Главная / Газета 19 Декабря 2005 г. 00:00 / Общество

Страшный суд

Доверие россиян отечественной Фемиде катастрофически падает

ИРИНА ВЛАСОВА

В конце минувшей недели в Санкт-Петербурге стартовала государственная автоматизированная система «Правосудие». Разработчики утверждают, что высокие технологии смогут наконец упростить и ускорить множество судебных процессов. Одним из главных доводов в пользу запуска этой программы на территории всей России чиновники называют реализацию прав граждан на судебно-правовую информацию и сближение «третьей власти» с народом. Но пока отношения между россиянами и судебной системой холодны. Люди предпочитают добиваться справедливости любыми известными способами, но только не в суде. Как показывают соцопросы, слова «судья», «прокуратура», «исковое заявление» у большей части населения России ассоциируется с несправедливостью, взятками, бумажной волокитой, тратой нервов, денег, времени – и при всем этом с безрезультатностью судебных процессов.

Переступить порог российского суда может рискнуть только человек с крепкими нервами.<br>Фото: ВЛАДИМИР МАШАТИН
Переступить порог российского суда может рискнуть только человек с крепкими нервами.
Фото: ВЛАДИМИР МАШАТИН
shadow
Планируется, что в полном объеме система «Правосудие» заработает в Петербурге и Ленинградской области к 2007 году. А к 2008 году компьютеры с подробными базами данных и видеокамеры появятся в судах и других российских регионов. Чиновники утверждают, что «Правосудие» начнет популяризовать суды и поможет сгладить непростые отношения народа и «третьей власти».

Но по словам правоведов, дело вовсе не в информационной открытости судов, а в доверии к ним. Как утверждают социологи, российское общество бросает из крайности в крайность. Болезнь сутяжничества, поразившая умы россиян сразу после распада Советского Союза, быстро стала проходить. Люди больше не хотят отстаивать свои интересы в суде, предпочитают не связываться с отечественным судопроизводством. Так на смену советским сутяжникам пришли российские судофобы.

Одно из последних социологических исследований об отношении россиян к суду и судьям показало, что судебная система для населения нашей страны представляется чем-то вроде темного леса, в который они надеются никогда не заходить. Как выяснили специалисты фонда «Общественное мнение», 46% опрошенных исследователями россиян отрицательно оценивают деятельность судов. Среди респондентов, когда-либо участвовавших в судебных разбирательствах, отрицательные оценки дали 56%. 44% опрошенных сочли обращение в суд в случае конфликтной ситуации крайней мерой, прибегать к которой стоит лишь от безысходности. Между тем за обращение в суд ратуют в большинстве своем молодые люди от 18 до 35 лет, а также респонденты с высшим образованием. 67% опрошенных считают, что судьи берут взятки; 47 человек из 100 уверены в том, что судьи выносят несправедливые решения. Отдельные респонденты сказали, что для них поход в суд неразрывно связан с унижением. А большинство участников фокус-групп указали такие ассоциации со словосочетанием «современный российский суд»: продажный, корпоративный, равнодушный, некомпетентный, зависимый, подкупный, несправедливый, долгий, шумный, бестолковый, хаотичный, беззаконный.

Цепная реакция

Отбивают желание обращаться в суд и резонансные процессы, которые, по словам правозащитников, демонстрируют провалы в судебной системе. Так, после чудовищного теракта в Театральном центре на Дубровке в сентябре 2002 года, в результате которого погибли 129 человек, а около 700 обратились за медицинской помощью, правительство Москвы было атаковано исками о возмещении материального и морального вреда. Суммы были настолько большими, что город оказался бы на грани разорения, выплатив их все.

Часть исков удовлетворили, но размеры компенсаций при этом уменьшились в десятки раз, многим заявителям вообще отказались что-либо платить. Тяжбы родственников погибших и пострадавших с московским правительством продолжаются до сих пор. По одним и тем же искам судьи принимают совершенно противоположные решения, что само по себе уже говорит не в пользу российского судопроизводства.

«Буквально за несколько недель было составлено 64 иска к московскому правительству с требованием компенсации морального и материального ущерба, – рассказал «НИ» адвокат родственников жертв «Норд-Оста» и пострадавших при теракте Игорь Трунов. – Однако вскоре мы поняли, что перспективными можно считать только иски о потере кормильца и возмещение затрат на погребальные услуги. Получить деньги за моральный вред, за потерю близких родственников, вернуть утерянные или похищенные во время штурма вещи и драгоценности не представлялось возможным. Доходило до откровенного фарса: нас просили доказать, что в театр люди пришли одетыми, а не голыми».

Как признался «НИ» Игорь Трунов, появление 64 исков, конечно, не было инициативой самих граждан.

«Меня часто обвиняют в том, что я искусственно запустил этот процесс, – говорит г-н Трунов. – Узнав о трагедии, мы дали объявления о том, что готовы предоставить бесплатную юридическую помощь семьям погибших. Об исках к московскому правительству тогда речи еще не шло. Мы имели в виду помощь с оформлением наследства и другие процедуры, которые необходимо провести после смерти человека. На объявление быстро откликнулись. Кто-то из бывших заложников между делом спросил, имеет ли он право на компенсации за перенесенные ужасы, тогда мы подали первый иск, потом еще один. Историю быстро подхватили СМИ, и началась цепная реакция».

От залов правосудия так и веет казенщиной.
Фото: ВЛАДИМИР МАШАТИН
shadow Как говорит г-н Трунов, без содействия радио, газет и телевидения исков было бы гораздо меньше. Кто-то предпочел бы остаться наедине со своим горем, а кто-то, убежденный в непредсказуемости и заведомой несправедливости решений суда, просто решил «не связываться».

«Посторонним В»

Вообще, боязнь россиян суда складывается скорее из пренебрежения к нему. Беготня по инстанциям, оплата госпошлин, бесконечные экспертизы, несправедливость судей начисто отбивает желание искать правды у российской Фемиды. С одной стороны, судебное законодательство России построено по принципу «судись–не хочу». В отличие от Франции или Италии, где подать заявление в суд без посредника-юриста невозможно, в нашей стране достаточно своими словами изложить претензию, которую судья будет обязан принять к рассмотрению. С другой стороны, исполнение этих демократичных законов оставляет желать лучшего.

«Основной причиной неприятия россиянами судебной системы я считаю закрытость самого суда, – сказал «НИ» юрист Павел Астахов. – Правосудие должно быть прозрачным, а районного судью должны знать лично, как участкового. В Грузии, например, в судах стали устанавливать камеры и транслировать процессы по телевидению. Нам бы тоже такое шоу не помешало. Нужно продолжать развивать институт присяжных, доверять им на рассмотрение не только особо тяжкие уголовные дела, но и гражданские».

«Люди гниют вместе с системой»

Правительство России может похвастать тем, что в течение последних 5–6 лет были проведены значительные преобразования судебной системы, которые по плану должны были способствовать демократизации суда. Например, введение в квалификационную комиссию представителей общественности, передача исправительных учреждений из рук военных Министерству юстиции, появление института присяжных, возрождение системы мировых судей. Однако, по мнению экспертов, ни к чему, кроме раздувания штата судейских работников, это не привело.

«Мировые судьи нисколько не разгрузили федеральных, а институт присяжных заседателей очень плохо развит, – сказал «НИ» президент екатеринбургского общественного объединения «Сутяжник» Сергей Беляев. – Например, в Екатеринбурге почти все мировые судьи сидят в районных судах, хотя по закону должны работать на своем отдельном участке. Получается, что они подчиняются тому же самому «телефонному праву», что и федеральные судьи. Слово председателя суда для них закон».

По словам Сергея Беляева, о справедливом суде в России можно будет говорить только тогда, когда гражданин через суд сможет добиться отмены президентского указа. Первым шагом на пути к здоровой правовой системе Беляев считает увольнение председателей всех судов.

К судейской деятельности, как считает Беляев, нужно допускать сразу после окончания вуза, пока человек еще не испорчен средой. «Работая помощниками судей, секретарями, молодые люди видят «кухню», быстро понимают, что к чему, и принимают правила игры, – продолжает Беляев. – Больше им ничего не остается. Люди гниют вместе с нашей судебной системой».

В необходимости «что-то менять» уверены не только общественники, но и представители Государственной думы. Правда, изменения они предлагают не такие радикальные.

«Нежелание россиян идти в суд – проблема больше психологическая, – сказал «НИ» председатель комитета по законодательству Госдумы Павел Крашенинников. – Обществу необходимо правовое просвещение». Павел Крашенинников признал все несовершенство судебной системы и предложил устранить ее, повысив судьям и правоохранительным органам официальную зарплату. «Тогда они и взяток брать не будут», – сказал депутат.



САМЫЕ СМЕЛЫЕ ИСКИ

За рубежом

В 1992 году 79-летняя Стелла Либек из штата Нью-Мексико получила ожог третьей степени от горячего кофе, купленного в «Макдоналдсе». Она подала в суд на корпорацию, который постановил выплатить ей 2,9 млн. долл. Правда, сумма впоследствии была сокращена до 640 тыс.

В 2002 году американец Ричард Боукен выдвинул иск компании Philip Morris в связи с тем, что у него обнаружили рак легких. Ричард Боукен начинал курить, когда производители табачных изделий еще не размещали на пачках сигарет предупреждение о вреде курения. По решению суда Лос-Анджелеса, компания Philip Morris должна была выплатить пострадавшему курильщику компенсацию в размере 3 млрд. долл. В итоге Ричард Боукен получил 100 млн. долл.

А в 2003 году 13-летняя девочка отсудила у той же табачной корпорации два миллиона долларов за ущерб, который нанесла здоровью ребенка непотушенная в машине сигарета.

В 2002 году врач-невролог из американского штата Мэриленд подал 800-млн. иск на производителя мобильных телефонов Motorola и еще на восемь компаний мобильной связи, заявив, что мобильный телефон вызвал у него опухоль мозга.

В 2002 году итальянка Томмино получила 15 тыс. долларов компенсации от обувной компании только за то, что не была предупреждена о необходимости соблюдать осторожность при спуске с лестницы на каблуках выше 8 см.

В 2004 году 20-летний американец Мэттью Беллер подал иск на 14 млн. долларов к компании DaimlerChrysler после того, как чуть не сгорел в своем джипе из-за дефекта сиденья с подогревом.


В России

В 2000 году житель Ростова-на-Дону Ростислав Рычанов подал в суд на компанию General Motors. В 1998 году он за 26 тыс. долларов приобрел внедорожник Chevrolet Blazer, собираемый при участии GM в Татарстане. Уже через 12 тыс. км пробега двигатель машины заклинило. Общая сумма претензий Рычанова к GM, включающая компенсацию стоимости автомобиля, расходов, вызванных отсутствием автомобиля, а также морального ущерба, превышала 200 тыс. долларов. Судебный процесс продолжался почти три года. Представители GM предлагали Рычанову за прекращение процесса 45 тыс. Однако истец не согласился с этой суммой. В результате суд обязал GM выплатить ростовчанину около 25 тыс. долларов.

В феврале 2004 года адвокат Антон Лелявский подал иск в Бабушкинский суд столицы к Щелковскому мясокомбинату и ООО «Городской супермаркет», компании-владельцу сети супермаркетов «Азбука вкуса» с требованием возместить ему моральный ущерб на сумму 600 тыс. рублей в связи с тем, что в купленной в супермаркете мясной нарезке он обнаружил таракана. Иск заявителя до сих пор не удовлетворен.

В мае 2004 года москвичка Ольга Кузнецова, выходя из ресторана «Макдоналдс» на Ленинградском шоссе, получила ожоги первой и второй степени от опрокинутого кофе. В результате она потребовала с компании расходы на лечение и почти миллион рублей в качестве возмещения морального ущерба. После проведения двух следственных экспертиз в июле 2005 года суд временно приостановил дело и постановил провести еще одну экспертизу.

В феврале 2005 года житель Брянска Ярослав Жаворонков купил бутылку кока-колы, в которой обнаружил лезвие от безопасной бритвы. Компания выразила готовность произвести замену товара или вернуть деньги, потраченные на его приобретение. Однако в октябре Ярослав Жаворонков обратился с иском о возмещении морального вреда на сумму 15 млн. рублей и о возмещении расходов на проведение экспертизы на сумму 4500 руб.

Опубликовано в номере «НИ» от 19 декабря 2005 г.


Актуально


Регионы


Новости дня

Наверх
Читайте наши новости в соцсетях!

Подписаться на новости: