Главная / Газета 9 Июня 2012 г. 00:00 / Общество

На войне как на войне

Почему в России реконструкторы исторических сражений могут попасть за решетку

Маргарита АЛЕХИНА

В конце мая в подмосковном Бородино прошел военно-исторический фестиваль «Стойкий оловянный солдатик». Участники реконструкторского движения считают его «генеральной репетицией» масштабного праздника – сентябрьского «Дня Бородина». В год юбилея Отечественной войны 1812 года подобных фестивалей проводится очень много, однако организация и участие в них по-прежнему сопряжены с финансовыми и юридическими сложностями. С какими – выяснили «Новые Известия».

Детальное воссоздание сражений прошлого – очень дорогое удовольствие.<br>Фото: ВЛАДИМИР МАШАТИН
Детальное воссоздание сражений прошлого – очень дорогое удовольствие.
Фото: ВЛАДИМИР МАШАТИН
shadow
Всего, по данным главы Международной военно-исторической ассоциации Александра Вальковича, в России период наполеоновских войн реконструируют около 1,5 тыс. человек. Общая же численность военно-исторического движения – пять тысяч человек, не считая тех, кто занимается только исследовательской и организационной работой. Николай Рогожан из Московского драгунского полка гвардейской конной артиллерии предполагает, что наполеоновские войны по числу «бойцов» лишь на третьем месте: «Средневековье привлекает спортивной подготовкой – рукопашным боем и фехтованием. Великая Отечественная война – техникой». У наполеоновского же периода, по словам Рогожана, масса тонкостей: это нюансы строевой выучки, тактических приемов, наконец, обмундирования.

«Юбилейная реконструкция Аустерлицкого сражения в 2005 году собрала пять тысяч человек со всей Европы, – замечает «НИ» Александр Валькович. – Но конечно, это ничто в сравнении с реконструкторским движением в США, где на поля Гражданской войны выходит до 30–40 тысяч северян и южан».

Военно-историческое движение – удовольствие дорогое. Экипировка русского пехотного рядового, по словам г-на Вальковича, стоит от 1,5 тыс. евро. Член одного из крупнейших европейских военно-исторических клубов – 8-й линейной полубригады – Алексей Панкратов поведал «НИ», что обмундирование французского гвардейского офицера приближается по стоимости к автомобилю: три тысячи евро и больше. Оба наших собеседника отмечают, что у кавалериста с учетом трат на лошадь эти цифры намного выше.

Самостоятельно пошить мундир сравнительно недорого. Метр качественного мундирного или шинельного сукна, если верить большинству объявлений на военно-исторических форумах и в сообществах, обойдется от 500 до 700 рублей. Однако если без услуг портных многие реконструкторы могут обойтись, то элементы амуниции, изготавливаемые из кожи (кивер, перевязи, рюкзак, патронная сумка, ботинки), приходится покупать готовыми. Они стоят 3–8 тыс. рублей за один предмет. Дороже всего обходится оружие: копия уланской сабли, например, стоит около 9 тыс. рублей, а макет ружья – от 4 до 12 тыс. в зависимости от типа.

Подмосковное Бородино. Бивак Великой армии Наполеона расположился в сотне метров левее кургана, на котором стояла батарея Раевского. Среди готовящихся к сражению преобладают люди в синих гренадерских мундирах с белыми жилетами. Это члены 8-й линейной полубригады. Ее русское отделение насчитывает около сотни человек. В большинстве других клубов – от 20 до 40 членов. По словам Александра Вальковича, во многих европейских странах реконструкция является туристическим брендом, и подобные клубы получают господдержку. «Что касается «Стойкого оловянного солдатика», то это мероприятие было организовано на внебюджетные средства, а жители разных городов добирались до Бородина сами.

«В этом году почти каждая деревня, где ступала нога наполеоновского солдата, организует реконструкцию. От Каунаса до Тарутина», – рассказывает «НИ» участник мероприятия Николай Копылов, одетый в красно-синий мундир 2-го Швейцарского полка Великой армии. История полка не исчерпывается русской кампанией, поэтому военно-исторический клуб ежегодно организует своим членам поездки на реконструкции европейских боев. Правда, сражаться на чужбине приходится голыми руками: «Мы с некоторых пор за границу муляжи оружия стараемся не возить», – рассказывает Николай.

Реплики (копии) кремневых ружей, из которых не выстрелишь даже при большом желании, вызывают у российских таможенников массу вопросов. Так, в августе прошлого года калининградская таможня завела уголовное дело на руководителя Багратионовского военно-исторического клуба Александра Панченко. Кандидата исторических наук, директора местного краеведческого музея заподозрили в контрабанде огнестрельного оружия, когда его клуб направлялся в польский город Янково на фестиваль «Наполеониада-2011». Таможенники изъяли у реконструкторов макеты шашек, тесаков и ружей, осмотрели их и пришли к выводу, что макеты штуцеров и мушкетов образца 1800 года вполне пригодны к стрельбе. Сертификаты, подтверждающие, что оружие куплено в сувенирном магазине, не разубедили оперативников. Обвинение с историка было снято только после экспертизы конфискованных ружей.

«Проверку на предмет соотнесения макета и огнестрельного оружия может провести только эксперт. Рядовой сотрудник полиции и таможни не обладает должной компетенцией», – замечает «НИ» зампредседателя Всероссийского общества владельцев гражданского оружия, член рабочей группы Госдумы по разработке закона «Об оружии» Сергей Зайнуллин. По его словам, путешествующим реконструкторам во избежание проблем полезно иметь при себе не только сертификаты из магазинов, удостоверяющие, что оружие сувенирное, но и заключения, выданные МВД, о его непригодности к стрельбе.

Но даже явно нерабочее оружие нередко смущает таможенников. Николай Рогожан показывает легкую пушку на деревянном лафете: «Польские таможенники осмотрели ради интереса и отпустили. А на нашей таможне возникли проблемы. Пришлось доказывать, что пушка не антикварная». Алексей Панкратов подтверждает, что зарубежные таможенники отличаются большей лояльностью к реконструкторам: «Если удается из российского аэропорта улететь с оружием, то в Европе уже проблем нет. Там понимают, что за последние лет 50 вряд ли кремневым оружием совершили хоть одно преступление».

Таможенный кодекс РФ предписывает при перемещении антикварного оружия (изготовленного ранее 1899 года) и оружия, имеющего культурную ценность, предъявить в таможенный орган разрешение Россвязьохранкультуры на его ввоз или вывоз. Разумеется, что, если речь идет о современной копии старинного оружия, разрешения не требуется. Однако доказать таможеннику, что перед ним не подлинное ружье, сабля или пушка начала XIX века, а реплика, бывает проблематично.

Сложности возникают и при перевозке оружия в пределах страны. Не избежали подобных проблем и участники «Стойкого оловянного солдатика»: часть макетов русских и наполеоновских артиллерийских орудий задержали при подъезде к Бородинскому полю. В результате, по мнению многих зрителей, реконструкция сражения здорово потеряла по части зрелищности.

Действующая редакция закона «Об оружии» не выделяет в особые категории историческое, дезактивированное («охолощенное» – приведенное в состояние непригодности к стрельбе) и стилизованное оружие; на эти группы формально распространяются все ограничения, существующие в отношении боевого оружия. Однако 23 мая в Госдуме во втором чтении утвердили поправки к закону, в соответствии с которыми старинное оружие и его копии относятся к категории гражданского оружия, не будут требовать регистрации и их можно будет носить с собой (при наличии соответствующего документа МВД или Россвязьохранкультуры). Возможно, поправки облегчат реконструкторам перемещение по стране.

Опубликовано в номере «НИ» от 9 июня 2012 г.


Актуально


Регионы


Новости дня

Наверх
Читайте наши новости в соцсетях!

Подписаться на новости: