Главная / Газета 5 Августа 2004 г. 00:00 / Спорт

Елена Исинбаева

«Мне даже сны про победы снятся»

ОКСАНА ТОНКАЧЕЕВА

В феврале этого года в Донецке волгоградская спортсменка Елена Исинбаева установила один за другим два мировых рекорда для залов – 4,81 и 4,83 м – и стала первой в истории легкой атлетики, сумевшей зимой превысить летнее достижение. Спустя месяц на зимнем чемпионате мира в Будапеште она вновь стала чемпионкой и рекордсменкой мира, прыгнув на 4,86 м, а несколько дней назад в Лондоне Исинбаева, взяв высоту 4,90 м, улучшила уже свое же летнее мировое достижение, установив третий за последние полтора месяца мировой рекорд. В интервью «Новым Известиям» Елена рассказала, что планировала свои выступления таким образом, чтобы остались силы и на то, чтобы выиграть «золото» Олимпиады.

shadow
– У меня почему-то нет никаких сомнений в том, что физически я выдержу и афинский старт, – призналась Елена. – Во-первых, потому, что сил на все эти рекорды я затратила не так уж много, а во-вторых, понимаю, что Олимпиада – главное соревнование в жизни каждого спортсмена. Поэтому весь этот сезон и вся подготовка к нему были построены таким образом, чтобы в Афинах я прыгнула достойно.

– Как это понимать – достойно? С рекордом?

– Если получится, то, конечно, с рекордом. А если нет, то на золотую медаль. На меньшее я теперь и не настраиваюсь. Хотя понимаю, конкуренция в Афинах будет жесточайшая.

– Вы можете почувствовать накануне старта – будет сейчас рекорд или нет?

– Бывает по-разному. В Бирмингем (там Исинбаева установила высшее мировое достижение – 4,89 м. – Ред.) я ехала на сто процентов уверенной, что рекорд будет. Но обычно чувство, что смогу взять рекордную высоту, появляется уже во время соревнований.

– Два года назад, став второй на чемпионате Европы в Мюнхене, вы уверенно заявили, что первой из спортсменок «заберетесь» на пять метров. Ну и как?

– На тренировках и 4,95, и 5 метров прыгала.

– Что нужно для того, чтобы вы сделали это и на официальном старте?

– Необходимо правильно настроиться на высоту, и все. Верить в то, что прыгнешь. Я ведь всегда считала, что звание рекордсменки гораздо ценнее, чем звание чемпионки. Чемпионов много, а рекордсмен делает то, что до него еще никто не делал. Вот когда Бубка выступал, все его соперники только о втором и третьем местах думали. Я тоже так хочу.

– Считаете, что этого еще не добились?

– Об этом нужно у соперниц спросить. Если же о себе говорить, то сейчас я чувствую себя в секторе гораздо спокойнее и увереннее. Как раз Сергей Бубка мне в этом плане очень помог. Нас познакомил мой тренер. Это произошло два года назад в Мюнхене. Помню, я тогда такой эмоциональный заряд получила! Надо же, самому Бубке руку жму! Если бы шесть лет назад мне, неудачнице гимнастке, кто-нибудь сказал, что буду запросто с Бубкой разговаривать, посчитала бы этого человека сумасшедшим. Но именно самый великий прыгун Бубка научил меня, как нужно себя вести.

– И как же?

– Верить в свою победу и даже мысли не допускать о том, что выиграть может кто-то другой. Вроде бы в его словах нет ничего нового. Но, наверное, я должна была услышать это именно от Бубки, чтобы произошел такой эффект. Ведь раньше я не была лидером по натуре. Всегда в глубине души прятался страх. Теперь я бояться перестала. Те два рекорда в Донецке, считаю, были первым результатом моей психологической перестройки.

– К тому же вы установили те достижения на родине Бубки…

– Да, он подошел тогда ко мне и только руками развел. «А я, – говорит, – себя считал великим». Я после этих слов прямо-таки захлебнулась от восторга. Если бы соревнования не закончились, то, глядишь, и третий бы рекорд поставила. Такой тогда был кураж.

– О гимнастке-неудачнице сегодня, наверное, совсем не вспоминаете?

– Разве что мозоли на руках о том периоде изредка напоминают.

– Да, руки у вас сильные, натруженные.

– Мужские рабочие руки. В мозолях. Что-то от гимнастики осталось, что-то шест добавил. Никакого маникюра, к сожалению, позволить себе не могу. Но у меня по этому поводу нет никаких комплексов. Если уж очень хочется, по праздникам ногти крашу – и выгляжу, как обычная женщина. (Смеется.)

– Как же вы из гимнастики в шест попали?

– В гимнастике я была переростком. В 15 лет – рост уже 1,70. Меня и передали в легкую атлетику, в группу шестовиков к тренеру Евгению Васильевичу Трофимову. Правда, когда он спросил меня: «Прыгать будешь?» – я только головой замотала. Мол, ни в коем случае. Но в итоге меня уговорили попробовать. Трофимов к тому времени с женщинами еще не работал. Так что для меня специально мужской шест обточили, ну, я его благополучно и сломала. Но ощущения от прыжка, которые успела почувствовать, понравились. Так и осталась. В ноябре первый раз прыгнула, а в июне уже Всемирные юношеские игры выиграла. С тех пор от прыжков испытываю только радость.

– Я думала, вы скажете, что вам бывает страшно прыгать, а вы про радость толкуете…

– Конечно, радость! Ты пролетаешь над планкой, а она стоит, не шелохнется. Если же высота рекордная, то меня такое чувство восторга охватывает – словами не передать.

– Значит, то, что вниз головой летишь и больно бьешься, никакого значения не имеет?

– Это всего одну-две секунды длится. Так быстро, что я ничего и не замечаю. Не мучаюсь даже на тренировках. И выполняю обыкновенную черновую работу с удовольствием. Может быть, потому, что просто обожаю своего тренера Евгения Васильевича. Он создал для нашей группы прекрасный график тренировок. По средам и воскресеньям я отдыхаю, два-три раза в неделю прыгаю, а остальное время бегаю и гимнастикой занимаюсь.

– Как вам после мировых рекордов спится?

– Хорошо. Кошмары не мучают, засыпаю быстро и сплю как убитая.

– К предстоящей Олимпиаде, надо полагать, тоже относитесь спокойно?

– Во всяком случае никакого страха нет. Я же была в Сиднее. Обстановку прочувствовала. Главное, поняла – ожидание старта в Олимпийской деревне здорово изматывает. Кто-то выигрывает – и вся страна гуляет. А ты лежишь, по ночам заснуть не можешь, все думаешь: «Я тоже так хочу». Даже сны, как ты выигрываешь, снятся. Сутками о победе думаешь, а на старт выходишь полностью опустошенная. Я потому в Сиднее так плохо и выступила, что перегорела (в 2000 году 18-летняя Исинбаева не смогла взять ни одной высоты. – Ред.). Да и тренера моего рядом не было. В официальную олимпийскую делегацию его не включили, личные наставники в Австралии были только у звезд. Евгений Васильевич полетел ко мне туристом, но из-за задержки рейса на выступление опоздал.

– Говорят, будто вы совсем не контактируете с соперницами. Правда?

– Да. У меня много друзей среди легкоатлетов, но все они из других видов. В секторе ты должна быть злой. Если сдружишься с кем-то, то вряд ли такое получится.

– По этой причине вы не общаетесь со своей главной соперницей Светланой Феофановой?

– Да. Между нами нет никаких отношений. Хотя я очень уважаю ее как соперницу. Конкуренция с Феофановой меня здорово подстегивает. Когда незадолго до зимнего чемпионата мира она установила мировой рекорд, я по-настоящему завелась. И в Будапешт ехала с целью не просто выиграть, а перепрыгнуть ее достижение. И добилась своего!

– Лена, а что вы все время бормочете себе под нос перед разбегом?

– Я прыгну, я прыгну, я прыгну… А остальное – секрет.


Опубликовано в номере «НИ» от 5 августа 2004 г.


Актуально


Регионы


Новости дня

Наверх
Читайте наши новости в соцсетях!

Подписаться на новости: