Главная / Газета 7 Марта 2012 г. 00:00 / Общество

Системный бой

Российские судьи все реже решаются отстаивать свою независимость

СВЕТЛАНА БАШАРОВА

Правительство внесло в Госдуму проект поправок в два федеральных закона, благодаря которым правоохранительным органам будет легче получить разрешение на проведение оперативно-розыскных мероприятий в отношении судей. Между тем преследование судей, как правило, начинается тогда, когда они пытаются отстоять свою независимость. За последние годы судебная система, по словам экспертов, вытеснила практически всех свободомыслящих людей. В мантии благодаря специальной схеме отбора облачаются только те, кто согласовывает свое решение с начальством и практически не выносит оправдательных приговоров. Тем не менее и сейчас находятся судьи и секретари судей, которые решаются противостоять такому положению дел.

В России расставаться с мантией порой вынуждают как раз тех судей, которые неукоснительно соблюдают закон.<br>Фото: THINKSTOCK/FOTOBANK
В России расставаться с мантией порой вынуждают как раз тех судей, которые неукоснительно соблюдают закон.
Фото: THINKSTOCK/FOTOBANK
shadow
Благодаря поправкам в законы «О статусе судей» и «Об оперативно-розыскной деятельности», которые на прошлой неделе правительство внесло в Госдуму, правоохранительным органам станет легче получать разрешения на слежку за судьями и на прослушку их разговоров. Сейчас следователи скованы принципом территориальности. Потому что разрешение на проведение оперативно-розыскных действий в отношении судьи районного, специализированного или мирового суда могут выдать или его коллеги, или сотрудники того суда, который находится рядом с правоохранительным учреждением, запрашивающим разрешение. Цель поправок – не допустить покрывательства среди судей. Если они будут приняты, разрешение сможет давать суд, выбранный руководством Верховного суда.

Между тем нередко судьи становятся объектом внимания правоохранительных органов именно тогда, когда они пытаются соблюдать закон. Бывший председатель гарнизонного военного суда Ростова-на-Дону Сергей Панченко утверждает, что сотрудники прокуратуры и следственных органов чинят над ним расправу за то, что он сумел доказать незаконность их действий. В 2004 году он удовлетворил иск военных пенсионеров, которые требовали взыскать с областного комиссариата задолженности по пенсиям. Решение вступило в законную силу, а через год Сергей Панченко вышел в отставку. В 2010 году в законности выплат пенсионерам неожиданно усомнился Следственный комитет РФ. Он запросил у Высшей квалификационной коллегии судей (ВККС) согласие на возбуждение уголовного дела против Сергея Панченко по статье 305 УК РФ «Вынесение заведомо неправосудного решения». Адвокат экс-судьи Игорь Яшков предполагает, что, поскольку пенсии до сих пор не выплачены, следствие таким образом добивается отмены решения Панченко. Сам бывший судья в беседе с «НИ» отметил, что, возможно, более высокое начальство «пожурило» руководство суда за какие-то другие решения, а козлом отпущения для того, чтобы отчитаться, решили сделать его.

Попытка обжаловать решение следователей и ВККС не увенчалась успехом, и Сергей Панченко подал жалобу в Конституционный суд. Он утверждал, что, возбудив уголовное дело против него за вынесение якобы заведомо неправосудного решения (хотя это решение и не отменено), органы следствия и прокуратуры вмешались в судебную деятельность. Конституционный суд с ним согласился и признал не соответствующими Конституции статьи 144, 145 и 448 Уголовно-процессуального кодекса и статью 16 закона «О статусе судей», на основании которых преследование Сергея Панченко было возможно.

«После того, как я выиграл Конституционный суд, мне сказали: «Ты знаешь, как на тебя обиделись прокурорские ребята в Москве», – сообщил «НИ» Сергей Панченко. По его словам, сейчас система ему мстит за то, что он вынес «сор из избы». Теперь, по словам Сергея Панченко, проводится проверка «правосудности» тех его решений, которые были отменены вышестоящими судами. На этот раз они касаются выплаты боевых.

В ноябре 2011 года ВККС Татарстана дала разрешение на возбуждение уголовного дела в отношении бывшей мировой судьи Приволжского района Казани Надежды Бадретдиновой, которая подозревается в мошенничестве. «Типичный случай: судья может вести себя очень плохо, и его не тронут, если он не поссорился с председателем суда», – рассказал «НИ» федеральный судья в отставке Сергей Пашин. По его словам, с судьями расправляются, когда они становятся «неугодными» или если они заходят так далеко, что «своими безобразиями просто дискредитируют председателя суда».

Неугодными, по словам правозащитников, являются судьи, которые пытаются отстаивать свою независимость. Напомним, что самого Сергея Пашина в 2001 году судебная система буквально «вытолкнула». Бывший председатель Мосгорсуда Зоя Корнева и председатель Калужского областного суда написали в квалификационные коллегии жалобы, которые стали поводами для лишения его полномочий судьи. В первый раз решение отменил Верховный суд, во второй – Высшая квалификационная коллегия РФ. По словам Сергея Пашина, судьи, подавшие на него жалобы, только выполняли команду «Фас!», которую дало более высокое начальство. Как отметил г-н Пашин в беседе с «НИ», и сегодня эта команда «исполняется всегда».

«Хотя бы три дня условно»

По словам председателя Межрегиональной ассоциации правозащитных организаций «Агора» Павла Чикова, тот судья, который выносит более 10% оправдательных приговоров, «будет иметь очень большие проблемы с руководством». «Оправдательный приговор – это ЧП в судебной и правоохранительной системе, – пояснил г-н Чиков «НИ». – Это значит, что прокурор подписывал обвинительное заключение незаконно, а следователь полиции, СК или Госнаркоконтроля незаконно расследовал уголовное дело. Оперативники же искали доказательства того, чего не было». «Главное, чего добивается прокуратура, – отметил в беседе с «НИ» Сергей Панченко, – назначить хотя бы три дня условно, но чтобы обвинительный приговор был». Павел Чиков отметил, что судьи могут все же минимизировать негативные последствия для подсудимого: «Они могут назначить более мягкое наказание, оправдать по более тяжелой статье, признав вину по более мягкой».

По словам многих правозащитников, судьям приходится согласовывать свои решения с председателями судов. Председатель Ассоциации адвокатов России за права человека Евгений Архипов завил «НИ», что «председатель суда субъекта Федерации контролирует всех судей в своем регионе». Сергей Пашин пояснил «НИ», что сам председатель областного суда в эти пустяки вдаваться не будет. «Решения согласовывают с кураторами, то есть с теми судьями из областного суда, которые приставлены к судьям районного суда, – сказал г-н Пашин. – В законе такого понятия нет, но это общепринятая практика».

Как рассказала «НИ» адвокат Людмила Айвар, судьям приходится следить за тем, чтобы их решения не обошлись государству в круглую сумму. «Можно взыскать с Дениса Евсюкова (майор милиции, в апреле 2009 года открывший стрельбу по посетителям супермаркета. – «НИ») деньги или нельзя? – рассуждает г-жа Айвар. – Нужно. Потому что он должностное лицо. Но если этот прецедент появится, тогда государство будет платить за всех сотрудников правоохранительных органов, которые считают себя хозяевами жизни, потому что им дали пистолет и форму».

Судьи, по словам правозащитников, соглашаются на такие условия за немалые привилегии. «Меньше 90 тысяч сейчас никто не получает, – рассказал «НИ» Сергей Пашин, – как в Москве, так и в провинции. В конце года председатель распределяет между судьями премии, на одного человека может приходиться более миллиона. И самое главное – социалистическая система распределения. Например, квартир. В столичных судах очень много людей из провинции. Они «висят в воздухе» – дадут квартиру, не дадут квартиру». При выходе в отставку судьям полагается пенсия, составляющая 80% от оклада.

Свободою не горят

По мнению адвоката Игоря Трунова, свободомыслящих людей в судебной системе не осталось. «Те, кто сегодня работает, уже не брыкаются, потому что их набирают специально обученные люди», – пояснил г-н Трунов «НИ». Чтобы стать судьей, нужно пройти специальный экзамен, получить одобрение квалификационной коллегии, председателя суда и администрации президента. Со всеми этими инстанциями справляются только те, кто несколько лет работает в судебной системе, например, секретари судов или судебные приставы. «Есть самовыдвиженцы, которые наивно думают, что пройдут, и есть специальный человек председателя суда, – рассказал «НИ» Сергей Пашин. – Вот этому человеку – зеленая улица».

В судьи практически невозможно попасть адвокату. «Если у кандидата, которого хочет назначить председатель суда, есть близкие родственники-адвокаты, ему советуют, чтобы эти родственники на полгода-год приостановили свой статус, – рассказал «НИ» Павел Чиков. – Потому что родственник-адвокат негативно характеризует судью».

В 2000 году сдать экзамен на судью попробовала доктор юридических наук Людмила Айвар. «При наличии ученой степени я не смогла сдать экзамен по той простой причине, что я пришла из адвокатуры, то есть была совершенно независимым человеком, не выросшим в судебной системе московских судов, не воспитанным по тем правилам, которые здесь требовались», – заявила она «НИ».

Секретарское дело

По словам Сергея Пашина, секретари судей следуют общим правилам судебной системы. «Секретарь хочет стать судьей, – пояснил г-н Пашин. – Обычно эта барышня учится заочно и готова делать все, что ей скажут – фальсифицировать протоколы, следить за своим шефом и докладывать вышестоящему руководству». Среди секретарей, по словам правозащитников, независимых людей практически нет. Бывшая секретарь Кизлярского городского суда (Республика Дагестан) Александра Беловинская утверждает, что она никогда не подчинялась незаконным приказам.

«Я 10 лет работала в районном суде Кизляра, потом перешла в Кизлярский городской суд, где смогла проработать только год, – поделилась г-жа Беловинская с «НИ». – Меня уволили потому, что я отказалась фальсифицировать протокол судебного заседания. Я 10 дней была в отпуске, а когда вернулась, мне сказали, что я должна составить протоколы и вписать себя в качестве секретаря. Я отказалась. В отношении меня были проведены четыре служебные проверки. О них я узнавала только тогда, когда на стенде вывешивалась информация, что мне объявлен выговор. Уволили меня, обвинив в том, что меня полдня не было на работе. Хотя сотрудники суда видели, что я в здании, это ничего не значило». По словам Александры Беловинской, она обращалась с жалобами о незаконном увольнении в Верховный суд, но и это ни к чему не привело.

«Изложенные госпожой Беловинской обстоятельства не соответствуют действительности, поскольку по ее жалобам Верховный суд неоднократно проводил проверки, которые не выявили никаких нарушений закона, – пояснили «НИ» в пресс-службе Кизлярского городского суда. – Она уволена была по нарушению трудовой дисциплины. Решение об ее увольнении оставлено в силе судом кассационной инстанции».

Как рассказал «НИ» Павел Чиков, уже 1,5 года не может утроиться на работу в суд самая известная в стране секретарь Наталья Васильева. Напомним, она публично заявила о том, что приговор по «второму делу ЮКОСа», подписанный председателем Хамовнического суда Москвы Виктором Данилкиным, был привезен из Мосгорсуда.

«Система безнадежна»

По мнению Сергея Пашина, сотрудников судебной системы, которые пытаются ей противостоять, за последние годы стало меньше. Сергей Панченко уверяет, что в те времена, когда он работал, судьи были свободнее. «Я знаком со многими работающими судьями в Ростовской области, – рассказал он «НИ». – Среди них нет ни одного, кто пошел бы против системы. Все возмущаются только в разговорах между собой, но никто ничего не делает. Только что, приняв незаконное решение, один судья объяснял это тем, что у него семья, ребенок и ему хочется еще побыть судьей. И таких судей, которые знают, что принимают незаконное решение, полно». «Последний раз судьи, пытающиеся отстоять независимость, обращались к нам за защитой лет пять назад, – рассказал «НИ» лидер движения «За права человека» Лев Пономарев. – Тогда было несколько случаев. Сейчас нет ни одного». «Система сейчас просто безнадежна, – резюмировал член Московской Хельсинкской группы Валерий Борщев. – Я бываю достаточно часто на московских судах, и это производит угнетающее впечатление. Я вхожу в суд, сажусь, слушаю процесс и я знаю, чем он кончится. И, к сожалению, я ни разу не ошибся».

Опубликовано в номере «НИ» от 7 марта 2012 г.


Актуально


Регионы


Новости дня

Наверх
Читайте наши новости в соцсетях!

Подписаться на новости: