Андрей Николишин

Хоккейный клуб «Авангард» из Омска – один из тех полуфиналистов чемпионата России, чье превосходство над соперником в предыдущем раунде, в данном случае столичным ЦСКА, не вызывало никаких сомнений. Во многом благодаря блестящей игре лидера омичей, заслуженного мастера спорта, чемпиона мира 1993 года, призера Олимпийских игр Андрея Николишина. В субботу, в день последнего, третьего матча серии плей-офф хоккеисту исполнилось 33 года. Корреспондент «НИ» поговорил с «новорожденным» перед отъездом «Авангарда» домой.

– Андрей, с днем рождения! Что скажете о противостоянии с армейцами?

– Большое спасибо за поздравления. Увы, день рождения, как поется в одной песне, грустный праздник. А победа над ЦСКА далась с большим трудом, несмотря на то, что удалось выиграть серию в трех матчах. Соперник у нас был более чем достойный. Играл в агрессивный хоккей, но, к счастью, удача была на нашей стороне.

– Еще в прошлом сезоне вы сами были игроком ЦСКА. Почему ушли?

– Долгий разговор. Просто так получилось. Но я не привык ни о чем жалеть. Был искренне тронут, когда диктор армейского Дворца спорта поздравил меня с днем рождения. Хоть я и уехал из Москвы, как видите, меня по-прежнему помнят, не забывают. Получается, сумел оставить о себе хорошую память. Кстати, теперь в ЦСКА тренируется мой сын Ваня. Он капитан армейской команды 1996 года рождения.

– На ваш взгляд, сильно изменился ЦСКА после вашего ухода?

– Процентов на пятьдесят, наверное. Но перемены – как в команде, так и в тренерском штабе – пошли только на пользу.

– Нынешний сезон, как известно, вы начали в тольяттинской «Ладе». Потом покинули этот клуб. Все из-за пресловутых проблем команды с деньгами?

– Нет. Просто не сложились отношения с главным тренером. Петр Воробьев, думаю, не видел меня в своем коллективе и поэтому предъявлял мне различные претензии. Уехав из Тольятти, я два месяца самостоятельно тренировался в Москве. А потом, в конце прошлого года, на меня вышли руководители «Авангарда».

– Тяжело в Омске без семьи?

– Конечно, непросто. Но два сына в Москве ходят в школу, занимаются в хоккейной секции. Трехлетняя дочка находится под присмотром бабушки. Жена работает. У всех свои дела. Вот сейчас дети сидят дома и ждут папу с победой.

– Еще год назад вы говорили, что по-прежнему хотите завоевать Кубок Стэнли, а, между тем, с 2004 года выступаете за российские клубы...

– Я и сейчас мечтаю его выиграть. У меня были предложения из-за океана, после того как я покинул ЦСКА. Надеюсь, скоро они вновь поступят. Есть еще в хоккее цели и задачи для спортсмена Николишина. И я иду к их осуществлению своим нелегким путем. Так что для меня еще ничего не потеряно.

– В московском «Динамо», где вы начинали карьеру, сложилась очень тяжелая финансовая ситуация. Следите за этой историей?

– Внимательно слежу. Только вот чтобы давать какие-то комментарии, надо знать обстановку изнутри. Могу лишь сказать, что мне горько и обидно за ребят, которые три месяца не получают зарплату. Они ни в чем не виноваты.

– Вам не обидно, что тренеры перестали включать вас в списки кандидатов в сборную России?

– Мне трудно об этом говорить… Понимаете, тренерская чехарда никогда не идет на пользу. Посмотрите, сколько критики вылилось на головы хоккеистов, которые играли на Олимпиаде в Турине. Они ехали за победой, но не получилось. А в итоге во всем обвинили только игроков. Прав был Павел Дацюк, который в одном интервью сказал, что в нашем хоккее надо менять не игроков или тренеров, а всю систему.

– Но вы лично готовы продолжать выступления за сборную, если пригласят?

– При любом руководстве федерации и при любом тренере.

– Получается, вы остаетесь патриотом родины, хотя в России вам приходилось лицом к лицу сталкиваться с бандитами и рэкетирами...

– Да, в середине 90-х на меня вышли вымогатели и потребовали поделиться честно заработанными деньгами. В противном случае пообещали руки и ноги сломать. Пришлось обращаться за помощью в ФСБ и РУБОП. Бандитов в итоге задержали, организовав засаду прямо у моего дома. Такие были времена.