Главная / Москва / 19 Января 2010 г.

Ледяная избушка

Сгоревшую дачу первого председателя Госдумы России задним числом вычеркнули из списка памятников

Алеся ЛОНСКАЯ, Александр КОЛЕСНИЧЕНКО, Наталья СТОЛЯРОВА, Татьяна НОСОВА

Третью неделю жильцы сгоревшего в столичном Царицынском парке двухэтажного дома (так называемая дача Муромцева) охраняют руины и отогреваются в бытовках, купленных на деньги волонтеров. Московские власти тем временем убеждают общественность, что исторической ценности здание не имело.

Фото: АНАТОЛИЙ МОРКОВКИН
Фото: АНАТОЛИЙ МОРКОВКИН
shadow
Возле сгоревшего дома по адресу 5-я Радиальная улица, 3 сейчас нет ни милиции, ни пожарных. Только бывшие жильцы дома ходят по десятисантиметровому льду в единственную уцелевшую комнату и выпаривают изо льда экспонаты, которые затем относят в две бытовки, стоящие во дворе. У всех черные руки, и чернота глубоко въелась под ногти. Еще погорельцы пытаются превратить бытовки в свой новый дом. Ученый-физик Николай Болдырев, проживший в сгоревшем здании всю жизнь, привинчивает к стене лестницу, чтобы шестилетняя девочка могла залезть к себе на кушетку. На полу места для кушетки не нашлось – в рассчитанной на четверых бытовке живут восемь человек. «Так люди после кораблекрушения строят себе жилище из обломков корабля», – нервно смеется Болдырев.

Двухэтажный деревянный дом в Царицынском парке сгорел в ночь на 3 января. Жильцы уверены, что их подожгли, так как первой загорелась нежилая квартира на первом этаже, которая до пожара была закрыта, а после оказалась открыта. Пожарные тоже вели себя странно. Один из жильцов – Даниил Котелевский рассказывает «НИ», что экипаж первой машины назвал пожар «легким» и пообещал потушить его за 15 минут. Но вскоре подъехала вторая машина, и офицер, находившийся в ней, сказал пожарным: «Они борются за этот дом. Пусть борются без него». Сгоревший дом был известен как дача Сергея Муромцева – председателя первой, дореволюционной, Государственной думы. В действительности дача Муромцева была построена на этом месте в начале прошлого века, но в войну пострадала от бомбардировки, и в 60-е годы обрушившиеся стены снесли, а на фундаменте построили новый дом. В нем жил писатель Венедикт Ерофеев и художник Константин Васильев. В 1978 году дом признали подлежащим сносу, но не снесли. До последнего момента там жили 25 человек. Еще в 2006 году они попытались через суд признать дом своим имуществом: по российским законам человек может стать владельцем дома, в котором прожил 15 лет и на который больше никто не претендует. Но дело не рассмотрено до сих пор.

По словам Болдырева, у него есть однокомнатная квартира в Зеленограде, но семья туда не едет: «Мы вдевятером все равно не поместимся, а они тут все снесут». Другие погорельцы не уезжают, потому что ехать некуда. Одна женщина прописана в деревне, в которой не была много лет. Другую муж выписал из их совместной квартиры, и она теперь бомж. «Ужас был, когда первые дни после пожара жили в бане три на три метра», – рассказывает «НИ» находящаяся на шестом месяце беременности Александра Черняк. На решетчатом полу бани у всех мерзли ноги. В бытовках по сравнению с этим комфорт – электричество, газ из баллонов. Правда, почти все вещи и документы остались в сгоревшем и замерзшем доме. Но спасли волонтеры, которые узнали о случившемся из публикаций в «Живом журнале». На пожертвования куплены и бытовки, и одеяла.

Волонтеры продолжают приходить и сейчас – спасают экспонаты домашнего музея. Эту комнату пожар почти не затронул, а стены от обрушения предохраняет балка, поставленная враспор. Часть экспонатов утрачена. Среди пропаж – старинное зеркало XIX века и кресло-качалка. От них остались только таблички. Вещи были из прежней дачи Муромцева, а когда дом перестраивали, жильцы их сохранили и потом принесли для музея. В доме до последнего времени проводили литературные вечера. А сейчас второй этаж полностью обвалился, и в небо смотрят только дымоходы печей.

Заявление в милицию о поджоге жильцы подали, но, как сообщили «НИ» в Следственном комитете по Москве, дело до сих пор не возбуждено. В МЧС «НИ» пояснили, что «криминальными пожарами не занимаются», а «просто тушат», но комментировать действия пожарных не стали. Москомнаследие тем временем осудило «нездоровую полемику» вокруг сгоревшего дома. Чиновники напомнили, что в 1990 году уже отклоняли заявку о признании дома памятником архитектуры. Координатор Архнадзора Рустам Рахматуллин рассказал «НИ», что летом 2009 года была подана другая заявка – не просто на строение, а на все «достопримечательное место»: помимо фундамента дачи Муромцева рядом сохранились представляющие историческую ценность ворота другой дачи. В Архнадзоре указывают, что с того момента дом стал «заявленным объектом» и охранялся государством. Однако 14 января, по словам Рахматуллина, здание исчезло из публикуемого на сайте Москомнаследия списка заявленных объектов. В Москомнаследии эту информацию не комментируют.

Опубликовано в номере «НИ» от 19 января 2010 г.


Актуально


Регионы


Новости дня

Наверх
Читайте наши новости в соцсетях!

Подписаться на новости: