Т.: – Конечно, будет обидно, если не сможем больше выступить так, как катались в Калгари. Но, с другой стороны, почему не сможем? Когда я увидел Артура Дмитриева (двукратный олимпийский чемпион. – «НИ») в 31 год на второй Олимпиаде, подумал: господи, он самый старый! Тогда это было ого-го! А сейчас я катаюсь в 35, и пока получается все лучше и лучше. Возрастной критерий отходит на задний план. Потому мы и остались, что сила пока есть.

– Но какие козыри вы собираетесь предъявить соперникам?

А.Т.: – Во-первых, это опыт прошедших лет. Ты знаешь уже, как и за счет чего нужно и можно выигрывать. Во-вторых, что-то в нас самих в лучшую сторону поменялось. Мы сделали шаг на другую ступень, где больше простора для мысли, больше понимания того, что происходит. В-третьих, попытаемся сделать не просто программу с набором обязательных элементов, а программу-историю, хотя при нынешних правилах это очень тяжело. И последний, самый, наверное, несущественный, но важный при этом момент – поддержка и помощь федерации. Правда, только в том случае, если мы действительно будем хорошо кататься. Пока у нас – тьфу-тьфу-тьфу! – все нормально складывается. Столько людей хотят нам помочь! Татьяна Анатольевна Тарасова, Саша Жулин спрашивал, когда вы мне свои программы покажете…Единственный минус – не хватает времени на тренировочный процесс. Мы в проекте «Звезды на льду» задержались, думали, что выпадем из него намного раньше. Но, с другой стороны, эта нехватка времени сделала нас более дисциплинированными. Приезжаем в Питер и на тренировках четко делаем то, что запланировали. И лишние споры-разговоры, как это случалось раньше, исключаются. Мы, наверное, в душе порой бываем аферистами. Но вот Маша мне на днях сказала, что ей было бы очень не интересно и скучно просто опять каждый день тренироваться, заниматься только спортом, и все.

М.П.: – Все очень удивляются, как я раскрылась в этом телепроекте, а для меня самой и для Алексея это не стало сюрпризом. Но, если другие считают, что я так здорово изменилась, то для нашей карьеры это очень большой плюс. Потому что и болельщики, и судьи увидели нас с другой стороны. И на соревнованиях, надеюсь, теперь будут воспринимать совершенно по-другому. Весь мир смотрит этот проект, и он нам, безусловно, поможет. Участие в «Звездах» дало нам такой большой прилив положительных эмоций, которые, думаю, выразятся и в наших спортивных программах. Пусть это будут не те элементы, которые мы делаем на Первом канале, главное – душевный настрой. Его все заметят.

– Алексей, Машин партнер Игорь Бутман все-таки хоккеем занимался. А ваша Аня Большова действительно до съемок ни разу на коньках не стояла?

А.Т.: – Когда она в июле в первый раз на коньки встала, я удивился Илье Авербуху, который не сказал ей: «Слушай, Большова, иди обратно в «Ленком», у тебя там все так здорово получается»… Потому что это было ужасно. Но Илья смог увидеть, что она научится. Я поражаюсь тому, как она все схватывает. Представляете, чего стоит выйти при поддержке на вытянутую руку на высоту два метра человеку, который не стоял на льду? А она смогла. Мне этот проект еще чем интересен и полезен, вот Аня говорит: «Я не понимаю, как делать. Объясни еще раз». И я стараюсь делать так, чтобы было понятно. То есть она еще учит меня быть тренером. А поскольку мы с Машей уже твердо решили после окончания карьеры посвятить себя в родном Питере тренерской работе, помощь от этого огромная.

– А артисты от общения с вами что-то приобретают, как вам кажется?

А.Т.: – Они учатся мобилизовываться, собираться на определенное, конкретное время. Хотя в актерской, в музыкальной, в любой профессии это есть, но тем не менее в данной ситуации опыт в этом смысле получаешь колоссальный. Потом, любой спорт – это красивое действо, он и человека делает еще более красивым. Вот Игорь Бутман похудел на пять килограммов, катаясь с Машкой. Анька становится более подтянутой… Эмоции, которые они выражают на сцене, в концертном зале, пытаются перенести на лед… Это другие ощущения, которые тоже, мне кажется, для них очень важны.

– О своем будущем после спорта вы обмолвились, а долгожданная свадьба у вас с Машей когда?

А.Т.: – У Машки раньше было желание, стремление к свадьбе, а я как-то так… Мужчины к этому относятся спокойнее, тем более что мы и так вместе. А сейчас я спрашиваю ее: а какую свадьбу ты бы хотела? А она говорит: «Если всех приглашать – это же столько народу… Рабочий день получается». То есть и у нее пришло понимание того, что пышное торжество – не главное. Мы хотим, чтобы свадьба была спокойная. Чтобы только друзья, родные были рядом и не нужно было стать держать, а просто с любимыми людьми общаться... Правда, выяснилось, что и друзей, которых видеть бы хотелось, человек пятьдесят набирается. В общем, решили отложить на год и покататься еще, чтобы времени было побольше подготовиться.

Опубликовано в номере «НИ» от 17 ноября 2006 г.


Актуально


Регионы


Новости дня

Наверх
Читайте наши новости в соцсетях!

Подписаться на новости: