Главная / Газета 23 Декабря 2010 г. 00:00 / Общество

Отхожий промысел

У Москвы есть все шансы утонуть в мусоре, пока специалисты будут спорить о том, что с ним делать

МАРИЯ МОРОЗОВА, АЛЕНА АРТАШЕВА, ЛЮБОВЬ МАВРИНА

Во вторник депутаты Мосгордумы обсуждали проект экологической модернизации города. Особое внимание законодатели уделили проблеме утилизации отходов. Если москвичи и дальше будут так мусорить, то свободное место на полигонах может кончиться уже через три года. Достойных альтернатив пока не подобрано. От мусоросжигательных заводов в черте города решено отказаться, новые еще не построены, а для организации полигонов нет ни денег, ни места, ни времени. Столичные власти делают ставку на экотехнопарки – предприятия, объединяющие в себе все способы утилизации отходов. Однако эксперты сильно сомневаются в успехе этой идеи: пока в области появится хотя бы один такой завод, москвичи успеют просто утонуть в мусоре.

Уже через несколько лет столица может приобрести апокалиптический вид.<br>Фото: ДМИТРИЙ ХРУПОВ
Уже через несколько лет столица может приобрести апокалиптический вид.
Фото: ДМИТРИЙ ХРУПОВ
shadow
По официальным данным департамента природопользования и окружающей среды, ежегодно в Москве образуется около 22 млн. тонн мусора. Из них 3,5 млн. тонн – твердые бытовые отходы, которые представляют основную опасность для окружающей среды. При этом только 700 тыс. тонн отправляются на три мусоросжигательных завода в черте города, а остальная часть вывозится на два полигона в Солнечногорском и Дмитровском районах Подмосковья. Эти гигантские свалки принадлежат городу, всего же в области насчитывается легальных 48 полигонов, попасть на которые, как выяснили «НИ», очень непросто.

Валите со свалки!

При ближайшем рассмотрении подмосковные полигоны оказываются окутанными тайнами. Например, на свалке «Кучино» информацию от корреспондентов «НИ» охраняли не только сотрудники предприятия, но и местный участковый милиционер, который не представился. Полигон занимает 74 гектара на востоке Москвы, дорога к нему, по которой непрерывным потоком идут грузовики с мусором, проходит через сосновый лес, чистый, вопреки ожиданиям. Только метрах в трехстах от ворот полигона, рядом с вырезанными из дерева языческими идолами свалена куча покрышек – кто-то все-таки не довез их до места назначения.

Машины попадают на полигон через огромные ворота, документы каждого водителя проверяют охранники, а вход или въезд на полигон посторонним строго воспрещен: на случайных посетителей нападает с громким лаем стая местных собак.

Во время препирательства корреспондентов «НИ» с охраной, отказавшейся отвечать на вопросы, на полигон приезжает с осмотром участковый. Он просит предъявить документы и начинает запугивать: «Ходят тут у нас всякие журналисты, потом с ними несчастные случаи происходят: вон, в прошлом году одному фотографу бомжи ухо откусили». Такого рода «несчастные случаи» на полигоне не редкость. Участковый то ли в шутку, то ли всерьез обещает, что если корреспонденты будут упорствовать и не покинут частную территорию, он поручит местным бомжам закопать их в ближайшей мусорной куче.

Недружелюбие официальных представителей мусорного бизнеса компенсирует местный работник Рустам. Он пояснил, что в «Кучино» отходы сортируют бомжи, которые живут здесь же – в железных вагончиках, стоящих в ряд недалеко от будки охранников. «Иногда на свалку привозят что-то стоящее: работающие холодильники, телевизоры, стиральные машинки. Все это отправляется обратно на рынок – такая вот вторичная переработка по-русски», – объясняет «НИ» Рустам. Сам мужчина промышляет сбором цветного металла, пробираясь на свалку обходными путями, мимо охраны. Друг Рустама собирает в «Кучино» компьютеры, если есть желание, к завтрашнему дню и мы можем стать счастливыми обладателями «новенького» ПК.

Первые жилые дома микрорайона Салтыковка располагаются в 500 метрах от помойки. Такая близость местных жителей не пугает. «Я о существовании свалки почти и не вспоминаю, – говорит «НИ» Василий Гаркавенко, чей дом находится ближе всего к помойке, – бомжи оттуда почти не выходят, запаха тоже практически нет, даже летом. Только вот машины ходят и днем и ночью: мало того, что шумно, так их еще и не моют на выезде. На колесах грузовики везут мусор, он смешивается со снегом, и на дороге образуется вонючая жижа. Это у нас называется «коктейль Лужкова».

Поле битвы

В ближайшие три-четыре года, по данным департамента природопользования, существующие легальные полигоны полностью выработают свой ресурс. Новые санкционированные свалки организовывать никто не торопится. Это невыгодно: на создание одного полигона по всем правилам нужно 10 млн. евро и месяцы на оформление всех нужных бумажек. Да и места в ближайшем Подмосковье нет. «Сегодня многие из полигонов не имеют лимитов, но работают, – рассказал «НИ» директор некоммерческого партнерства «Гильдия экологов» Вячеслав Паньков. – Часть функционирует нелегально, часть только благодаря усилиям местных властей, потому что просто другого места для мусора нет».

Начальник отдела контроля и надзора за обращением с отходами и земельным контролем Росприроднадзора Владимир Воробьев появление несанкционированных свалок объясняет жадностью мусорщиков, которым жалко платить полигонам по 30–40 копеек за тонну отходов. Поэтому они организовывают свои собственные свалки в нарушение всех законов и санитарных норм. Так, под Домодедово, недалеко от одноименного аэропорта, нелегальную помойку устроили на месте отработанного карьера строительных песков. Фирма, взявшая подряд, намеревалась рекультивировать земли для сельхозугодий с помощью бытовых отходов. Глава столичного департамента природопользования и окружающей среды Антон Кульбачевский отмечает, что этот механизм наиболее распространен, несмотря на то, что использование мусора вместо удобрений запрещено законодательством. «Зачастую фирма уклоняется от обязательной рекультивации, и забота ложится на плечи муниципальных образований, а у них просто нет денег», – говорит «НИ» чиновник. Вмешательство журналистов и губернатора Московской области в ситуацию в Домодедово результатов не принесло. Несмотря на судебные запреты и временные посты милиции у полигона, на свалке формируются новые горы мусора.

Разделять и властвовать

В ближайшее время предполагается отказаться от строительства новых мусоросжигательных заводов в черте города. Близость таких предприятий серьезно влияет на экономику районов, где они располагаются. Например, из-за МСЗ № 4 «Руднево» цены на новостройки в районах Царицыно и Западное Бирюлево растут медленнее, чем в целом по столице. Но, что серьезнее, такие заводы в буквальном смысле отравляют жизнь москвичам. «Сжигание мусора приводит к тому, что вредные вещества попадают в атмосферу, – рассказал «НИ» сопредседатель организации «Экозащита» Владимир Сливяк. – Можно найти ресурсы для решения проблемы. Например, следует доводить вторичное использование до максимальных показателей. Сейчас из столицы вывозят на захоронение 90% отходов, а перерабатывают только 2–3%».

Проблема в том, что в Москве практически не налажена система раздельного сбора и переработки мусора. Эксперимент по установке на улицах ящиков для стекла, макулатуры и металла, реализованный в период мэрства Юрия Лужкова, провалился. Схожие инициативы от ряда районов Москвы тоже приказали долго жить. Вячеслав Паньков объясняет, что про идею властей мало кто знал: «Широкой пропаганды не было, дело и забуксовало. Рекламу, как правильно выбрасывать мусор, надо делать так же, как и рекламу продуктов потребления, от которых он остается».

Антон Кульбачевский предложил начать эксперимент по раздельному сбору мусора с госучреждений. «Если человек привыкнет к этому на работе, то так же будет себя вести и дома. На работе за счет служебной дисциплины контролировать успехи легче», – полагает глава департамента природопользования. Экологи советуют начать работу не только с госаппаратом, но и с инициативными гражданами. «Всегда найдется хотя бы 10% людей, которые будут класть бумагу и металл в разные пакеты просто из любви к природе», – считает Вячеслав Паньков.

В Москве такую любовь уже несколько лет проявляют участники движения «Мусора. Больше. Нет». За 2010 год в раздельном сборе отходов было задействовано не менее 10 тыс. человек, которые сдали на переработку более 60 тонн вторичного сырья. «Мы проводим субботники по уборке различных территорий с раздельным сбором мусора. Организуем просветительские пункты приема раздельно собранного мусора в парке «Кузьминки-Люблино», «Битцевский парк» и Институте архитектуры и дизайна «Стрелка», – делится с «НИ» активист движения Людмила Матвеева. – В Тимирязевском музее, Библиотеке им. Светлова, магазине «И-мне» сделали пункты приема батареек. Собрали около 500 килограммов. Часть сдали на безопасное захоронение в ГУП «Промотходы», часть пришлось вывозить на переработку за границу по частям». Помощи от городских властей активисты получают мало. Иногда в случае масштабных субботников в парках управы предоставляют транспорт для вывоза мусора на полигоны. На взгляд экологов, более системный подход к утилизации отходов создаст готовящийся закон об упаковке. По словам Вячеслава Панькова, в стоимость тары планируют включить расходы на ее переработку. «Тогда вторичное использование будет экономически выгодно», – полагает эколог.

По мнению главы департамента природопользования, решить все проблемы разом должна организация т.н. экотехнопарков – комплексов, в которых мусор сортируется, сжигается, утилизируется или перерабатывается. «В самой столице будет организован только сбор и пункты перегрузки с машин в железнодорожные составы, которые и будут вывозить уже спрессованные отходы за пределы города», – объясняет г-н Кульбачевский. Сейчас в столице перевалочных станций нет, каждый мусоровоз, обслуживающий несколько дворов, везет груз на ближайший полигон. По подсчетам чиновника, транспортировка железной дорогой в несколько раз удешевит вывоз. Потенциальные участки для экотехнопарков будут подбираться в радиусе 70–150 км от Москвы, примерная стоимость строительства варьируется от 400 млн. до двух млрд. долларов США. Однако эксперты считают, что этим радужным проектам мешают несколько приземленных моментов. До сих пор не до конца оговорены отношения между Москвой и областью: сложно представить, что Подмосковье с радостью согласится принимать сор из чужой «избы». Мешает и менталитет россиян: люди порой не могут донести обертку или бутылку до одной урны, что уж говорить о раздельных. И, наконец, совершенно не ясно, кто и за чей счет будет строить эти загадочные экотехнопарки.


В ЯНВАРЕ В ПИТЕРЕ ЗАВЕРШИТСЯ КОНКУРС НА СТРОИТЕЛЬСТВО МУСОРОПЕРЕРАБАТЫВАЮЩЕГО ЗАВОДА
В Петербурге мусорная проблема стоит остро: существующие полигоны бытовых отходов переполнены. Многолетние дебаты с общественностью, экологами, бизнесменами и депутатами о целесообразности индустриальной переработки отходов завершились решением Смольного о строительстве мощного мусороперерабатывающего завода. В конкурсе на право строительства, длившемся в течение всего 2010 года, принимали участие пять иностранных компаний. В финал вышли два холдинга – австрийский Strabag, часть акций которого принадлежит структурам Олега Дерипаски (в Петербурге они участвуют в реконструкции «Дома со львами»), и греческий Helector, ранее в России не работавший. На днях глава комитета по инвестициям и стратегическим проектам администрации Санкт-Петербурга Алексей Чичканов объявил о том, что окончательные итоги конкурса на строительство мусороперерабатывающего завода будут подведены 20 января 2011 года. Одним из критериев оценки конкурсных предложений будет стоимость переработки одной тонны мусора.
Строительство нового завода на основе частно-государственного партнерства стартует в 2012 году. Инвестор должен вложить в объект не менее 300 млн. евро. Поставку мусора – сырья для переработки – в объеме не менее 350 тыс. тонн гарантирует город. Через 30 лет инвестор передаст завод в собственность Петербурга. «Для насыщения сферы индустриальной мусоропереработки Петербургу необходимо еще три таких объекта», – заявила губернатор Валентина Матвиенко.
С идеей строительства мусороперерабатывающего завода под Петербургом активно боролся «Гринпис»: технология процесса как условие конкурса тщательно скрывалась. Экологи подозревают, что мусор будут сжигать, загрязняя атмосферу. И подозрения эти не беспочвенны. По словам пресс-секретаря петербургского отделения «Гринпис» Марии Мусатовой, общественникам все-таки удалось раздобыть кое-какие сведения о технических требованиях к проекту. Из них ясно, что как минимум часть отходов действительно будет сжигаться и на это уже дал разрешение Ростехнадзор. В сентябре гринписовцы направили Валентине Матвиенко письмо с просьбой пересмотреть условия конкурса на право строительства завода. Если проект не изменить, то, по мнению экологов, ростки внедрения системы раздельного сбора мусора в Петербурге будут уничтожены. Ответа на свой призыв экологи пока не получили.
Наталья ШЕРГИНА, Санкт-Петербург

В ИЗРАИЛЕ МУСОР СОРТИРУЕТСЯ ВОДОЙ
До сих пор на подъезде к Тель-Авиву можно увидеть засыпанные песком и землей рукотворные горы, под которыми десятилетиями гниет бытовой мусор. Большинство своих мусорных полигонов Израиль закрыл уже в начале 1980-х годов. В конце концов, не может небольшая страна разбазаривать свою территорию! Да и в экономическом отношении мусор выгоднее подразделять на фракции и перерабатывать.
Разумеется, сегодня в Израиле, как и в большинстве цивилизованных стран мира, несколько видов контейнеров для мусора. Это так называемые «общие мусорные баки», представляющие собой круглое отверстие глубиной два метра и диаметром чуть более метра. В отверстие вложен огромный целлофановый пакет, в который и набивается мусор. Эти пакеты опорожняются машинами городской службы ежедневно, кроме субботы. Даже находясь рядом с этими «баками», никакого запаха вы не почувствуете, ведь сверху мусорное отверстие закрыто полуметровым по высоте колпаком с дверцами, которые приподнимаются, когда необходимо выбросить мусор. Специальные контейнеры предназначены соответственно для бумаг и полиэтиленовых изделий, прежде всего, бутылок и банок. Но даже если ленивые граждане выбросят весь мусор в общий бак, то на мусоросборном заводе (МСЗ) все отходы будут разделены. В последние годы более 80% отходов перерабатывается в полезную продукцию. Это стало возможным благодаря разработанному в Израиле и впервые использованному здесь же методу гидроклассификации, называемому также гидросепарацией. Этот метод освобождает от сортировки отходов самих горожан.
На МСЗ мусор загружается на транспортер, проходящий под сильным магнитным полем. Так отделяется весь металл. Собственно гидросепарация начинается с попадания оставшегося мусора в огромные емкости с водой. Всплывающие легкие фракции поступают во вращающийся барабан с отверстиями разного диаметра, которые фактически и осуществляют фракционирование. Только мусор большого размера – бутылки, банки, картон, пакеты – остается в барабане. Затем полиэтиленовые пакеты специальный вентилятор выдувает в одну емкость, а бутылки – в другую. И то, и другое собирается и отправляется на заводы, которые эти отходы переплавляют и снова производят из них полиэтиленовые изделия. Осевшие же на дно органические остатки подаются в бак биореактора, заполненный микроорганизмами. Там происходит переработка органических остатков и выработка метана, который служит отличным топливом.
В 2004 году предприниматель и инженер Иегуда Саймон создал в Израиле устройство, способное разлагать вредные газообразные и жидкие вещества на воду, углекислый газ и материалы, поддающиеся вторичной переработке. Весь этот процесс происходит на предприятиях химической промышленности. В еврейском государстве ежегодно производится около 100–120 тонн ядовитых отходов, которые полностью уничтожаются методом Саймона.
Валентин БОЙНИК, Иерусалим

Опубликовано в номере «НИ» от 23 декабря 2010 г.


Актуально


Регионы


Новости дня

Наверх
Читайте наши новости в соцсетях!

Подписаться на новости: