«Сколько по России отнято детей – государственная тайна»

В начале декабря прошлого года в материале «Неестественный отбор» «НИ» писали о семье Вороновых из Белгорода, которая, помимо семерых родных детей, растила трех больных приемных девочек. Органы опеки отобрали их лишь потому, что одна из девочек упала на тренировке и набила синяк. Председатель совета Всероссийской общественной организации «Сообщество многодетных и приемных семей России «Много деток – хорошо!» Татьяна БОРОВИКОВА в интервью «НИ» рассказала о серьезных проблемах в работе с семьями органов опеки и соцзащиты.

– Насколько часто поводы для отъема детей из семьи являются надуманными?

– Я очень хорошо знаю ту же семью Вороновых. Я помню, как они брали этих девочек с серьезными болезнями, младшую – с пороком сердца. Вороновы были образцовой семьей. 50 родителей собрали подписи в подтверждение того, что мать не бьет детей. Но они ничего не смогли сделать. И эта семья не единственная. За последний год по одной только Новосибирской области к нам пришло около 70 обращений. Эти дела идут по одной схеме. Считаются синяки: сколько на этой коленке, сколько на той. Тут же появляется какой-нибудь сосед-алкоголик, которому мешают дети, и он пишет заявление, что они все время кричат и плачут.

– То есть чиновникам выгодно отбирать детей, чтобы их потом «пристроить»?

– Чиновники сами говорят: детскому дому тоже дети нужны. К тому же сейчас дополнительно открыли несколько агентств по иностранному усыновлению, и в этом активно участвовали сотрудники Министерства образования. Я думаю, что здесь конкретный интерес: есть спрос на русских детей. Наша система получения ребенка – магазин по распродаже детей. Люди, контролирующие базу данных, имеют неограниченную возможность для фальсификации любых документов – справок, диагнозов.

– Сколько всего детей за последний год оказались помещены в приют при живых родителях?

– Общую статистику по отъему нам никто не дает, хотя мы за ней обращались. Говорят, государственная тайна. Я слышала, что в прошлом году в России было изъято 170 тысяч детей. Там разные обстоятельства. Насилие – это не доминирующая статья. Доминирующая – алкоголизм.

– То есть большинство изъятий все-таки оправданны?

– Я не говорю, что нельзя изымать детей. Иногда детей нужно изымать гораздо раньше, чем это происходит. Но сотрудники опеки в наркопритоны не торопятся. Там опасно. А дети там могут жить годами, как собаки. Когда наши волонтеры начинают развозить горячую пищу по деревням, они видят детей, которые живут в собачьей будке или под крыльцом. У них родители спившиеся. И органы опеки ими не интересуются. Сейчас мы посылаем в Кострому продукты и одежду, потому что некоторым там есть нечего – дети буквально силос едят. Один многодетный отец организовал там благотворительную столовую.

– 2008-й был объявлен Годом семьи…

– В Москве награждали одни и те же «дежурные» многодетные семьи, которые выставляли напоказ чиновники. Эти семьи продолжают ездить отдыхать, ходить на елки, на встречи с Дедом Морозом. Уже вроде и дети выросли, а их все водят на елки. По-настоящему бедными семьями власти и депутаты интересуются только в том ракурсе, чтобы они не бузили.

– Сколько в России многодетных семей находятся в бедственном положении?

– Сколько всего, сказать сложно. Наша организация знает о ста семьях, не пьяниц, не маргиналов, а просто бедных. Но им никто не помогает. Теоретически они могут прийти в собес. Им дадут тысячу рублей, но за эту тысячу, которая не спасет ситуацию, им придется принести кучу справок. Одна многодетная семья все лето жила в часовне Дмитрия Донского у Спасо-Андроникова монастыря, потому что их выкинули из квартиры за долги. И слава Богу, священник дал им свой дом в Ростовской области, и они поехали туда зимовать.