Против лома…

Вчера продолжилось противостояние жителей Южного Бутова и властей на месте дома 19 по улице Богучарской, где по замыслу правительства Москвы должен вырасти новый микрорайон. Репортер «НИ» следил за противоборством, сидя во дворе на лавочке…

Дом № 19 с утра стоит с сиротливо открытыми дверями. Все имущество перевезли на улицу Кадырова, где семье Прокофьевых официально выделили однокомнатную квартиру.

Во дворе какие-то люди грузят в машину мангал и разбирают «буржуйку». Все так же стоят палатки, только людей гораздо меньше. Они составили график дежурств, и теперь у них появилось немного свободного времени.

Тихо, но это затишье перед бурей. Бабушки сжимают кулаки и говорят, что будут стоять до последнего. Они опасаются, что приедут бульдозеры сносить дом. Хотя кое-как возведенные баррикады из подручных средств вряд ли могут стать серьезной помехой на пути строителей.

Пока суть да дело, бутовцы охотно делятся историями своих переездов. «Я в Москву специально переехала с Урала, у меня сын астматик, там задыхался от обилия сосен и елей. А здесь очень спокойная обстановка, и воздух чище, чем в Москве, в центре, и посвободнее. Даже спортом начал заниматься. А теперь собираются переселять в бетонную коробку какую-то! Чем он там дышать будет? Нет уж, мы должны добиться хоть какого-то справедливого решения!» – рассказывает местная жительница Галина.

Другая обитательница Южного Бутова Людмила согласна с ее намерениями:

«С 1949 года земля принадлежит нашей семье. Поселок состоит из 65 домов, и всем им предложили переехать в квартиры. Согласились примерно 7 домов, но нас все равно выгоняют с обжитых территорий. Мы сами отстроили свое жилище, у нас полностью укомплектованный дом: вода, газ, электричество. Муж мой, когда только начиналась эта свистопляска, предложил основать общину, чтобы как-то вместе противостоять властям. Так ее даже не захотели регистрировать. Сейчас мы поддерживаем связь с аналогичными общинами в разных районах, где сложилась такая же ситуация. С этим надо как-то бороться, из нас делают, кого хотят!»

Машина с тремя сотрудниками милиции стоит по соседству – следят за порядком. Машина «Скорой» дежурит неподалеку. На всякий случай.

В самом доме остались какие-то предметы мебели, на стенах висят полуоторванные плакаты футбольных команд. Михаил Прокофьев, сын хозяйки, потерянно бродит по комнатам. «Здесь я жил, здесь мама. Знаете, нам даже ордеров на квартиру никаких не дали, просто погрузили вещи и вручили ключи. Но я лично очень хочу остаться именно здесь, а не переезжать».

Местные жители обсуждают случившееся на лавке во дворе: «По закону при переезде должны список вещей составить и сверять до погрузки и после нее. А у Прокофьевых никто не проверял при разгрузке, кто его знает, может, и пропало что, ищи теперь. Вот смотрите, как вчера огород им всем потоптали. Одни убытки!»

Дом, куда номинально перебралась семья, находится на улице Кадырова, 8. 17-этажный дом практически весь заселен. Из окон открывается вид на озеро. Одна загвоздка для матери и сына Прокофьевых – комната всего одна, что недопустимо для разнополых родственников, если это не муж с женой.

ОМОН не захотел вчера идти «против народа» – сегодня для сноса привлекут армию. Фото: АНАТОЛИЙ МОРКОВКИН

«Это все судья Соленая виновата», – рассказывает местная жительница уже упомянутая Людмила. «Уж мы ей столько ходатайств подавали, а ее секретарь даже и не записывал, что мы приходили. Практически все наши заявления выбрасывались в мусорное ведро – мол, некомплект, чего-то не хватает. Но мы нашли свой способ. Татьяна Соленая хоть одно заявление да примет. Вот мы сразу писали пачками, и ходили с одним набором. Всякий раз возьмет разный листок – того и гляди, весь комплект необходимых документов составится».

Еще одна обитательница района Татьяна рассказывает про свои обманутые ожидания: «Та же ситуация. Собираются сносить наш несчастный домик, где живут пять человек. И говорят, чтобы мы выбирали. Либо нам дают две квартиры – двухкомнатную и однокомнатную, либо трехкомнатную с доплатой по государственной цене, а это 300 рублей за квадратный метр. Я обрадовалась, а в итоге нам выписали однокомнатную квартиру на пятерых, да еще и в суд подали за то, что мы недовольны и не собираемся туда вселяться».

Днем дом посетил заместитель префекта Юго-Западного округа Москвы Александр Картышев, который продемонстрировал собравшимся ксерокопии документов на выселение соседей Прокофьевых. Местные жители убеждены, что их дома скоро повторят судьбу жилища Прокофьевых. «Конечно, Москва – для богатых, кому нужны бедные старые люди?» – так сетует один из бутовцев.

Организатор сопротивления Павел Михалев заявил «НИ», что жители намерены не пропускать бульдозеры. «Завтра уже планируется собрать во дворе около тысячи человек. Сегодня само собой будет организовано дежурство. Потому что как только телекамеры уезжают, нас пытаются выгнать. Вчера вечером были два трактора, которые мы сами остановили. Сегодня такого мы просто не допустим».

СПРАВКА В принципе, российское законодательство разрешает изъятие земельных участков и недвижимого имущества на нем у населения. В частности, на это указано в пункте 2 статьи 46 Земельного кодекса РФ «изъятие земельного участка для государственных и муниципальных нужд» и в пункте 2 статьи 235 Гражданского кодекса РФ «отчуждение недвижимого имущества в связи с изъятием участка». Случай в Бутове на первый взгляд не противоречит законодательству. Еще 29 апреля 2004 года правительство Москвы распорядилось изъять для государственных нужд земельные участки в поселке Бутово. Земля понадобилась для строительства жилья, а программа строительства была одобрена еще в 2002 году. Руководство города опиралось на те же Земельный и Гражданский кодексы. Решение изъять конкретные дома и земельные участки мотивировалось подпунктом 2 пункта 1 статьи 49 Земельного кодекса. Этот подпункт разрешал изъятие только в том случае, если будущую застройку нельзя передвинуть ни на метр. Подсчет компенсаций выселяемым жителям был поручен ОАО «Москапстрой». Эта организация должна была заказать оценку убытков. А префектура Юго-Западного округа должна была согласовать с жильцами, в какой форме они примут компенсацию – деньгами или новой квартирой. Что должно войти в сумму компенсаций, обозначено в статье 281 ГК РФ. Это рыночная стоимость земельного участка и находящегося на нем недвижимого имущества. Плюс все убытки, которые понесет собственник земли во время переезда, и упущенная им выгода. Вот здесь возник конфликт между бутовцами и властью. Аналитики рынка недвижимости оценивают землю в Бутово в 14 тыс. долларов за сотку. Однако префект Юго-Западного административного округа Алексей Челышев не раз заявлял, что бутовские сотки оценены в 7,5–9,5 тыс. долларов. При этом префект утверждал, что, по его данным, рыночная цена земли колеблется от 5 до 10 тыс. долларов за сотку. Анастасия БЕРСЕНЕВА