Приподнятая целина

От кризиса можно спастись в деревне. Так считают некоторые отчаявшиеся горожане, которые уезжают из мегаполисов и создают на бывших колхозных землях так называемые родовые поселения. В одном из таких поселений в Сергиево-Посадском районе Московской области побывала корреспондентка «НИ». Оказалось, что дома у поселенцев недостроены, земли – недооформлены, а что делать с урожаем, бывшие городские жители не знают. И даже как собирать его не совсем уяснили.

До поселка с символическим названием «Малая родина» нужно вначале ехать на электричке, потом – на автобусе, а потом еще идти от автобусной остановки по грунтовой дороге через лесостепь. Через десять минут появляется вбитая в землю деревянная вывеска «Малая родина», простреленная в нескольких местах ружейными пулями. «Это местные охотники постреляли. Они ездят, где попало. Прямо на территории наших участков охотятся на лосей и кабанов. Еще все мои саженцы выкопали», – жалуется Людмила Каптелова. Участок Людмилы начинается здесь же – кусок упирается в некошеное поле, переходящее в лес. Дома нет. Зато среди деревьев виднеются несколько саженцев, еще не украденных «аборигенами».

«Эй, вас подвезти?» – на пустынной дороге раздается голос из старого «жигуленка». В автомобиле едут супруги Тучины. У них трое детей и гектар земли. «Землю-то мы взяли. А вот делать ничего не умеем. Вон рожь посеяли – взошла.

А как убирать, молотить? Лоси объели поля. Сороки и кабаны вовсю гуляют». Впрочем, не все так плохо – рожь элитного сорта, ее толстой соломой Тучины покроют крышу дома, который сами построили.

Мешает поселянам не только неумение вести хозяйство, но и российская бюрократия. Земли «Малой родины» – только в процессе перевода из сельхозназначения в статус поселения. А значит, ничего строить здесь пока что нельзя. Но ждать семь лет (именно столько потребовалось аналогичному поселению в Калужской области, чтобы официально зафиксировать свой статус) люди не хотят и начинают обустраиваться уже сейчас – кто в палатках, кто в бытовках и небольших домиках, которые уже успели соорудить. В «Малой родине» проживают не менее ста семей. «Коня хочу завести, животных, сына на ноги поставить», – говорит Валерий. Его соседка Татьяна Чистякова рассказывает про площадки, оставленные для будущей школы и клуба. Но пока что до лошадей, школы и клуба далеко – кругом дикие поля с редкими хижинами и палатками. Кое у кого по одному-два улья. Только возле вагончика супругов Светланы и Александра Шкалиных аккуратный садик и высаженные деревья. Они даже выкопали пруд, в котором разводят рыбу. Еще один поселенец отыскал старинный рецепт приготовления иван-чая, которого здесь пруд пруди, и теперь продает его на ВВЦ за хорошие деньги.

«В Москве все задыхаются», – говорит Татьяна Чистякова. Она с мужем долго выбирали землю. Концепцию передачи земель в собственность поселянам разработала Общественная палата Алтайского края. Заинтересовались идеей поселений и в Белгородской области – областная дума подготовила соответствующий законопроект.

Мошенники также пользуются возможностью нажиться на уезжающих в село. Так как оформление земли в собственность связано с волокитой, как правило, крестьянские паи выкупают на имя одного человека, который оформляет землю на себя, а потом продает участки другим земледельцам. Во Владимирской области нашелся «предприниматель»: деньги собрал, землю купил и вначале раздал поселенцам, но документы на свои участки люди так и не получили. Вместо этого бизнесмен стал перепродавать другим людям участки с уже построенными на них домами поселенцев. Сейчас эту аферу расследует милиция.

А родившихся в поселении детей тем временем там прописывают, утверждает руководитель Владимирского фонда культуры и поддержки творчества Майя Ладилова, хотя ни дома, ни поселок не зарегистрированы.

Плохая экология вынуждает людей уходить на лоно природы, говорит «НИ» психолог Сергей Ключников. По его словам, поселенцы – адекватные люди, только «не очень социально успешные, не нашедшие себя в жестоком мире». «Это группа единомышленников, которые сами готовы творить свой мир. Хотя как долго они смогут это делать, непонятно», – поясняет «НИ» зав. отделением Центра психологического здоровья РАМН Сергей Ениколопов. Психологи усматривают в происходящем разновидность утопии. «Люди, которые не способны вписаться в реальный мир, создают себе иллюзорный и возводят его в абсолют. Но мечта о рае неизбежно обречена на провал», – рассказывает «НИ» доктор психологических наук Сергей Ковалев.

Если мечта обречена на провал, то дома поселенцев могут в любой момент быть снесены. «Чтобы построить дом, нужно получить разрешение на строительство, провести экспертизу проекта. А это – самовольная постройка, они здорово рискуют», – говорит «НИ» адвокат Марина Силкина.