Главная / Газета 24 Июня 2010 г. 00:00 / Общество

Откуда берется почтовый мусор

Для решения проблемы спама необходимо законодательство прямого действия

СЕРГЕЙ ГРИБИН

В сентябре этого года в Госдуме в первом чтении планируется обсудить изменения в закон «О рекламе», запрещающие спам-рассылку с помощью sms, mms и голосовых сообщений без согласия абонента. Это очередная попытка поставить хоть какой-то заслон напасти, которая стремительно нарастает. По данным аналитиков «Лаборатории Касперского», за первые три месяца текущего года доля спама в российском почтовом трафике составила 85,2%. Однако решение этой проблемы требует принятия более серьезных мер.

Спам – это не просто неконтролируемый поток рекламы, в том числе контрафактной продукции, порнографии и разного рода услуг, но и дополнительные расходы на трафик, лишняя нагрузка на сервер. Кроме того, с его помощью, чего стоит опасаться больше всего, в наши компьютеры попадают вирусы, которые порой приводят к необратимым последствиям. Специалисты убеждены: если бы в стране с этим злом активно боролись на законодательном уровне, то и спама стало бы меньше и, соответственно, разного рода преступлений, совершаемых в киберпространстве, которое, как известно, не знает границ.

Примером активной борьбы со спамом может служить Австралия. Тамошних спамеров запугали высокими штрафами, которые могут достигать 800 тыс. долларов США за каждое письмо. Местный закон – Spam Act, принятый в 2003 году, требует, чтобы отправитель рекламных писем предоставлял своим адресатам информацию о себе, давал возможность в любой момент отписаться от рассылки и запрещает пользоваться программами для сбора электронных адресов. Кроме того, на уровне правительства сейчас решается вопрос привлечения к борьбе со спамерами интернет-провайдеров, которые при обнаружении зараженных компьютеров будут помогать пользователям их «лечить». А жаловаться на спам можно прямо в госорганы – для этого достаточно нажать на соответствующую кнопку.

В США достаточно эффективно работает CAN-SPAM Act. За несоблюдение этого закона полагается большой штраф, а в отдельных случаях и тюремное заключение. Благодаря этому закону в прошлом году американским правоохранительным органам удалось привлечь к ответственности известного спамера Алана Ральски. Он приговорен к 4 годам тюремного заключения с конфискацией имущества на сумму 250 тыс. долларов. Канадец Адам Гербе, хоть и остался на свободе, за нарушение CAN-SPAM Act (пользователь разослал в Facebook более 4 млн. спам-писем) получил штраф в 873 млн. долларов.

На межгосударственном уровне бороться со спамерами призвана Конвенция Совета Европы по киберпреступности, в которой затрагиваются такие виды преступлений, как нарушение авторских прав, распространение детской порнографии, незаконный доступ к персональным данным.

Наша страна наряду с Китаем и рядом государств Латинской Америки до сих пор не ратифицировала этот документ. Но это не значит, что в России не существует законов, опосредованно защищающих пользователей от спама. Их у нас целых два – это федеральные законы №38 «О рекламе» и № 152 «О персональных данных». Они призывают соблюдать один из основных антиспамовых принципов – OPT-IN, который говорит, что рассылка писем допускается только с согласия пользователя. Рекламораспространитель считается нарушившим закон, если он не сможет доказать в суде, что получил согласие на рассылку. За это он должен нести административную ответственность.

Однако нынешний объем спама в российском почтовом трафике лишний раз доказывает, что эти законы должным образом не работают. Аналитик компании Касперского Дарья Гудкова объясняет это тем, что в законодательных актах содержится «много исключений, а их формулировки не везде четкие». В качестве примера г-жа Гудкова называет отсутствие в законе самого понятия «спам». Также, считает она, не ясно, как именно «оператор или рекламораспространитель должен доказывать согласие адресата» на рассылку. Эксперт вынуждена признать, что и у государственных органов, в частности Федеральной антимонопольной службы (ФАС), отвечающей за соблюдение закона «О рекламе», отсутствуют реальные механизмы контроля. У ФАС нет соответствующих полномочий для проведения оперативно-розыскных мероприятий в отношении спамеров. А поскольку в российском законодательстве отсутствует прямая ответственность за спам-рассылку, уполномоченные на проведение таких мероприятий правоохранительные органы также оказываются связанными по рукам. Но даже если спамера удастся найти и привлечь к ответственности, вероятность чего крайне мала, потому что большинство серверов, с которых ведется рассылка, расположены за пределами России, максимум, что ему грозит – небольшой штраф.

Между тем желание встать на защиту Интернета от мошенников высказывают многие государственные регуляторы, благо эта тема сулит немалые политические дивиденды. От слов к делу попыталось перейти Министерство связи и массовых коммуникаций, но, похоже, не вполне удачно. В конце 2008 года при Минкомсвязи была создана рабочая группа по направлению «Спам», однако о ее деятельности пока ничего не слышно. Правда, в марте этого года появилась весьма нелицеприятная информация об одном из членов этой группы Павле Врублевском. Как оказывается, в рабочую группу при Минкомсвязи, которое призвано бороться с «почтовым мусором», включен… спамер.

Г-н Врублевский возглавляет компанию Chronopay, считающуюся лидером в области интернет-процессинга платежей по банковским картам, и является председателем комитета по электронной коммерции Национальной ассоциации участников электронной торговли. Но одновременно его считают одним из наиболее злостных спамеров, как внутри страны, так и за ее пределами. Член Комитета Госдумы по информационной политике, информационным технологиям и связи Илья Пономарев в своем запросе начальнику Следственного комитета при МВД РФ Алексею Аничину называет г-на Врублевского «одним из организаторов и идейным вдохновителем международного преступного сообщества». «Первичный анализ деятельности Врублевского показывает масштабы проблемы, оставшейся незамеченной правоохранительными органами, – говорится в запросе депутата. – Это и торговля порнографией в Интернете, содержащей сцены жестокого насилия, реальных изнасилований, зоофилии и пр., незаконный банковский бизнес, направленный на отмывание нелегальных доходов с целью сокрытия их от налогообложения с помощью системы fethard.biz, …незаконная торговля наркосодержащими …препаратами через сеть интернет-аптек…, организация массовых спам-рассылок по всему миру, а также продажа вредоносного программного обеспечения под видом антивирусов…».

«Артемий Лебедев адалта», «зубр онлайн-бизнеса», «просто он-лайн-банкир, живущий на Рублевке» – так в Сети называют г-на Врублевского, известного под ником RedEye. По утверждению Ильи Пономарева, г-ном Врублевским «был создан и вот уже более 10 лет развивается форум для порно-вебмастеров ..., внесенный Федеральной торговой комиссией США в список преступных организаций в связи с открытым обсуждением многих видов компьютерных преступлений, в частности «спама». Сейчас же г-н Врублевский, находясь в составе рабочей группы Минкомсвязи, имеет возможность участвовать в разработке законопроектов в области IT и влиять на принятие важных для отрасли решений.

На рынке об этом симбиозе знают, но от комментариев воздерживаются. Зато на них не скупится сам RedEye. В сети он рассказывает, что антиспамовая рабочая группа при Минкомсвязи была образована с целью разобраться, нужен ли вообще законопроект о спаме. Сам RedEye, естественно, уверен, что такой закон не требуется, так как отрасль, по его мнению, должна саморегулироваться. К тому же, по его утверждению, «международное взаимодействие в рамках такой борьбы крайне затруднено ввиду того, что Россия не является частью европейской конвенции по борьбе с киберпреступностью» и не собирается ее ратифицировать.

Частично все это объясняет отсутствие у Минкомсвязи антиспамовых законодательных инициатив. Впрочем, профильного антиспамового законодательства сторонятся не только здесь. Два года назад проблему спама пробовал решить заместитель председателя Комитета Госдумы по информационной политике, информационным технологиям и связи Сергей Капков. Он подготовил поправки к ФЗ «Об информации, информационных технологиях и о защите информации» и к КоАП. Однако законопроект успел пройти лишь первое чтение, после чего был отозван самим автором. Наконец, совсем недавно Госдума приняла от члена Комитета по транспорту Максима Коробова к рассмотрению еще один антиспамовый законопроект. Он предполагает внесение изменений в закон «О рекламе», запрещающих спам-рассылку с помощью sms, mms и голосовых сообщений без согласия абонента. Депутат рассчитывает, что штрафы в размере от 100 тыс. до 500 тыс. руб. спасут пользователей от этой напасти. Такое положение вещей стало возможным, говорят эксперты, из-за нечеткого законодательного определения, что именно можно считать предварительным согласием абонента и в каких случаях оно считается полученным.

Будет ли практическая польза от подобных инициатив, которые ограничиваются лишь изменениями смежных законов, – вопрос открытый. Меж тем лобби спам-индустрии становится все мощнее, и это видно не только на примере регуляторов, до сих пор не могущих разработать и принять прямой закон о борьбе со спамом. В последнее время в серьезных СМИ начали появляться публикации на тему «спам, как двигатель торговли». В них рассказывается о безобидности «почтового мусора», о пользователях, которые спам «уважают» и с его помощью совершают разные полезные покупки. При этом редкие издания публикуют цифры доходов спамеров. В 2009 году, по оценкам Российской ассоциации электронных коммуникаций (РАЭК), этот нелегальный рынок заработал 3,7 млрд. руб. Причем сумма эта весьма условна именно по причине нелегитимности данной сферы деятельности. Но даже при такой относительно небольшой доходности экономические потери России, констатирует РАЭК, составили 14,1 млрд. руб. Получается, что мусор стал для спамеров и их покровителей поистине золотым.

Опубликовано в номере «НИ» от 24 июня 2010 г.


Актуально


Регионы


Новости дня

Наверх
Читайте наши новости в соцсетях!

Подписаться на новости: