Не на жизнь, а на смерть

Жительница Екатеринбурга оспорит в Конституционном суде РФ отказ привлечь к ответственности милиционеров за бездействие – жалоба, как выяснили «НИ», была направлена на днях. Помещенный в отделение милиции муж заявительницы умер из-за того, что ему вовремя не вызвали «скорую». Районный суд отказал женщине под предлогом, что обжаловать бездействие милиционеров должен сам почивший.

Михаила Бугрова задержали вечером 7 октября прошлого года за административное правонарушение – мелкое хулиганство, совершенное в нетрезвом виде. Как гласит милицейский протокол, в 22.10 мужчину доставили в Октябрьское РУВД Екатеринбурга. На следующий день в 16.00 Бугрова увезла «скорая» – в состоянии комы, с проломленным черепом, выбитыми зубами и раздробленным носом. Спустя еще пять часов 35-летний мужчина умер, не приходя в сознание. В смерти обвинили его сокамерника – 21-летнего Кирилла Шевелева, также задержанного в тот вечер за пьянство и хулиганство. По версии следствия, в 2.00 ночи Бугров и Шевелев подрались, после чего Шевелева отвезли на «скорой» в больницу (у него кружилась голова), утром отпустили, а через несколько дней задержали по обвинению в нанесении телесных повреждений, вызвавших смерть потерпевшего. Бугрова тогда же перевели в другую камеру, расположенную напротив дежурного. После этого мужчину видели только лежащим в одной и той же позе и ни на что не реагирующим.

Вдова умершего 40-летняя Лада Бугрова потребовала привлечь к ответственности милиционеров: получалось, что «скорую» они вызвали только спустя 14 часов после драки. «Непринятие мер (бездействие) сотрудников Октябрьского РУВД г. Екатеринбурга привело к смерти моего мужа», – написала Бугрова в иске. Но в Октябрьском суде Екатеринбурга принимать заявление отказались, сославшись на статью 134.1 Гражданского процессуального кодекса (ГПК), которая запрещает подавать иски в защиту прав третьих лиц, если эти третьи лица специально не уполномочивали заявителя это сделать. Бугрова же ссылается на статью 46.2 Конституции РФ, позволяющую гражданам обжаловать бездействие должностных лиц. На днях она подала жалобу в Конституционный суд с требованием изменить статью 134.1 ГПК. «Из смысла оспариваемых положений следует, что бездействие сотрудников милиции может обжаловать только мой муж, что невозможно, поскольку его нет в живых. При этом очевидно, что его права были нарушены», – говорится в жалобе.

Право родственников умершего обращаться с жалобой на бездействие должностных лиц уже признал Европейский суд по правам человека, сообщил «НИ» юрист екатеринбургской правозащитной организации «Сутяжник» Антон Бурков: это решение было вынесено 7 января 2010 года по делу «Ранцев против Кипра и России». Николай Ранцев обжаловал неэффективные действия кипрской полиции при расследовании гибели своей дочери (20-летняя Оксана Ранцева уехала работать в кафе, попала в бордель, бежала, пыталась найти защиту в полиции, однако была выдана хозяину, после чего ее нашли мертвой). Отец девушки добился признания себя косвенной жертвой и выплаты 40 тыс. евро компенсации от Кипра и 2 тыс. евро от России. От Конституционного суда юрист Бурков надеется получить запрет трактовать закон так, как его трактует Октябрьский суд Екатеринбурга.

Бугрову должны были автоматически признать потерпевшей, говорит «НИ» председатель столичной коллегии адвокатов «Адвокатская палата» Юрий Костанов: «У нее муж погиб». По мнению Костанова, примененная судом статья ГПК вообще не относится к Бугровой: обжаловать бездействие должностных лиц может любой человек, которому о таком бездействии стало известно. Бугровой следовало обращаться не в суд, а в следственный комитет при прокуратуре, уверяет «НИ» директор правозащитного фонда «Общественный вердикт» Наталья Таубина: «Тогда жену признают потерпевшей, а сотрудникам РУВД предъявят обвинения в халатности». Лада Бугрова рассказала «НИ», что в прокуратуру уже обращалась и получила отказ, который обжалует в суде.

Бугрова также пояснила, что обжалование бездействия милиционеров – только первый шаг в привлечении к ответственности виновных в смерти ее мужа. Женщина убеждена, что ее мужа избил не Шевелев, а милиционеры уже после драки с сокамерником: «Такими кулаками, как у него (Шевелева), череп не проломишь». Шевелев при задержании подтвердил, что драка с Бугровым была, но с тех пор, по информации Бугровой, молчит. Сейчас над ним идет суд, прошло пять заседаний, а затем процесс прервали для проведения экспертиз. Женщина общалась и с третьим сокамерником ее мужа, который проходит по делу как свидетель. Он рассказал ей, что, когда после драки Бугрова переводили в другую камеру, тот «мог двигаться, а на лице не было даже крови».