Главная / Газета 21 Января 2009 г. 00:00 / Общество

Обыкновенный «бомжизм»

На Западе и в России по-разному помогают бездомным пережить кризис

ЮЛИЯ ЧЕРНУХИНА

По оценкам экспертов, количество бездомных в России превысило два млн. человек. Именно эта категория населения сегодня считается одной из самых уязвимых. Если для большинства жителей нашей страны кризис означает потерю зарплаты, работы и сбережений, то люди, у которых нет крыши над головой, могут эти потрясения попросту не пережить.

Французские «клошары» теперь живут в индивидуальных палатках.<br>Фото: AP. FRACOIS MORI
Французские «клошары» теперь живут в индивидуальных палатках.
Фото: AP. FRACOIS MORI
shadow
До осени минувшего года жизнь бездомных скрашивали многочисленные пожертвования со стороны благотворительных организаций и обычных людей. Однако теперь эти дары сократились в разы. Ситуация осложняется тем, что армию бездомных постоянно пополняют те, кто приехал на многочисленные стройки крупных городов и теперь остались без работы.

Жительница одной из деревень Мордовии 50-летняя Мария Реброва прошлой осенью приехала с сыном в Москву на заработки. Сын поступил на стройку, которую вскоре закрыли. Снять жилье в столице Ребровым не на что, уезжать обратно они не хотят и уже третий месяц живут на Ярославском вокзале. Сын каждое утро уходит на поиски денег. Мать закутывается в тряпье и весь день сидит на скамейке – у нее опухли и болят ноги. Бомжихой Мария Реброва себя не считает. «На вокзале мы живем, только пока сын на работу устраивается», – пояснила она «НИ».

По прогнозам социологов, кризис приведет к всплеску числа бездомных. «Вспомните, сколько бродяг было в крупных городах в середине 1990-х», – говорит «НИ» руководитель аналитического отдела ВЦИОМ Леонтий Бызов. Замдиректора «Левада-Центра» Алексей Гражданкин оценивает количество бомжей в 1,5% населения страны, или в 2,1–2,2 млн. человек. «Если «белые воротнички», пусть даже и уволенные с работы, находятся на довольно высокой ступени социальной лестницы, то гастарбайтеры и так живут в условиях, близких к условиям обитания бомжей. Если их будут увольнять, вернуться к нормальной жизни многие не смогут. Такие примеры уже есть», – говорит «НИ» г-н Гражданкин. «Очень много среди бомжей стало уволенных рабочих с Украины», – подтверждает «НИ» Елизавета Глинка, известная среди бездомных как «Доктор Лиза».

Число бомжей растет, и помогать им сегодня практически некому. Кризис привел к резкому сокращению пожертвований организациям, которые кормят и лечат бездомных. «Корпорации уже урезали свои благотворительные программы на 50%», – сообщила «НИ» финансовый директор фонда «Помоги.org» Мила Шахматова. «В январе 2009 года объем пожертвований от наших постоянных спонсоров сократился в 2,5–3 раза», – заявил «НИ» председатель комиссии по церковной социальной деятельности при Епархиальном совете Москвы протоиерей Аркадий Шатов. Чтобы сохранить социальные проекты, церковь уже создала «Антикризисное общество друзей милосердия». По мнению протоиерея Шатова, вся надежда на людей со средним достатком, что они будут давать «хотя бы по сто рублей в месяц». По словам Милы Шахматовой, пожертвования от частных лиц уменьшились на четверть. Организатор движения «Люди вокзалов» Федор Котрелев в беседе с «НИ» не исключил, что деньги для бездомных, возможно, придется собирать по квартирам: «В Америке несколько десятков добровольцев обходили дома и за три дня сумели собрать пять миллионов долларов».

Даже те, кто готов помогать, предпочитают давать деньги не на бомжей, а на детдомовских детей или больных, которым требуется срочное дорогостоящее лечение. В благотворительной организации «Все вместе» поясняют, что люди хотят видеть «положительный результат своих трудов» и поэтому «выбирают то направление, которое дает гарантию, что эти результаты будут достигнуты». По словам социального психолога Натальи Варской, на выбор объекта помощи влияет внешняя привлекательность человека. «Больше жалости, конечно же, вызывают дети. Меньше – престарелые люди и прикованные к кровати инвалиды. А к бездомным часто относятся с установкой «сам виноват», – рассказывает «НИ» психолог Варская.

Сами бомжи зарабатывают, как правило, сбором бутылок или цветного металла. Иногда бездомные устраиваются дворниками или убирают вагоны в электричках. Милостыню, по словам Доктора Лизы, настоящие бомжи просят редко. Во-первых, потому что неопрятные бродяги отпугивают прохожих. А во-вторых, этот рынок давно находится под контролем мафии. Авторы сайта «Бомж.ру» утверждают, что почти вся милостыня достается профессиональным попрошайкам. Самые высокооплачиваемые – дети от шести до 12 лет. Им удается выпрашивать до пяти тыс. рублей в день. Следом идут «мадонны» (женщины с грудными детьми, как правило, не своими) и «собачники» (нищие с домашними животными). «Ветеранам» – калекам в камуфляже на костылях или в инвалидной коляске удается за день «заработать» 1,5–2,5 тыс. рублей. Обычные же мужчины и женщины редко могут напросить больше тысячи рублей в день.

Куртка, сапоги и шприц

Помимо поиска денег, жизнь бездомного представляет собой борьбу за самые элементарные блага: поесть, помыться, одеться. По словам Доктора Лизы, бездомные оценивают свой заработок не в рублях, а в потребностях: «Им нужно, к примеру, не 200 рублей, а на бутылку, на хлеб, на лекарства, на «Доширак». Спокойно выспаться по ночам также не удается. После полуночи милиционеры обычно выгоняют бомжей из вокзала на улицу. Потом начинают запускать обратно: кто уговорит, кто денег даст. Развлечений у бездомных также немного: спиртное, карты, чтение газет и драки. Недавно волонтеры из организации «Люди вокзалов» провели операцию «Вязание» – раздали бомжихам спицы и нитки для вязания носков. «Срочно бабе Тане комплект из пяти спиц для вязания носков. Принесите! Пока человек загорелся!», – написал в своем блоге один из волонтеров после визита к бомжам.

На свои акции волонтеры движения «Люди вокзалов» Слава, Саша, Андрей и Татьяна собираются возле часовенки преподобного Сергия Радонежского на Ярославском вокзале. Часовня – маленькая комната, словно встроенная в стену, блестит подсвечниками и образами в ярком свете вокзальных ламп. Перед началом мероприятия волонтеры молятся: стоят в ряд, и руки их, совершающие крестное знамение, движутся синхронно и размеренно. В 19.15 привозят еду: несколько десятков порций картошки в пластиковых контейнерах. Волонтеры начинают обход вокзала. Их подопечные сидят группами. На вопрос «Кушать будете?» сами спрашивают, будто выбирая в меню: «А что сегодня? Гречка?» Цыганка Лана от еды отказывается. Она тяжело дышит, гулко кашляет и кутает ноги, обутые в потрепанные тапочки: «Девочка, мне нужна обувь 42-го размера, куртка 56-го и шприцы для инсулина. Ты не старайся, а обещай! Обещай, что привезешь!»

Бутерброд раз в неделю

Люди, работающие с бомжами, говорят, что две трети из них жилье имеют, то есть где-то зарегистрированы. Проживать там они не могут из-за «неразрешимой семейной ситуации» либо психического заболевания. «Быть бомжом по доброй воле можно позволить себе на Западе», – говорит «НИ» академик РАЕН, психолог Евгений Шапошников. По его словам, «западные бомжи» знают, что мощная экономика не даст им погибнуть, и поэтому «путешествуют туда, куда захочет их левая нога». Положение же «отечественных бомжей» сейчас хуже, чем в царской России: «Вспомните Горького. «На дне». Обитатели ночлежки философствуют, мечтают. Сегодняшним бомжам – не до философии».

Численность бомжей в столице, по разным оценкам, составляет от 30 тыс. до 100 тыс. человек. 10 городских центров реабилитации для бездомных вмещают лишь 1,6 тыс. человек. Заболевших бомжей принимает на лечение церковная больница Святителя Алексия. Еще по Москве ездит «Автобус милосердия», получивший правительственный грант и ежедневно спасающий от замерзания по 5–10 человек. Акции по кормлению бомжей в основном разовые. Например, «Рождественский обед» и раздача бутербродов бездомным, как делают волонтеры организации «Друзья на улице». «Люди вокзалов» кормят бомжей один-два раза в неделю, так как все волонтеры сами где-то работают.

Гражданин вокзала

Василий Останин официально живет на Казанском вокзале с 4 октября 2005 года. «Я – единственный человек, прописанный здесь», – говорит он, показывая корреспонденту «НИ» временное удостоверение личности с адресом: «Казанский вокзал» в графе «Постоянное жилье». С «соседями» Василий старается не общаться, говорит, что «индивидуалист»: «Некоторые меня боятся, называют белым колдуном». Останин утверждает, что его показывали по телевизору и писали о нем в «Собеседнике» в номере 34 за 1991 год, причем газета потом исчезла из всех подшивок. Все последние годы мужчина занят тем, что ходит по инстанциям и требует, чтобы его признали живым. Чиновники, по его словам, отказываются, ссылаясь на то, что, по их данным, Василий Останин умер еще ребенком в 1991 году.

35-летняя Светлана с того же вокзала приехала из Украины и уже несколько недель ждет разрешения на работу. «У нас и до кризиса сложная ситуация была, а теперь работы вообще нет», – жалуется она «НИ». Вначале женщина собиралась работать по специальности – машинистом производственных установок. Теперь согласна на любую работу, лишь бы выбраться с вокзала. Социолог Бызов прогнозирует, что к марту количество бездомных на вокзалах, напротив, прибавится. Волонтер с двухлетним стажем Андрей Михальченко говорит «НИ», что на превращение человека в «классического бомжа» влияет срок, проведенный на вокзале: «Тех, кто ищет работу и следит за собой, еще можно вернуть к нормальному существованию. Но когда человек долго не может совершать самые простые дела, ходит грязный и плохо одетый, он теряет и собственное достоинство».


Питерским бомжам помогают даже иностранцы

Сегодня в Северной столице в городском пункте учета бомжей числятся 7808 бездомных. Помощью этим людям занимаются две структуры. Социальные службы городской администрации покровительствуют «своим», питерским. А региональная благотворительная организация «Ночлежка» – иногородним. В картотеке «Ночлежки» около 10 тыс. имен. Через «Ночлежку» нашим бездомным помогают датские, английские, норвежские, шведские благотворители. Достаточно сказать, что в самый разгар кризиса – 21 ноября 2008 года – приют посетила Ее Королевское Высочество принцесса Датская Мария. Благодаря поддержке датского бизнес-клуба в Москве и генерального консульства Королевства Дании в Петербурге два десятка бомжей из «ночлежного» приюта на Боровой улице отпраздновали Рождество в респектабельном клубе «Сочи» на Казанской улице. Получив щедрый обед, они увидели настоящего Деда Мороза и даже следили за выступлением артистов «Крепостного балета» Елены Прокопьевой.
И все же поток благотворительных средств от зарубежных бизнесменов в 2009 году иссяк. Координатор «ночлежного» проекта «Ночной автобус» Андрей Чапаев рассказал собкору «НИ», что один из двух маршрутов социального автобуса – южный – даже оказался под угрозой закрытия. С 2002 года волонтеры «Ночного автобуса» ежедневно кормят бездомных и бедных людей супом, хлебом, чаем, оказывают первую медпомощь. В 2008 году этот вид социальной благотворительности распространился уже на шесть районов Петербурга, за год было роздано 60 тыс. горячих ужинов. «Теперь у нас остро не хватает денег на зарплату водителям, на топливо, – сетует Андрей Чапаев «НИ». – Иностранцы прямо говорят, что русским бомжам должны помогать русские бизнесмены, но наши предприниматели своих обездоленных соотечественников пока не замечают». Пока южный маршрут «Ночного автобуса» действует: помогло обращение к жителям Петербурга с просьбой о помощи. Люди понесли в приюты теплые вещи. Деньги от граждан также поступили, но на них можно «протянуть» не более месяца. Вроде бы пообещали помочь и городские власти.
Социальные службы питерской администрации убеждены, что проблема помощи бомжам решается. В Петербурге сегодня обустроено 13 домов ночного пребывания на 300 мест (в конце 2008 года был открыт приют в Пушкинском районе на 25 мест), работают три крупных центра социальной адаптации (по сути, это приюты-интернаты) для людей, вернувшихся из мест заключения. Ежегодно из городской казны на программы для обустройства бездомных выделяются деньги. Бюджет одной такой программы на 2005–2007 годы составил почти 85 млн. рублей. Если разделить эту сумму на восемь тыс. бездомных, то получается, что ежемесячно на каждого из них в течение трех лет тратили около 300 тыс. рублей. В реальности, конечно, львиная доля денег ушла на строительство и ремонт ночлежек. Что касается планов на будущее, то районные власти помнят о поручении Валентины Матвиенко построить приюты в оставшихся семи районах Петербурга. В Курортном районе для отремонтированного помещения под ночлежку уже закупают мебель, и скоро заведение откроется, а в Приморском выделен участок для обустройства ночлежного дома. По словам пресс-секретаря комитета по социальной политике Екатерины Майбороды, во время первой волны январских морозов никаких инцидентов с питерскими бомжами не произошло.
Наталья ШЕРГИНА, Санкт-Петербург

По кубанским бездомным кризис ударил в ноябре
В Краснодарском приюте для бездомных «Забота» сегодня наплыв людей. Связано это с непривычными для Кубани морозами. Сейчас в приюте живут около 140 человек, а минувшим летом обитали всего 20–30 бродяг. По данным городского УВД, стремление бомжей попасть в приют привело к тому, что с первых морозных дней в городе не было ни одной смерти от переохлаждения. А вот в прошлые, более теплые зимы, когда бродяги надеялись перезимовать на улице, бывали дни, когда насмерть замерзали по нескольку человек. Вместе с тем постояльцы приюта ощущают на себе не только морозы, но и последствия мирового финансового кризиса. Буквально за несколько месяцев материальная помощь и пожертвования со стороны коммерческих фирм и состоятельных граждан практически исчезли. «Еще осенью часто приходили люди, приносили обувь, одежду, кто-то даже и новую. Нам удалось собрать небольшой запас, – рассказала «НИ» администратор приюта Валентина Бабинец. – А с ноября – как отрезало». Подавляющее большинство обитателей приюта – бродяги, злоупотребляющие алкоголем. Немало освободившихся из мест лишения свободы. 27-летний Виктор, уроженец одной из небольших станиц, весной прошлого года вышел из тюрьмы. Пока он сидел, у него умер отец, дом перешел к родне, и мужчина отправился в Краснодар. Здесь он провел пару ночей в «Заботе» и быстро устроился на завод помощником кузнеца, получив койку в общежитии. Работая, пытался даже откладывать деньги, но к Новому году на заводе начались сокращения, и Виктор очутился на улице. Деньги закончились, и теперь он снова ночует в приюте. Собирается переехать на недостроенную дачу и жить там до весны, подрабатывая у соседей. «Я молодой, здоровый, руки, откуда надо растут, да и не пью к тому же», – признается Виктор «НИ». Возможно, что ему и удастся вырваться из этих стен, чего не скажешь о других обитателях ночлежки.
Сергей ПЕРОВ, Краснодар

Самарские нищие стали меньше пить: экономят
Финансовый кризис отразился на самарских бомжах, усложнив их и без того нелегкую жизнь. «Очень трудно найти теперь хлебное место, – признается «НИ» бомж Михаил, просящий подаяние у самарского губернского рынка. – Если раньше многие подавали по 10, а порой даже по 20 рублей, то теперь бросают в шапку одни медяки. А что с них толку? Цены-то вон какие! Как на дрожжах растут. Люди так обнищали, что даже пить стали меньше: раньше бутылки из-под пива и на скамейках, и около урн стояли, а теперь где вы их увидите?» В социальных приютах области зимой всегда места заняты: никому не хочется мерзнуть на улице. Но в эту кризисную зиму здесь настоящий аншлаг. «У меня место было – я в подвале многоэтажки неплохо устроился, – откровенничает с «НИ» 56-летний житель Самары Григорий Буков. – Две зимы перекантовался, и эту бы там просидел, но с едой стало плохо. Почти не подают. Раньше, в докризисные времена, люди мешки с ненужной одеждой, продуктами ставили рядом с мусорными баками, я и забирал себе. А теперь? Даже дворовых собак и кошек подкармливать перестали…» 500 предприятий Самарской области заявили о массовых сокращениях. Без работы остались не только «белые воротнички». Где уж тут милостыню подавать, если впору самим руку протягивать? Понимая тяжесть ситуации, в которой оказались бомжи, власти города Тольятти призвали горожан «проявлять большую активность и заинтересованность в вопросе оказания помощи нищим». Увидев несчастного, жители Автограда должны позвонить по телефону «горячей линии» социального департамента и сообщить о нем.
Сергей ИШКОВ, Самара – Тольятти

Саратовские чиновники считают, что привычка бомжевать трудноискоренима
В Саратовской области сегодня действуют пять центров социально-трудовой реабилитации граждан без определенного места жительства. Люди живут и питаются там бесплатно, пока им оказывают медпомощь, оформляют инвалидность и восстанавливают документы. Кроме того, желающие имеют возможность попасть в интернаты. Однако, как сообщила «НИ» начальник управления социальной реабилитации населения Министерства социального развития Саратовской области Тамара Андреева, очередей в эти учреждения нет, да и на переезд в интернат соглашаются не все. «Проживание в центрах и интернатах – дело добровольное, но наших подопечных, видимо, устраивает тот образ жизни, который они ведут, и большинство у нас не задерживаются», – говорит г-жа Андреева. С этим согласен и референт пресс-службы областного ГУВД Александр Краснослободцев, считающий, что людей, выбравших уличный образ жизни, вернуть в нормальные условия очень сложно. «Всех бездомных участковые инспекторы знают в лицо, и каждого нового заносят в специальную картотеку, снимая у него отпечатки пальцев», – поясняет «НИ» г-н Краснослободцев. По его словам, пока рано говорить о возросшем числе преступлений, совершаемых этой категорией граждан в кризисные месяцы, но рост безработицы должен вызвать и рост воровства и грабежей. По статистике Министерства социального развития, если в 2007 году в социальных центрах области жили 4035 человек, то в 2008-м туда обратились 3737 обездоленных.
Константин ФОМИЧЕВ, Саратов

Во Франции и Бельгии многие бомжи имеют работу
Самая громкая история о бомжах и финансовом кризисе, облетевшая бельгийские СМИ, скорее занимательна, чем типична. 45-летнего Марка Лекока знают в лицо и по голосу многие пассажиры брюссельского метро. Он жил в нем годами и пел под гитару собственные песни. Но в 2004 году неожиданно получил от умершего отца наследство, которое, казалось, могло навсегда вытащить его наверх. По совету своего агента в банке «Фортис», он вложил 350 тыс. евро в акции инвестиционной компании SICAV. Бумаги, которые стоили по 62 евро, через три года подорожали до 385 евро. Бомж стал миллионером. Но кризис «убил» акции, и Марк в конце концов получил за них 5000 евро. Две недели назад, когда он рассказал свою эпопею журналистам, в кармане оставалось 28 евро 20 центов наличными. Банковский счет на нуле, куча долгов налоговому ведомству и хозяйке квартиры, на выплату которых не хватит социального пособия. Скорее всего, опять придется петь в метро.
В Бельгии, как сообщил «НИ» бургомистр Брюсселя Фредди Тилеманс, выделяемые на помощь бездомным средства из городского бюджета остались неизменными. Они идут на содержание ночлежек, куда бомжи могут прийти помыться и подстричься. В холодные ночи открыты помещения вокзалов, где общественники бесплатно разливают горячий суп. Франция, где эта проблема острее и за семь лет число бездомных выросло с 86 до 100 тыс., оказалась не готова помочь им, как следует. По данным парижской ассоциации «Против смерти на улице», в прошлом году в стране умерли от холода минимум 360 бездомных. Министр по делам жилья Кристин Бутэн предложила было при температуре воздуха плюс шесть градусов и ниже принудительно свозить «клошаров» во временные ночлежки, создаваемые в спортзалах, актовых залах мэрий и других общественных местах. Но их не достаточно. Да и сами бездомные предпочитали оставаться на улице, чем спать вповалку.
Вообще, парижские «клошары» – это не всегда побирушки. В Винсенском лесу корреспонденту «НИ» доводилось беседовать с бездомным каменщиком, который каждое утро сворачивал палатку и ходил на работу. Чтобы снимать квартиру в Париже, ему не хватало зарплаты. Сбором жестяных банок и стеклянных бутылок ни во Франции, ни в Бельгии особенно не заработаешь.
В Бордо с прошлой осени на треть выросло население ночлежек, организованных общественными фондами при поддержке властей. По словам Виржини Эриссон, которая курирует один из таких приютов, с начала этого года на 63% выросло число «проходящих» – людей, которые обращаются за помощью, но не остаются на ночь. Вице-президент благотворительного общества «Банк питания» Жорж Виала (собирает излишки продуктов в торговых сетях Бордо для помощи бездомным) заявил «НИ», что работать его организации стало труднее. Удается собирать всего 700 кг мяса в день, в то время как в прошлом году – более тонны.
Александр МИНЕЕВ, Брюссель – Париж

Нью-Йоркских нищих кормят вкусно
Еще полгода назад малоимущие американцы могли получить бесплатную пищу в многочисленных благотворительных столовых. С началом кризиса ситуация резко изменилась. «Если обычно у нас питались 150 человек в день, то теперь мы кормим 250, – рассказала «НИ» сотрудница нью-йоркской благотворительной организации Trinity Кэролайн Карузо. – Увы, мест, где можно получить пищу, с каждым днем все меньше».
Отстояв в очереди минут пять, я получил порцию бобов с рисом и стаканчик кофе. Пересилив брезгливость, отведал блюдо – представьте, оказалось вкусно! Не успел окончить трапезу, как ко мне подошла девушка и вручила... набор презервативов. В него было вложено объявление о том, что каждую среду в Trinity можно получить бесплатную медицинскую помощь, а в первый и последний четверг месяца даже залечить зубы и воспользоваться услугами иглотерапевта.
«Не могли бы вы одолжить парочку баксов?» – прервал мои благостные размышления бородатый детина с подбитым глазом. Хотя Джон не читает газет и не смотрит телевизор, он в курсе того, что в Штатах экономический кризис. «Бездомным жить сложнее, чем раньше. Еще несколько месяцев назад я без труда мог собрать в день долларов 20, теперь же редко удается добыть десятку. И пища в столовой стала хуже. Прежде здесь кормили курицей, а сейчас дают эту дрянь!» – жалуется одетый в поношенную, но теплую куртку-«аляску» Джон.
Узнав, откуда я, бродяга предлагает мне познакомиться с соотечественником. Чисто одетый старик Иван по национальности – украинец. «Во время войны немцы отправили меня на работы в Германию, – рассказывает он с сильным акцентом. – Попытался бежать, но меня поймали и посадили в лагерь в Австрии. После войны я боялся вернуться домой и уехал в Америку. Сейчас уже забыл родину и даже думаю по-английски». В США Иван работал на стройке. Выйдя на пенсию, стал получать 800 долларов, из которых 400 отдает за квартиру. «На такие деньги прожить невозможно, – вздыхает Иван. – Без бесплатных обедов я просто не выживу. Раньше ходил питаться в другое место, но около месяца назад моя любимая столовая закрылась. Теперь обедаю здесь, но кто знает, сколько она еще продержится! Для бедняков наступают нелегкие времена!».
Игорь РОТАРЬ, Нью-Йорк

Опубликовано в номере «НИ» от 21 января 2009 г.


Актуально


Смотрите также

Топилин: «формально» в России нет бедных пенсионеров


Минфин предлагает ввести в России обратную ипотеку


Число бедных россиян достигло максимума с 2006 года


Армия нищих

Проблема бедности актуальна для всего мира, включая Россию

Дошли до черты

Прожиточный минимум в РФ вырос на 17 процентов

В России стало на 600 тысяч больше бедных


Путь в тотальную нищету

Каждый девятый россиянин находится за чертой бедности, и число малоимущих будет расти

Новости дня

Наверх
Читайте наши новости в соцсетях!

Подписаться на новости: