Главная / Газета 13 Августа 2012 г. 00:00 / Общество

Зона безбожия

Искренняя вера заключенных часто становится способом давления на них со стороны сотрудников ФСИН

МАРГАРИТА АЛЕХИНА

На прошлой неделе заключенный-мусульманин Алексей Максютов обратился к правозащитникам с жалобой на администрацию исправительной колонии № 5 в Республике Марий Эл. Дело в том, что в священный месяц Рамадан мусульманам принимать пищу положено только после первой звезды, а оставлять еду в камере на ночь Максютову запретили. Как выяснили «НИ», несмотря на большое количество культовых мест в исправительных учреждениях, сотрудники ФСИН редко позволяют верующим заключенным соблюдать религиозные обряды. А зачастую и используют эту потребность заключенного как средство для давления на него.

Православные священники появляются в колониях и СИЗО России чаще, чем представители других конфессий.
Православные священники появляются в колониях и СИЗО России чаще, чем представители других конфессий.
shadow
В соответствии со статьей 14 Уголовно-исполнительного кодекса РФ к осужденным по их просьбе приглашаются священнослужители, принадлежащие к зарегистрированным религиозным объединениям. Осужденным и подследственным разрешается совершать религиозные обряды, пользоваться предметами культа и религиозной литературой – для этого администрация учреждения выделяет соответствующее помещение. При этом осуществление права на свободу вероисповедания не должно нарушать права других лиц и внутренний распорядок места лишения свободы.

«В адрес Федеральной службы исполнения наказаний часто поступают обращения от осужденных с просьбой об оказании содействия в реализации их права на свободу вероисповедания», – рассказали «НИ» в пресс-бюро ФСИН, заверив, что по каждому такому обращению «организуется проверка, принимаются меры для выделения помещений, атрибутов религиозных обрядов и специальной литературы». Однако в ведомстве оговариваются, что «нормами действующего законодательства не предусмотрено специальное приготовление продуктов питания для осужденных, исповедующих ту или иную религию», а приоритетными являются требования внутреннего распорядка.

Руководитель санкт-петербургского отделения «Комитета за гражданские права» Борис Пантелеев говорит «НИ», что для сотрудников ФСИН первичны не столько режимные нормы, сколько распоряжения начальства: «Представьте, мусульманский намаз (обязательная ежедневная пятикратная молитва. – «НИ») по времени совпадает со временем проверки. А время проверки начальник колонии устанавливает лично. Понятно, что из-за этого режимникам и оперативникам все намазы глубоко безразличны».

Сотрудники ФСИН часто делают невозможным соблюдение даже православных обычаев, не говоря уже о традициях менее распространенных конфессий, говорит «НИ» руководитель проекта «Гулагу.нет» Владимир Осечкин, который сам провел несколько месяцев в СИЗО по экономическому делу: «Вместе с сокамерниками решили сделать небольшой иконостас из маленьких иконок, которые нам передавал священник в Красногорском ИВС – отец Николай. Приехали оперативники УФСИН Подмосковья и при поддержке спецназа разнесли в пух и прах нашу камеру».

«Однажды в Пасху я с боем прорывался в храм, а пьяный дежурный ИК-1 на крыльце храма всех желающих покрывал отборным матом и угрозами», – делится с «НИ» координатор «Гулагу.нет» в Приволжском регионе Игорь Адамович.

Согласия в том, какие именно религиозные действия могут совершаться в тюрьме, среди сотрудников ФСИН нет. Начальник лечебно-исправительного учреждения № 20 в Ростовской области Азад Рагимов рассказал «НИ» об открытии молельной комнаты в ЛИУ-20, которое состоялось в минувшую пятницу. «Конечно, молиться пять раз в день и есть по ночам заключенные не будут», – заверил «НИ» г-н Рагимов. По его словам, на открытие был приглашен областной муфтий Джафар Бикмаев, который рассказал заключенным, что незначительные отступления от шариатских обычаев в тюрьме непослушанием не считаются.

В 2010 году в подчинении РПЦ появился Синодальный отдел по тюремному служению, который возглавляет епископ Красногорский Иринарх. Руководитель отдела по тюремному служению Ростовской-на-Дону епархии иерей Андрей Мнацаганов отметил в беседе с «НИ», что по за последние несколько лет общаться с заключенными священникам стало гораздо проще, хотя непонимание со стороны сотрудников ФСИН сохраняется: «Например, во время службы заходит человек и бесцеремонно прохаживается по храму. Как-то литургию под лай собак совершал – прямо во время службы решили устроить проверку».

В мае этого года стало известно о голодовке в колонии № 1 города Копейска Челябинской области, когда около сотни мусульман закрылись в молельной комнате после того, как один из заключенных во время намаза был вызван в дежурную часть и там избит. При этом администрация колонии сначала утверждала, что протест не связан с давлением на их религиозные чувства, а затем и вовсе опровергла сведения о голодовке. После визита в колонию омбудсмена по Челябинской области Алексея Севастьянова данные о бунте подтвердились.

Религиозность заключенного часто становится инструментом давления на него, уверены правозащитники. Причем давление может осуществляться и путем запрета отправлять обряды, и, наоборот, путем навязывания религиозных идей. «В свое время в одном из СИЗО Санкт-Петербурга на полном серьезе транслировались по внутреннему радио проповеди. И звучали слова: «Покайтесь, грешники». Нормальный ход, да? Человек еще не осужден, а его уже призывают к раскаянию», – рассказывает правозащитник Борис Пантелеев. Председатель общественной наблюдательной комиссии Москвы Валерий Борщев заявил «НИ», что вызов священника, на который заключенный имеет право, часто расценивается тюремными сотрудниками как привилегия и допускается только по разрешению следователя «за хорошее поведение». Хотя, как сказано в ответе ФСИН на запрос «НИ», между ФСИН России и традиционными религиозными конфессиями заключены соглашения о сотрудничестве и представители этих конфессий могут посещать исправительные учреждения без специального разрешения.

Г-н Борщев отмечает, что проблемы с визитами священников чаще возникают в следственных изоляторах – в колониях же, как правило, есть церкви. Однако даже там, где храмы есть, не все гладко. «После того как выяснилось, что капеллан «Бутырки» незаконно устраивал свидания заключенных с женами за взятки, подследственных более шести месяцев не выводили в храм при СИЗО. Приходилось ходить в синагогу, чтобы хоть как-то отвлечься», – рассказывает Владимир Осечкин.

Давление оперативников на религиозность заключенных зачастую слишком дорого обходится администрациям колоний, уверен Игорь Адамович, «ведь ЗК добиваются своего права на свободу вероисповедания, как правило, через голодовки и попытки суицидов». Например, в мае этого года в ИК-3 под Рязанью осужденный Марат Гаджиев отказался при обыске снять белье, сославшись на запрет раздеваться перед иноверцами. При этом Гаджиев попросил выдать ему уже проверенные во время обыска трусы. В ответ заключенный был избит, после чего в знак протеста порезал себе лезвием живот.

По данным ФСИН, в исправительных учреждениях действуют 501 храм и 417 молитвенных комнат для православных христиан, 45 мечетей и около 200 молитвенных комнат, оборудованных в соответствии с канонами ислама, шесть буддийских дуганов и три костела Римско-католической церкви. Также есть около 700 молитвенных комнат для осужденных, являющихся адептами прочих, более редких конфессий. Как отмечает в беседе с «НИ» президент Межрегионального благотворительного фонда помощи заключенным Мария Каннабих, несмотря на большое количество храмов в местах лишения свободы, священнослужителей там остро не хватает. Связано это с тем, что тюремные приходы, как правило, небольшие и не приносят много денежных средств. Решением проблемы г-жа Каннабих считает создание института тюремных капелланов, который финансировался бы ФСИН: «Хотелось бы, чтобы среди осужденных было больше религиозных – такие заключенные, как показывает практика, не попадают за решетку повторно».


ИЗРАИЛЬСКИМ УЗНИКАМ В РЕЛИГИОЗНЫЕ ПРАЗДНИКИ ПОЛОЖЕНО ДОПОЛНИТЕЛЬНОЕ ПИТАНИЕ
Правом на исполнение религиозных обрядов обладают все заключенные израильских тюрем, и администрация обязана узникам в этом содействовать вне зависимости от конфессиональной принадлежности осужденного. В Управлении тюрем Израиля даже предусмотрены должности инспекторов, следящих за тем, чтобы права религиозных заключенных не ущемлялись. При каждой из 24 израильских тюрем служат раввин, мусульманский имам, друзский и христианские священнослужители. Иудеи имеют возможность соблюдать пищевые законы кашрута, а мусульмане получают халяльную пищу, хотя, согласно Корану, им дозволяется питаться и кошерной едой. Предусмотрено также проведение в специальных помещениях тюрьмы, похожих на залы, еврейских, мусульманских, друзских и христианских праздников. При этом обязательно подается особое праздничное угощение. Так, в еврейский праздник Рош а-Шана (Новый год) всем заключенным в качестве дополнительного питания положены мед и яблоки. В Песах (еврейскую Пасху) особым образом накрывается стол и проводится «седер» – иудейский обряд праздника. В Рамадан, как и требует исламская традиция, блюда мусульманам, оказавшимся за решеткой, подаются ночью. Христиане в свою очередь имеют возможность соблюдать все посты. Необычный случай произошел несколько лет назад в праздник Рамадан. Узник одной из тюрем Махмуд Маджиба Дженин, отбывающий 21-летний срок за изнасилование, кражу, нападение на соседа и незаконное нахождение на территории Израиля, попросил разрешить ему лично готовить блюда для себя и своих сокамерников в праздник Рамадан. И ему предоставили продукты и время для работы на тюремной кухне. Заключенные, соблюдающие религиозные традиции, могут заявить об этом при поступлении в тюрьму. В этом случае их помещают в камеры со своими единоверцами. Принятый же в 1996 году закон разрешил осужденным держать в камере религиозную литературу и необходимые религиозные атрибуты.
Валентин БОЙНИК, Иерусалим

АМЕРИКАНСКИХ ЗЭКОВ-ИУДЕЕВ ПРИНУЖДАЛИ ЕСТЬ СВИНИНУ
Конституция США гарантирует свободу религии, а первая поправка к Конституции – невмешательство властей в соблюдение всех без исключения религиозных обрядов. Но на заключенных американских тюрем до последнего времени эти права не распространялись. Лишь в 2000 году конгресс принял закон, обязывающий администрацию тюрем содействовать заключенным в совершении религиозных обрядов и соблюдении религиозных обычаев, причем независимо от конфессиональной принадлежности узников. Исключение установили лишь для случаев, когда религиозные мероприятия могли нести угрозу для остальных заключенных. Эту «лазейку» теперь часто используют для ущемления религиозных прав заключенных, рассказывает «НИ» директор правозащитной организации American Civil Liberties Union Элизабет Александер. Не помогло исправить ситуацию и решение Верховного суда США, принятое в июне 2005 года после жалобы нескольких заключенных из тюрем штатов Висконсин и Огайо. Заключенные, исповедовавшие и христианство, и ислам, и иудаизм, утверждали, что тюремные администрации незаконно запрещали им молитвы в те часы, когда того требовали религиозные правила, а также вынуждали нарушать правила питания, выдавая блюда из свинины вместо кошерной пищи. Верховный суд единогласно подтвердил правоту узников и разрешил осужденным носить ювелирные изделия, связанные с религией, а также вызывать священника своей конфессии перед смертной казнью.
Борис ВИНОКУР, Чикаго

В ГРУЗИИ ВЕРУЮЩИХ ЗАКЛЮЧЕННЫХ ОТПРАВЛЯЮТ В МОНАСТЫРИ
Между патриархией Грузинской православной церкви, министерством исполнения наказаний и прокуратурой действует соглашение, которое позволяет по рекомендации патриархии отправлять отдельных заключенных отбывать наказание в монастырях. Речь идет о тех монастырях, где ведутся строительные работы и где осужденные могут участвовать в них. Кроме того, заключенных нередко привлекают к строительству церквей при тюрьмах и колониях. С этого года администрация тюрем сократила перечень предметов первой необходимости, которыми дозволено пользоваться заключенным. Однако это не коснулось религии – осужденным по-прежнему разрешено иметь крест из недрагоценных металлов и иные религиозные предметы. Причем это касается не только православных христиан, но представителей других религий. Священнослужители стараются навещать заключенных. Зачастую эти визиты приурочены к церковным празднествам, причем католикос-патриарх Грузии Илия Второй старается лично посещать и поддерживать сидельцев.
Ирина АЛЕКСИДЗЕ, Тбилиси

Опубликовано в номере «НИ» от 13 августа 2012 г.


Актуально


Регионы


Новости дня

Наверх
Читайте наши новости в соцсетях!

Подписаться на новости: