Анастасия Ермакова

В минувшие выходные в Москве впервые в истории синхронного плавания прошел новый коммерческий турнир FINA Trophy. Отсутствие соревнований в сольной программе, не слишком удобные для спортсменок сроки проведения, наличие в судейской бригаде вместо девяти всего трех арбитров – все эти новшества вызвали неоднозначную реакцию в среде специалистов, хотя в целом, по мнению большинства из них, турнир удался. «Новые Известия» побеседовали с двукратной олимпийской чемпионкой по синхронному плаванию Анастасией ЕРМАКОВОЙ.

– Настя, первый блин обычно бывает комом…

– Да, но с точки зрения организации все очень хорошо прошло, и сама идея интересная. В нашем виде спорта коммерческие старты еще не проводились, и очень здорово, если они станут традиционными. Следующий, говорят, пройдет в Бразилии. А вот со сроками проведения – да, не угадали. Мы после Кубка мира устали очень, настраивались отдыхать, а тут восемь сильнейших команд приезжают, и проигрывать, ясное дело, никак нельзя. Кстати, усталостью небольшие ошибки, которые у нас с Асей (Давыдова, партнерша Ермаковой по дуэту. – «НИ») были, я и объясняю. И другие, видно было, из последних сил держались. Ну, и судейство, конечно, смущает. Три судьи в таком субъективном виде спорта – очень странная практика. Ну, хотя бы пять человек было, чтобы четыре, например, к какому-то общему знаменателю пришли. А трое могут просто разойтись в разные стороны, и что тогда? Мы побаивались, если честно, перед стартом немножко…

– Призовые, конечно, всем хочется заработать, но вот следующий сезон у вас предолимпийский. Чемпионат мира пройдет, устанете еще больше, в конце октября придется ехать в Бразилию, а на носу – Пекин.

– Решение, ехать или нет, от главного тренера сборной будет зависеть. Вот испанки, знаю, сначала не хотели к нам сейчас приезжать. Видимо, собирались отдохнуть так же, как мы, и готовиться спокойно к чемпионату мира (он пройдет в марте будущего года в Мельбурне. – «НИ»), но потом их, наверное, переубедили.

– Отдыхать обычно все на море, к воде поближе ездят, а синхронистки – в лес?

– Тоже на море, к воде поближе. После последнего чемпионата мира мы три месяца отдыхали. Так, первый месяц я была в Крыму, ныряла, азы дайвинга осваивала. Потом месяц в Англии провела, жила в английской семье – язык учила. Ну, а последний месяц на две части разбила. Первую половину просто в Москве провела, а вторую – в Египте, опять с дайвингом.

– Поохотиться за рыбками удалось?

– Нет, сертификацию на охоту я не сдавала, но уровень в дипломе получила довольно высокий. Вообще очень здорово в море под водой, как в аквариуме себя чувствуешь. А в Египте я на затонувший корабль времен Второй мировой войны ныряла, там снаряды, военная техника остались… Но на рыбок смотреть интереснее, чем на ржавчину.

– Когда к новому чемпионату мира начнете готовиться?

– Недели через две, не раньше. Времени мало, но у нас подобные ситуации бывали. Ничего, все успевали и выигрывали.

– Говорят, доминирование русских в вашем виде спорта уже всем надоело. Вы с Асей на себе это как-то чувствуете?

– Пока нет. Но нам сейчас стало страшнее выступать. Потому что груз ответственности огромный, потому что Россия всегда первая, и от нее всегда ждут только идеального выступления. Вот мы и стремимся делать так, чтобы ни у кого не повернулся язык сказать: вот, мол, им ставят больше других по привычке. Отсюда и напряжение внутреннее. Надеемся, что судьи все-таки от нас не устали, хотя сейчас на чемпионате мира, если вы знаете, вводится новая система оценки выступления. Техническая программа будет оцениваться отдельно, и даже медали за нее собираются вручать. Но выступать придется трижды – будут полуфиналы и финалы. В произвольной программе так же. Все это сделали для того, чтобы разыграть больше комплектов наград. И вот представьте: так Россия забирала четыре золотые медали (соло, дуэт, группа, комбинация. – «НИ»), а тут сможет – семь. Так что неизвестно, чем это все закончится.

– Так уже пошли маленькие провокации. Японцы вам Кубок мира – вазочку хрустальную – так и не отдали?

– Нет.

– А почему?

– Видимо, были уверены в своей победе и не подготовили документы на вывоз этого трофея. Или просто не успели, не знаю. Обещали нам прислать эту вазочку попозже. Она из какого-то очень дорогого японского хрусталя сделана, ее в дни соревнований даже конвой охранял. Японки, к слову, сейчас очень здорово прогрессируют. Испанки – тоже.

– Как вам кажется, Настя, почему мы столько лет никому из соперниц покоя не даем? Вы такие замечательные? Тренеры, судьи?

– Тренеры у нас действительно самые лучшие, а мы просто очень много работаем, держим в форме себя. Внешний вид на общем результате тоже сказывается. Вот те же самые канадки и американки раньше такие стройные ходили, а сейчас будто вообще не тренируются, «поплыли»…

– Главный тренер сборной Татьяна Покровская рассказывала, что, в отличие от нас, у тех же японок есть специализированный бассейн, который находится в распоряжении синхроннисток круглые сутки. Не говоря уже о тренажерах, банях-саунах и хореографических залах. А вы не хотите рассказать, в каких условиях на сборах круглый год сидите?

– В Раменском под Москвой условия действительно не очень. Сто лет ремонта не было. Комнатки в блоке на четверых размером с купе, мебель старая, краска облезла, да еще холодильник в тамбуре очень сильно гремит... Спасает лишь то, что когда ты утром встаешь, завтракаешь, идешь на тренировку, потом обедаешь, потом, обессиленная, засыпаешь, после чего опять идешь на тренировку и иногда без ужина снова засыпаешь, всех этих бытовых мелочей попросту не замечаешь.

– Не пожалели еще с Асей, что, став в Афинах двукратными олимпийскими чемпионками, решили остаться до Пекина?

– Мы знали, что нам еще рано уходить, но то, что будет так тяжело, не предполагали. Четыре года назад все было гораздо легче, и груз психологический не тянул. Мы уже устали, но назад дороги нет.