Тридцать против десяти и еще один

Обращение десяти членов РАН к президенту Путину с предупреждением об «угрозе клерикализации страны», как снежный ком, обрастает комментариями. Вчера было распространено письмо 30 православных активистов, обвиняющих маститых академиков в попытке вновь сделать атеизм государственной идеологией. Тем временем богослов и миссионер Андрей Кураев назвал демарш академиков «нормальным шагом в гражданском диалоге».

Было бы странно, если бы письмо академиков президенту не вызвало бурной реакции клириков и мирян РПЦ. Смысл и тон письма провоцировали дискуссию. Увы, пока все комментарии говорят не о христианском, а о ветхозаветном мировоззрении оппонентов. Академикам возражают по принципу: «Око за око, зуб за зуб».

Вчера ведущие информационные агентства распространили сообщение о том, что тридцать «представителей российской общественности выступили в защиту православного мировоззрения». Складывалось впечатление, что речь идет о равноценном ответном ударе. Однако найти полный текст письма «НИ» удалось лишь на одном из маргинальных сайтов. Имена «представителей общественности», в отличие от имен Жореса Алферова и Виталия Гинзбурга, мало что говорят. Большинство «подписантов» – жители Петербурга: члены Союза писателей России, сотрудники вузов, предприниматели, казаки. Разумеется, они имеют такое же право голоса, что и академики. Но пафос письма не образует поле для конструктивного диалога о науке и религии, о светском и духовном образовании в России. Создается впечатление, что эти люди вознамерились побить академиков не умением, а числом.

И все же, как бы ни относиться к скандальному письму членов РАН, оно впервые в новейшей истории затронуло деликатную, но принципиальную для всех тему. И обсуждать ее, хочешь не хочешь, надо. В этом смысле обнадеживает появившаяся вчера же в Сети статья диакона Андрея Кураева – известного богослова и миссионера, профессора Московской духовной академии. Письмо академиков, по его убеждению, «нормальный шаг в гражданском диалоге. У людей есть свое видение ситуации, свои надежды и опасения. Если заведомо неглупые люди испуганы нами, значит, какой-то повод к этому дали именно мы...»

Особое место в статье занимает вопрос о введении в школах курса ОПК. И по этому пункту диакон заслуживает пятерку. «Академики правы, – пишет он, – существующие учебники по ОПК ближе к Закону Божию, чем к культурологии. Уроки, как они ведутся, способны порождать вполне справедливые протесты. Но разве это повод для закрытия проекта? Если автомобиль – средство повышенной опасности, из этого не следует, что автовождение следует запретить. Просто надо строить хорошие дороги и не допускать дураков к вождению».

Святые слова. Жаль только, что статья Андрея Кураева – глас вопиющего в пустыне. Хотя бы потому, что он, увы, не десять академиков, тем более не тридцать «общественников».