Главная / Газета 16 Августа 2006 г. 00:00 / Общество

Скованные одной Сетью

Миллионы россиян нуждаются в лечении от интернет-зависимости

ИЛЬЯ НОСЫРЕВ, МИХАИЛ ПОЗДНЯЕВ

Пользователи Интернета в эти дни отмечают сразу две юбилейные даты. 12 августа 1981 года корпорация IBM представила первую в мире модель персонального компьютера. А десять лет спустя появился первый веб-сайт, положивший начало современной сети Интернет. Удобное и полезное изобретение по мере распространения проявило чудовищное коварство.

Наиболее активные геймеры спят там же, где играют.<br>Фото: ИГОРЬ ХАРИТОНОВ
Наиболее активные геймеры спят там же, где играют.
Фото: ИГОРЬ ХАРИТОНОВ
shadow
Сегодня интернет-зависимостью страдает каждый второй посетитель Сети. Психологи считают ее психическим заболеванием, не менее опасным, чем алкоголизм и наркомания. Однако специалистов, помогающих от него избавиться, в России мало – всего несколько человек. Число «интернет-больных» растет в геометрической прогрессии. Уже сейчас, по самым скромным подсчетам социологов, около 15 млн. россиян нуждаются в медицинской помощи.

Без сомнения, компьютер и Интернет – величайшие изобретения ХХ века. Благодаря им человек не только получил доступ к неограниченной информации, но смог перемещаться в пространстве, общаясь когда и с кем угодно. Интернет разрушил государственные границы, но оказался для пользователей в самом прямом смысле сетью.

Вот откровения одного из безнадежно запутавшихся в Сети, которому всего-то на неделю пришлось расстаться с электронным приятелем: «В первый день чего-то не хватает, но еще терпимо. Плохое настроение можно списать на погоду. Раздражительность – на бессонную ночь. Второй день принес потребность в свежей информации, которую еще можно утолить просмотром телевизора. Остается время на чтение пришедшей в прошлые недели корреспонденции. Можно, не торопясь, на нее ответить. На третий день самочувствие ухудшается, возникает острая необходимость услышать аськино «О-О» (имеется в виду стандартный звук программы ICQ, раздающийся при получении нового сообщения. – «НИ»). Стрелка барометра настроения мечется между штормом и ураганом. День четвертый – пик кризиса. По квартире летают бумаги, книги, компакт-диски и куча прочей дребедени. Повышенный до предела физический тонус требует немедленной разрядки. День пятый – началась глубокая апатия, которая продолжалась до момента возвращения в Сеть».

Цветочки и ягодки в Паутине

Что же это за недуг – интернет-зависимость? Каковы его корни и симптомы?

По словам врачей, мерцание монитора вызывает нарушения зрения, снижение аппетита. Привычка взбадриваться кофе или чаем расстраивает желудочно-кишечную систему. Пребывание в замкнутом и пронизанном электромагнитными полями помещении ведет к расстройству иммунитета. Затекающие ноги, приученные к одной и той же позе раба на галерах плечи, кисти, шея провоцируют головные боли, нарушения опорно-двигательной системы, проблемы с сердцем, сосудами и мочеполовой системой. Но это, как говорится, еще цветочки. Ягодки, причем ядовитые, вызревают в психике.

«До сих пор в России интернет-зависимость рассматривается как одна из форм азартного поведения, – рассказал «Новым Известиям» психотерапевт и нарколог Владимир Есаулов. – Однако, без сомнения, это определение сегодня должно быть пересмотрено.

На подходе другая характеристика интернет-зависимости, которой страдает половина пользователей Сети, – именно как психической болезни. Причем приобретшей характер эпидемии. Но специалистов, способных помочь подхватившим этот вирус, критично мало – у нас в стране их буквально несколько человек».

Проблема сетевой болезни привлекла внимание медиков не вчера, а еще в 1994 г. Тогда американский психиатр Кимберли Янг разместила на созданном ею веб-сайте специальный вопросник и получила около 500 ответов, авторы 400 из которых были признаны, согласно разработанным г-жой Янг критериям, интернет-зависимыми. В конце 90-х в США и Европе открылись первые консультативно-психотерапевтические службы по проблематике IAD (сокращенный термин Internet Addiction Disorder – «зависимость от Интернета»). В эти же годы вышли первые монографии по данной проблеме.

Кимберли Янг приводит четыре признака зависимости от Интернета: навязчивая потребность проверить электронную почту, постоянное желание очередного выхода в Сеть, жалобы близких на то, что человек проводит слишком много времени за компьютером, их сетования на растущие расходы на Интернет. Один из первых психиатров, обративших внимание на это явление, Марк Гриффитс, делит интернет-зависимых на две группы. Аддикты (зависимые) 1-го порядка чувствуют себя в приподнятом настроении во время игры или пребывания в чате. Компьютер для них – средство получить социальное вознаграждение. Аддикты 2-го порядка используют компьютер для бегства от серьезных проблем в своей «невиртуальной» жизни. Однако это деление весьма условно.

Согласно результатам исследований психологов, чаще всего интернет-зависимые проводят время в чатах, форумах и дневниках (37%), режутся в он-лайн игры (28%), участвуют в телеконференциях (15%), проверяют почту (13%). И совсем небольшой процент людей пользуется Сетью по прямому назначению – для выуживания необходимых справок и новостей.

А что в этом плохого?

Довольно часто пользователи оправдываются, что не тратят время впустую, а общаются. Действительно, установлено, что подавляющее большинство больных (91%) пользуется в Сети сервисами, связанными с общением. Но вот вопрос: чем отличается общение вживую от общения по Интернету?

Нет ничего плохого в том, что человек знакомится в Сети, подбирая новых друзей по общим интересам. По мнению психиатров, тут есть четкая аналогия с алкоголизмом. Если человек принимает стопку с друзьями, то какой же он алкоголик? А вот если начинает выпивать в одиночку – это прямой путь к болезни. Точно так же нельзя назвать зависимым человека, сидящего за монитором с приятелем или девушкой, с которыми приятно проводит время и вне компьютера. Даже не каждый геймер, вопреки распространенному мнению, зависим. Если подросток режется в игрушки с друзьями, а потом идет играть с ними же в баскетбол – это вполне здоровый человек. Так что в основе интернет-зависимости почти всегда лежит одиночество, отсутствие других вариантов времяпрепровождения.

«Несколько часов в день посвящаю ведению дневника в «Живом Журнале», – говорит одна из пациенток доктора Есаулова москвичка Елена. – Но странное дело: вроде бы говоришь с людьми, делаешь им комплименты, рассуждаешь на философские темы, а когда встаешь из-за компьютера, в голове пустота. И еще острое сожаление о потерянном времени».

Фраза «я тебя люблю» в Сети ничего не значит. Это понимает и тот, кто ее произносит, и тот, кто ее слышит. Но, предпочитая взаимоотношениям с реальными людьми виртуальный флирт, человек может потерять живого любимого человека. «Моя 28-летняя пациентка искала в Сети идеального мужчину, будучи замужем, – рассказывает Владимир Есаулов. – Ее виртуальные романы мгновенно перерастали в реальные, и так же быстро заканчивались крахом. Красивая, умная, но при этом по-детски эгоистичная, она постепенно теряла чувство меры, думая, что ради высокой цели все позволено. В результате распалась семья».

Виртуальный воздыхатель удобнее реального – его в любой момент можно отключить одним кликом «мышкой». С реальным спутником жизни так не получится – ну и к черту его! Примерно так рассуждают искатели идеальных киберотношений. Но это первый шаг к аморальности. По словам доктора Есаулова, в его практике очень часто встречается так называемая киберсексуальная зависимость – непреодолимое влечение к посещению порносайтов или виртуальным романам. Взрослый мужчина разглядывает фотографии обнаженных красоток, сравнивает их с женой и – испытывает острое разочарование. Как следствие, охлаждение интереса к спутнице жизни, а затем и ослабление либидо.

Маска, я тебя знаю!

Медики уверены: существует врожденная предрасположенность к интернет-зависимости.
Фото: АНАТОЛИЙ МОРКОВКИН
shadow Число увязших в Сети растет в России сумасшедшими темпами. По данным Фонда «Общественное мнение», зимой 2005–2006 года в Рунете побывали 23,8 млн. человек, или 21% населения. По количеству пользователей мы вышли на пятое место в мире. Среди российских пользователей Интернета 65% – люди от 18 до 34 лет. Следует отметить, что нашими социологами учитывались только совершеннолетние граждане, тогда как аналогичные западные исследования включают в статистику подростков. Значит, реальное количество россиян в Сети еще больше. Соответственно, и зависимых. По самым скромным подсчетам, их среди нас – не менее 15 млн.

Главенствующим фактором, благодаря которому интернет-зависимость получила такое широкое распространение, является анонимность в Сети. Люди, как правило, не называют своего настоящего имени, предпочитая клички-«ники». Психологи считают, что человек в Сети сбрасывает свою социальную маску и остается «в чем мать родила» – со всеми фобиями, комплексами и тайными влечениями. С другой стороны, пользователь может подобрать себе какую угодно маску – беззубая старуха может строить глазки подростку, изображая невинную маргаритку, юный очкарик изображает из себя зрелого мужа, наводя страх на оппонентов по форуму.

Коль скоро мы говорим об интернет-эпидемии, резонно спросить: а есть ли против нее иммунитет? Медики уверены, что существует врожденная предрасположенность к сетевой зависимости. Разумеется, ребенок не терзает компьютер в утробе матери. Однако такие черты характера, как скрытность, замкнутость, физическая немощь, имеют как социальный, так и генетический характер. Как правило, киберзависимый человек – это ранимый интроверт, страдающий фобиями, неуверенностью в себе и оттого ищущий безопасного общения. Главная привлекательная черта дружбы с компьютером – он позволяет мгновенно уйти от реальности, от эмоциональных проблем, даже от серьезных житейских сложностей (обилие работы, трудности в учебе, внезапная безработица, семейные неурядицы). Таким образом, Интернет – рай для эскаписта и, увы, пустыня духа.

Всех зависимых отличает раздвоение личности. Можно сказать, у каждого есть виртуальный двойник. И каждый терпит поражения в реальном мире.

Москвичке Кате девятнадцатый год. В Сети она с шестнадцати – получила в день рождения подарок от родителей. Тогда же у нее появился бойфренд, с которым она проводит все меньше времени по сравнению с интернет-приятелями. Сегодня она откровенно признается, что Игорь нужен ей исключительно для секса: «С ним не о чем говорить, ему ничего, кроме футбола, машины и пива, не интересно». Нет у нее друзей и в институте, хотя, по ее словам, ребята в ее группе весьма «продвинутые». Почти каждый месяц в Москву приезжают и останавливаются на постой у Кати ее подруги-заочницы, но и с ними у нее не получается полноценного общения. Просиживая ночи напролет у монитора, они по очереди «чатятся» или набивают очередной текст на свои страницы в «ЖЖ», а на рассвете замертво падают в постель. Когда Кате приходится уступать мольбам ревнивого возлюбленного, ее гостьи вздыхают с облегчением: теперь Интернет в их безраздельном пользовании! Недавно Катя после очередного разговора на повышенных тонах с отцом согласилась нанести визит психологу, работающему с такими, как она, хроническими «сетевиками». Вот только не знает, как объяснить врачу, в чем ее проблемы.

«Я считаю, у меня проблем нет», – пожимает плечами она.

Эта штука пострашнее СПИДа

Владимир Есаулов говорит, что в лечении интернет-зависимости главное – доказать человеку, что живое общение привлекательнее виртуального. Вырвать человека из Сети, приобщить к другим интересам – задача вполне разрешимая. Но если не заниматься исправлением глубинных причин его поведения, вполне может оказаться, что взамен изгнанного беса придут семь новых, более коварных. Вырвавшийся из Сети может, например, удариться в пьянство, подсесть «на иглу» или вступить в тоталитарную секту.

Борьбе с киберзависимостью психологи мира уделяют все большее внимание. Во многих странах созданы специальные реабилитационные центры, правда, небольшие и довольно дорогостоящие. Так, в клинике, недавно открытой в Амстердаме, сутки пребывания обходятся в 500 евро. Намного дешевле курс лечения обойдется в Пекине – 48 долларов за день. Правда, и ситуация там другая: в КНР интернет-зависимость признали национальной проблемой. И методы борьбы со слишком активными пользователями народного Интернета Китая радикальны – принудительное, а не добровольное лечение. Сроки исцеления внушают оптимизм – всего две недели приема лекарств, психотерапии и… физических упражнений. Причем упор сделан именно на последний метод: ведь большинство пациентов привыкли засыпать и просыпаться перед монитором и никогда не делают зарядку. Вот врачи и пытаются восстановить нормальный режим дня.

Что касается России, по словам доктора Есаулова, у нас о специализированных клиниках остается пока только мечтать. Все дело в том, что в нашей стране «СПИД ХХI века» (так назвал недавно интернет-зависимость один из видных европейских психиатров) не признан болезнью. Время от времени вскипают бурные дискуссии о борьбе с игроманией. Но ведь это лишь верхушка зловещего айсберга.

Тем, кто полон решимости одолеть свой недуг, можно посоветовать набрать в поисковой системе словосочетание «интернет-зависимость» – и получить заочные консультации и рекомендации врачей, начиная с того самого теста Кимберли Янг.

По иронии судьбы, все эти материалы доступны только тем, у кого есть вход в Сеть.


С ЧЕГО НАЧАЛАСЬ ЭТА СЕТЬ

Эра тотальной компьютеризации настала 12 августа 1981 года, когда корпорация IBM представила первую модель персонального компьютера – IBM 5150. Он стоил 1565 долларов, был оснащен процессором Intel 8088 с тактовой частотой 4,77 мегагерца и оперативной памятью размером 16 или 64 килобайта и не имел винчестера. Модель была создана группой из 12 инженеров-разработчиков, которой руководил Дон Эстридж (его нередко называют «отцом РС»). На создание компьютера из деталей, которые можно было купить у различных производителей, ушло около года. Сегодня в мире 1 млрд. персональных компьютеров. Как отмечает Би-би-си, в последнее время объемы продаж компьютерной индустрии составляют около 200 млрд. долларов в год. Серьезного роста в США и Европе не наблюдается, однако в Китае и некоторых странах Латинской Америки сектор персональных компьютеров ежегодно возрастает на 10%.
Первый в мире веб-сайт http://info.cern.ch/ был открыт 6 августа 1991 года, то есть 15 лет назад. Его создатель Тим Бернерс-Ли опубликовал на нем описание новой технологии World Wide Web. Также на сайте были описаны принципы установки и работы веб-серверов и веб-браузеров.

КАК УБИВАЕТ ИНТЕРНЕТ

В феврале 2002 года 30-летний житель американского штата Луизиана просидел за сетевой игрой более 30 часов и скончался на этой почве от инсульта.
Случаи смерти корейских сетевых геймеров вообще уже стали печальной закономерностью. В августе 2005 года больше двух суток почти без перерывов провел за компьютерными играми 28-летний житель южнокорейского города Тэгу по фамилии Ли. Местные власти утверждают, что играл он в Starcraft и занимался этим 50 часов подряд. В интернет-кафе он зашел 3 августа и прерывался только на походы в туалет, при этом практически ничего не ел и очень мало спал. Потерявшего сознание Ли отвезли в больницу, но привести его в чувство не удалось. Подобные же случаи были в Сеуле и Кванджу.
А в Китае широкую известность получил суд над 41-летним любителем компьютерных игр Цю Чэнвэем. Он убил своего друга из-за того, что тот продал его виртуальный меч. В феврале 2005 года Цю Чэнвэй и его жертва Чжу Цаоюань вместе выиграли «саблю дракона» в онлайн-игре. Затем Цаоюань втайне от друга продал виртуальный меч за 7 тыс. 200 юаней (около 870 долларов) на интернет-аукционе. Обнаружив пропажу, Чэнвэй обратился в полицию, но там ему отказали, так как в китайском законодательстве не предусмотрена статья о защите виртуальных ценностей. В итоге разгневанный Чэнвэй ворвался в дом к Цаоюаню и несколько раз сильно ударил его ножом. После убийства геймер пришел в полицию с повинной.

ВЫ ЗАВИСИТЕ ОТ ИНТЕРНЕТА?

Григорий ОСТЕР, писатель:
– Да нет, интернет-зависимость не испытываю, но ощущаю интернет-необходимость. Проблемы в этом не вижу и не понимаю, зачем бороться с этим недугом. Если люди испытывают желание купаться в море, читать книги или путешествовать, то с этим не надо бороться. А вот если человек хочет только путешествовать и больше ничего, то это уже зависимость. Надо отличать этические зависимости от других. Если человек целыми днями сидит в сети – это его проблема.

Лариса РУБАЛЬСКАЯ, поэтесса:
– Я испытываю зависимость в микродозах. Я не такой большой пользователь Интернета, но если день не прочитаю, чувствую, что что-то не так. У кого есть Интернет, те влезают в это дело. Я думаю, что это не только российская, но и общемировая проблема. Интернет захватил в плен всех, кто к нему прикоснулся.

Полина ДАШКОВА, писатель:
– Я пользуюсь Интернетом, как неким справочником, источником новостей, конечно, пользуюсь электронной почтой, но никакой зависимости не ощущаю. Интернет-зависимость – это очень большая проблема. Заглядывая на некоторые форумы, я вдруг поняла, что Интернет в каком-то смысле заменил советскую систему доносов. В те времена человек писал доносы, чтобы получить какую-то выгоду – комнату в коммуналке и т.п. Сейчас это бескорыстный полив грязью абсолютно всех. И эта потребность обязательно сказать какую-то гадость поражает. И она видна именно в Интернете. Люди высказываются анонимно, зато так искренне. Это пугает.

Антон КАМОЛОВ, телеведущий:
– Скорее нет, чем да. Интернет – это большое подспорье для меня. В России нет большого распространения Интернета, поэтому для нас проблема зависимости не так остра. Но среди самих пользователей зависимость есть. Особенно от ICQ и других месседжеров.

Опубликовано в номере «НИ» от 16 августа 2006 г.


Актуально


Регионы


Новости дня

Наверх
Читайте наши новости в соцсетях!

Подписаться на новости: