Синдром Пандоры

Еще не стихла стрельба, еще не похоронены все убитые, еще не подсчитаны потери с обеих сторон, а политики, дипломаты, публицисты вовсю обсуждают возможность суда над главными виновниками случившегося. В истории военных конфликтов на территории бывшего СССР такие заявления звучат впервые, и хочется понять, о каком таком суде идет речь. И какие при этом возникают проблемы. В Гааге заседает несколько судов. Суд ООН, рассматривающий жалобы на нарушения государствами различных конвенций. Международный уголовный суд (МУС), занятый делами виновных в военных преступлениях, геноциде и преступлениях против человечества. Там же, в Гааге, заседают суды ad hoc, создаваемые по конкретным случаям. Так были созданы Международный трибунал по бывшей Югославии и Международный трибунал по Руанде.

Из заявлений официальных лиц пока не очень понятно, в какой суд собирается подать Россия. Желая засудить президента Грузии и его генералов, она должна была бы обратиться в МУС. Но Госдума до сих пор не ратифицировала Римский устав, а это значит, что наша страна не признает обязательность решений этого суда. Согласитесь, странно подавать жалобу в тот суд, который ты не признаешь.

Учреждать специальный трибунал против Грузии – дело гиблое: решение о его создании принимает Совет Безопасности ООН. Мало шансов, что США и Великобритания согласятся с предложением России.

Грузия, в свою очередь, уверена, что перед международным правосудием должно предстать руководство России, Южной Осетии и Абхазии. Грузинские юристы уже пожаловались в Международный суд ООН по поводу нарушения Россией Конвенции против расовой дискриминации и поддержки сепаратистов в Абхазии и Южной Осетии с 1990 по 2008 год. В первых числах сентября состоятся предварительные слушания. Возможно, суд откажет в рассмотрении иска. В любом случае информация о заседаниях суда даст возможность грузинским пропагандистам в очередной раз напоминать о «российском агрессоре».

Кажется, первым о создании трибунала заговорил российский омбудсмен Владимир Лукин. В начале прошлой недели он предложил создать специальный трибунал по Южной Осетии. «Все должно быть тщательным образом выяснено и расследовано», –подчеркнул правозащитник. Предполагал ли Владимир Петрович, что своим заявлением невольно открыл ящик Пандоры и что его слова о «массовых разрушениях городов и сел, о гибели сотен мирных, ни в чем не повинных людей» неминуемо вызовут ассоциации с другими военными конфликтами в России? Сразу возникнут вопросы о том, почему после «пятидневной войны» в Южной Осетии нужно затевать трибунал, а после осетино-ингушского конфликта 1992 года, когда десятки тысяч ингушей были изгнаны из своих домов, о создании такого суда никто на государственном уровне и не заикался?

Почему до сих пор не создан трибунал для расследования преступлений обеих сторон конфликта в Чечне? Не создан, несмотря на то что Европейский суд по правам человека вынес более тридцати решений по жалобам жителей этой республики и большинство вердиктов касается нарушения права на жизнь. А между тем нет сомнений, что материалов для рассмотрения в суде больше чем достаточно. Живы и свидетели, и подозреваемые.

В апреле 2003 года Парламентская Ассамблея Совета Европы рекомендовала международному сообществу рассмотреть возможность создания такого трибунала, но рекомендации так и остались на бумаге. Сегодня, наблюдая за той оперативностью, с которой шерлоки холмсы из Следственного комитета Генпрокуратуры бросились собирать доказательства «грузинского геноцида по отношению к жителям Южной Осетии», невольно задумаешься о пресловутых «двойных стандартах». Вспоминается нежелание следователей заводить уголовные дела по фактам исчезновения во время зачисток чеченцев – таких же граждан России, как и осетины.

Время покажет, но создается впечатление, что все выкрики о «международном правосудии» как с грузинской, так и с нашей стороны закончатся пшиком. Международный суд ООН будет долго расследовать материалы о нарушении Россией Конвенции по расовой дискриминации. И для нашей страны это не будет слишком болезненно. Мы же, в свою очередь, ограничимся созданием бутафорского Общественного трибунала. И Грузия тоже не обратит на это ни малейшего внимания.