Главная / Москва / 18 Мая 2010 г.

Мал первоклассник, да дорог

Отдать ребенка в школу сегодня труднее, чем «поступить» его в университет

Мария МОРОЗОВА, Александра КОШКИНА, Сергей ИШКОВ, Самара, Павел РУШЕВ, Нижний Новгород, Наталья ШЕРГИНА, Санкт-Петербург

Полтора месяца родители пытаются устроить своих детей в первые классы. В спецшколах, лицеях и гимназиях, куда направлен основной поток «абитуриентов», места есть не для всех, а отдавать детей в обычные учебные заведения папы и мамы не хотят.

Дети рады, а уж как рады родители...<br>Фото: AP
Дети рады, а уж как рады родители...
Фото: AP
shadow
Главными способами закрепить место за своим ребенком в «сильной» школе стали изнурительное дежурство у входа накануне первого дня записи и добровольные взносы в фонды помощи образовательному учреждению. В разных регионах нашей страны, как выяснили «НИ», проблемы начального образования решаются по мере сил и возможностей. Московские депутаты, например, уравновесили количество детей в «хороших» и обычных учебных заведениях с помощью территориального прикрепления. А в Нижнем Новгороде чиновники грозятся вообще вывести начальные классы из школ с углубленным изучением предмета. Эксперты отмечают, что такие решения упростят жизнь большинства детей и родителей, однако они не гарантируют всем качественное образование.

Мосгордума на прошлой неделе приняла в первом чтении поправки в закон «Об общем образовании в Москве». В школы в приоритетном порядке будут принимать детей, живущих в непосредственной близости от учебного заведения, а также тех, чьи старшие братья или сестры уже там учатся. Изменения подготовила комиссия по образованию и молодежной политике столичного парламента. Ее руководитель депутат Виктор Кругляков отмечает, что ничего нового не вводится, просто «узаконивается существующая на деле практика». Таким образом, во главу угла ставятся забота о безопасности детей, которым приходится самостоятельно преодолевать долгий путь из дома в школу, и помощь родителям-одиночкам и многодетным семьям. «Войдите в «сильную» школу. Сколько детей из нее проживают рядом? Немного. Остальные – из других районов. Состоятельные родители могут привозить и отвозить их с занятий, – возмущается в беседе с «НИ» г-н Кругляков. – А ребенок из соседнего дома, который не смог туда попасть, вынужден ехать в другой район».

Законодателей поддерживает и исполнительная власть. «Есть порядка 50–60 школ, которые пользуются повышенным спросом среди родителей, – рассказывает «НИ» пресс-секретарь Департамента образования Москвы Александр Гаврилов. – Как результат при записи в них образуется живая очередь». В ночь на 1 апреля, когда начиналась официальная запись будущих первоклассников, родители дежурили у дверей школ. «Жалко было мам и пап. Правильно будет, если дом прикреплен к школе, и ребенка возьмут на обучение», – говорит «НИ» директор центра образования «Царицыно» № 548 Ефим Рачевский. Педагоги полагают, что закон облегчит жизнь части родителей, но сомневаются в его легитимности. «Прием по месту жительства противоречит Конституции, которая закрепляет свободу проживания и передвижения», – напоминает директор государственной столичной гимназии Виктор Фертман.

Поправки не обязывают определять ребенка в ближайшую школу. «Если папа и мама хотят, чтобы сын или дочь учились в элитной школе, про которую они слышали много хорошего, то они могут его туда отдать. Но только при наличии свободных мест, – обнадеживает депутат Кругляков. – Мы не ребенка школе приписываем, а дома». По его словам, каждый год выпускаются документы, по которым начальники окружных управлений образования должны провести закрепление домов. «Мы же эту практику законодательно оформляем», – добавляет парламентарий.

Некоторые родители боятся, что новый законопроект создаст директорам «сильных» школ поле для спекуляций. Президент Всероссийского фонда образования Сергей Комков замечает, что родители все чаще жалуются на сам процесс приема детей в первые классы. «Сейчас существует ограничение в комплектовании классов. Прокуратура следит, чтобы было не более 25 человек, – говорит «НИ» эксперт. – Открывать новые классы-комплекты не дают. И вот бегают родители и ищут, где еще в хороших школах есть недобор». Для многих руководителей учебных заведений это формальный повод для выбивания денег. «Бывает, кого-то фиктивно на время вписывают, а потом отказывают, ссылаясь на огромное количество детей. А когда приходит человек, способный заплатить деньги, то происходит замена», – объясняет «НИ» г-н Комков.

Депутаты уверены, что злоупотреблений при новых поправках станет меньше. «Если школа у нас государственная, то учить она должна всех детей», – радуется депутат Виктор Кругляков. Сергей Комков считает, что коррупционную систему можно побороть, если школе перестанут заранее спускать четкий показатель, какое количество классов-комплектов они могут набрать. «Сколько детей ни пришло, всех надо записывать!» – уверен эксперт.

С теми же проблемами, что и москвичи, сталкиваются родители первоклассников из Нижнего Новгорода. Несколько лет назад городские власти отменили те положения, которые сегодня пытаются ввести столичные коллеги. Теперь, чтобы попасть в понравившееся общеобразовательное учреждение, в том числе гимназию или лицей, необязательно жить рядом с ними. Но проблема в том, что большинство престижных школ расположены в центре города – густонаселенном Нижегородском районе. Родители детей, живущих в центре, теперь вынуждены с боем добиваться возможности учиться рядом с домом. Не все из них хотят обучаться в привилегированном учебном заведении, но других школ в округе практически нет.

В прошлом году новости из некоторых учебных заведений Нижегородского района напоминали сводки с фронта. Мамы, папы, бабушки, дедушки и знакомые круглосуточно держали круговую оборону вокруг них. Здания брали штурмом, после приезда милиции и местного телевидения на время отступали. Ловили всех, кто пытался пройти через черный ход, проверяли у педагогов документы. Не помогло даже вмешательство администрации города и прокуратуры. Дело в том, что для зачисления необходимо было одним из первых сдать документы, затем пройти тестирование. Правда, некоторые из тех, кто уже ощущал себя счастливчиком, не обнаружили свое имя в списках зачисленных. Тогда последовали обвинения в коррупции в адрес педагогов, обращения в прокуратуру, департамент образования, но до активных разбирательств дело так и не дошло.

В Нижнем Новгороде решили изменить структуру школ. Министр образования области Сергей Наумов предложил разработать программу по выводу из лицеев и гимназий начальных классов. «В школах с углубленным изучением тех или иных предметов должны учиться дети средних и старших классов. А в первый класс нужно брать всех детей без какого-либо предварительного отбора», – делится с «НИ» своими предложениями чиновник. На практике осуществить это будет довольно сложно. Во-первых, требуется согласие муниципальных властей и желание руководителей учебных заведений. Во-вторых, непонятно, выведут ли начальные классы в прямом смысле или это будет условное разделение, и дети смогут посещать ближайшие к дому лицеи и гимназии.

Чтобы будущие ученицы оказались в этой очереди на урок, их родители должны отстоять другую очередь – на запись в школу.
Фото: ВЛАДИМИР МАШАТИН
shadow В ряде престижных школ Санкт-Петербурга к детям перед зачислением внимательно приглядываются на подготовительных дошкольных курсах. Обучение здесь, естественно, платное, и хотя родителям говорят, что окончание этих курсов не гарантирует поступления в выбранную школу, все равно отучившийся год дошкольник считается «своим». Другое дело, что из успешных детей набирают первые «А» классы, а из детей отсталых и ленивых – первые «В», «Г», «Д» и так далее. Бабушке Надежде Русановой пришлось задействовать связи в городской администрации, чтобы перевести первоклассницу Алину из «Г» в «А» класс английской школы № 80 в Петроградском районе.

А для москвичей стало уже обычным делом «добровольное пожертвование денег в фонд школы», чтобы гарантировать зачисление. Внуку одного из сотрудников «НИ» для записи в понравившуюся общеобразовательную школу рядом с домом пришлось дважды проходить собеседование: первый раз с учителем и завучем начальных классов, второй – с директором. Между двумя встречами в стенах школы отец семейства должен был определиться с «добровольным» взносом в фонд помощи школы. Опросив друзей и знакомых, чьи дети учатся в выбранной школе, родители приготовились расстаться с 10 тыс. рублей. После второго собеседования и вложения нужной суммы мальчик попал в школу.

«Такая спонсорская помощь, когда ребенок еще не зачислен в школу, является незаконным денежным сбором», – комментирует «НИ» Александр Гаврилов. Деньги действительно могут идти на нужды школы, а не в карман директора, ведь по закону образовательные учреждения могут привлекать дополнительные финансовые средства. «Но даже если перечисление денег проходит по правилам (с оформлением обязательного договора пожертвования, наличным переводом через банк на счет школы), нарушается важный пункт – добровольность пожертвований», – объясняет г-н Гаврилов.

Подобные схемы распространены и в регионах. Если в Нижнем Новгороде родителям не удалось устроить ребенка, то они вносят в фонд школы деньги и видят свое имя в приказе на зачисление. Суммы в зависимости от популярности школы варьируются от двух до четырех тыс. рублей. Выглядит все достаточно прилично. Родителям объясняют, что деньги необходимы «на охрану». Платить никто не отказывается, хотя и законность такого взноса многими ставится под сомнение. Насмотревшись и наслушавшись историй о том, как идет борьба за место в престижных школах, родители просто счастливы, что все так сложилось.

Самарские мамы и папы тоже покорно платят за бесплатное образование. «Не секрет, что во многих самарских школах в первые классы набирают не столько учеников, сколько родителей, – говорит «НИ» жительница города Ирина Григорьева. – Дети меряются толщиной родительских кошельков». Чиновники же не устают твердить про добровольность взносов. В Самаре право на прием в школу имеют все дети, проживающие на территории, закрепленной за учреждением. Отказать им могут лишь в том случае, если в школе уже не осталось свободных мест. На самом деле попасть в по-настоящему хорошую государственную школу очень сложно. Если ребенок не ходил на подготовительные курсы или в детский сад при этой школе, это практически нереально. Учителя просто скажут, что малыш программу не потянет, поэтому не стоит его мучить.

С начала апреля у престижных самарских школ выстраиваются очереди из дежурящих родителей. У отдельных гимназий они даже проводят ночи в машинах. И все ради того, чтобы не пропустить время подачи заявлений, быть первыми и первыми же вручить «добровольный взнос». Без «взноса», даже если ребенок хорошо сдал тест, его могут не взять. «Почему я не могу отдать сына в ту школу, которая ему нравится? – негодовала в разговоре с корреспондентом «НИ» родительница шестилетнего Сережи. – На родительском собрании директор долго говорил о том, что поборы – это плохо, а потом просто взял и написал на доске цифру – 20 тыс. Такие деньги для меня непосильны». Самарские «взносы» бьют рекорды, в некоторые учебные заведения суммы достигают 100 тыс. рублей. И родители еще и борются, чтобы их заплатить.

В Самарской областной прокуратуре указывают, что «действия руководства образовательного учреждения по принуждению родителей к внесению так называемых «вступительных взносов» при приеме детей в школы являются незаконными и приводят к нарушению принципа бесплатности общего образования». В очередной раз родителям советуют обращаться с заявлением в органы внутренних дел либо прокуратуру «для проведения соответствующей проверки». «Если в один день предлагается всем родителям сдать одинаковую сумму денег – это и есть поборы, – поясняет заместитель главы городского округа Самары Екатерина Горбунова. – Не могут все родители иметь равные финансовые возможности и оказывать одинаковую материальную помощь».

Член комиссии по вопросам интеллектуального потенциала нации Общественной палаты РФ Любовь Духанина замечает, что массовых обращений от родителей из-за денежных поборов не наблюдается. «Кто-то думает, что это ничего не изменит. Кто-то относится к ситуации спокойно, считая, что так и должно быть», – комментирует «НИ» ситуацию г-жа Духанина. По ее мнению, предложения Москвы и Нижнего Новгорода по урегулированию зачисления детей в первый класс дают базовые гарантии, но существенно сужают возможности для выбора.

Сергей Комков видит главную проблему в том, насколько разнится качество образования в тех или иных школах. «В западных странах уже давно нет понятий «слабая» или «выдающаяся» школа, – сетует эксперт. – Нам необходимо дотягивать все школы до одинаково высокого уровня». Александр Гаврилов из Департамента образования Москвы соглашается, что было бы идеально, если бы разрыва в уровне образования не было. «Количество школ, куда родители, грубо говоря, «ломятся», увеличивается год от года. Конечно, в течение года-двух мы все школы подтянуть не сможем», – замечает г-н Гаврилов. А это значит, что родителям будущего первоклассника по-прежнему приходится платить не только за портфель, учебники и костюм.


В ПОЛЬШЕ ДЕТЕЙ ПРИНИМАЮТ В ШКОЛУ ПОСЛЕ ПСИХОЛОГИЧЕСКОЙ ПРОВЕРКИ
До учебного года 2009/2010 каждый ребенок в Польше, перед тем как отправиться в первый класс, в обязательном порядке должен был закончить нулевой класс, так называемую «зерувку», куда принимались дети с шести лет и где их учили читать и писать. Но распоряжение министра образования от 23 декабря 2009 года несколько изменило правила. С сентября 2010 года детишек в «зерувках» будут готовить к первому классу уже без обязательного «вводного» курса письма и чтения: все занятия будут проходить в виде игры. То есть введен своего рода адаптационный период – без каких-либо обязательств в виде подготовки домашних заданий. Еще один пункт этого распоряжения позволяет принимать в первый класс детей с шести лет, но только после собеседования с детским психологом, который определит, готов ли ребенок эмоционально и интеллектуально к тому, чтобы начать обучение или ему следует подождать еще год. Самовольность родителей в этом вопросе невозможна. Во главу угла ставится ребенок, ведь стрессы, которые он может получить, способны, как утверждают польские психологи, напрочь отбить у него охоту к учебе и даже спровоцировать нервные расстройства.
Как правило, родители обязаны написать заявление о приеме чада в первый класс до 30 апреля. В крайнем случае – до конца предыдущего школьного года, то есть до 19 июня. Количество учеников в классе не должно превышать 26 человек. Если же набирается слишком много первоклашек, классы должны дробиться. Но, как уверяют специалисты, демографическая ситуация в Польше сегодня такова, что еще несколько лет численность классов будет сокращаться.
В целом в Польше детей принимают в первый класс по принципу районной принадлежности, то есть в зависимости от того, как близко ребенок живет от той или иной школы. Но этот принцип работает не всегда. В какую школу ходить малышу, в конечном счете решают его родители, и при наличии свободных мест каждая школа обязана принять учащегося, как бы далеко от нее он ни жил. Несколько иная ситуация складывается в специализированных и престижных (с хорошими педагогическими традициями) школах. Речь идет в том числе и об учебных заведениях с углубленным изучением иностранных языков, с математическим или спортивным уклоном. Прием в такие школы, естественно, более жесткий. Однако и в этом случае юные соискатели места обязаны проконсультироваться с детским психологом, а в случае поступления в спортивную школу – еще и с врачом, чьи рекомендации являются решающими. Нередко директора школы или психолога (об этом корреспонденту «НИ» рассказал знакомый бизнесмен, в прошлом году отдавший своего сына в престижную варшавскую школу) приходится и «задабривать». Особенно если у ребенка нет никакой районной привязки к школе, в которую его хотят отправить.
В каждой польской школе работает попечительский родительский совет, который определяет размеры фонда родительской помощи – на поездки за город, экскурсии, походы в музеи, кино, на выставки, выезды на каникулах в школьный лагерь. Этот же совет решает, какую сумму выделить для поддержки детей из малообеспеченных семей – на завтраки, покупку канцелярских принадлежностей, учебников и другие нужды.
В целом же в стране не утихают споры о том, как лучше организовать обучение в школе. Старшее поколение педагогов склоняется к тому, что оно должно быть более строгим, без излишних сантиментов, и нацеленным на усвоение знаний. Эти учителя апеллируют к проведенному два года назад исследованию, которое показало, что каждый третий ученик средних классов, умея читать и писать, не понимает смысла прочитанного. Представители же нового поколения учителей настаивают на том, что школа в первую очередь должна развивать в детях коммуникабельность, учить их вписываться в среду, а не просто давать определенный набор знаний. Багаж знаний, по этой логике, человек сможет восполнить и самостоятельно, когда станет взрослой личностью и поймет, чего хочет от жизни. На начальном же этапе важнее не задушить в маленьком человеке само желание учиться.
Виктор ШАНЬКОВ, Варшава

В КИЕВЕ ПОЧТИ НЕ ОСТАЛОСЬ ОБЫЧНЫХ ШКОЛ, ТОЛЬКО ГИМНАЗИИ ДА ЛИЦЕИ
«Кто-то попадал туда просто так?» – вот самый популярный на родительских форумах вопрос о поступлении в целый ряд считающихся престижными средних учебных заведений Киева. Официально набор первоклашек в киевские школы продолжается до конца лета, но уже к середине мая учителя говорят о дефиците мест. А там, где есть дефицит, всегда находится место попыткам решить проблему при помощи взятки. Денежные поборы могут быть официальными – пятилетний ребенок ходит в подготовительную группу, а родители ежемесячно оплачивают ему гарантированное место за партой этой школы (стоимость курсов от 50 долларов США и выше). Другой вариант – с малышами занимаются те преподаватели, которые потом примут их в первый класс (урок стоит от 10 долларов и более). Нередко в ответ на настойчивую просьбу записать ребенка директор задает традиционный вопрос-намек: «А чем вы можете помочь школе?». После чего завязывается оживленный диалог, обычно завершающийся обоюдовыгодным соглашением. Сумма в конверте или подношение в виде оргтехники, которая необязательно остается в стенах учебного заведения, варьируется в зависимости от района, престижности школы и многих других факторов. Обычно это где-то от 150 долларов США и выше. Впрочем, в обычных государственных средних школах такие разговоры – редкость. Но редкостью в Киеве постепенно становятся и простые школы!
Например, на огромном Харьковском массиве, что на левом берегу Днепра, днем с огнем не сыщешь ни одной средней школы. Здесь сплошь гимназии да лицеи, обучение в которых платное. А в микрорайоне «Осокорки-7» и вовсе сложилась уникальная ситуация: на всех проживающих тут детей есть только одна гимназия, да и в той обучают... скандинавским языкам. Можно только представить себе качество обучения этим сложным языкам, если в одной параллели по 5–6 классов, в каждом из которых меньше 30 учеников не бывает. Однако и здесь при поступлении шестилетки все равно проходят жесткий отбор и экзамены. Их тестируют на умение решать простые задачки, сравнивать числа в пределах десятка, понимать и пересказывать тексты. В большинстве учреждений конкурсы и собеседования проходят в конце апреля – мае, и до июня обычно все первые классы в престижных школах уже сформированы. Кстати, в платных лицеях и гимназиях родительский комитет, как и в обычных школах, собирает деньги в фонд класса и в фонд школы, которые в основном идут на букеты учителям.
Яна СЕРГЕЕВА, Киев

Опубликовано в номере «НИ» от 18 мая 2010 г.


Актуально


Регионы


Новости дня

Наверх
Читайте наши новости в соцсетях!

Подписаться на новости: