Главная / Газета 26 Августа 2005 г. 00:00 / Общество

Тихий ужас

Почти половина российских подростков живут с постоянным ощущением страха, в чем тоже боятся признаться

ДАРЬЯ ОКУНЕВА

Российская молодежь стала больше бояться. К такому тревожному выводу пришли участники завершившейся на днях Московской научно-практической конференции, посвященной проблемам социальных страхов. По мнению специалистов, еще пять лет назад только два молодых россиянина из десяти испытывали постоянный страх за свое будущее. Сегодня же число «напуганных» жизнью увеличилось как минимум вдвое. Юноши и девушки боятся всего: развала страны, отсутствия профессиональных перспектив, смертельных болезней, терактов. Больше всего психологов тревожит тот факт, что этими страхами активно пользуются при вербовке молодежи представители всевозможных организаций и движений: от «Наших» до скинхедов.

Молодежь часто маскирует агрессией свой испуг перед жизнью.
Молодежь часто маскирует агрессией свой испуг перед жизнью.
shadow
Профессиональные психологи бьют тревогу. По их мнению, обвальный рост уровня социальной боязни среди молодежи связан, в первую очередь, с той «картиной дня», которую сегодня видит российское общество. «Постоянные заявления экономистов и политологов о том, что Россия находится в глубоком кризисе и вряд ли в ближайшее время выйдет из него, о нерешаемой проблеме безработицы, систематические сообщения о массовых терактах, техногенных и природных катастрофах неадекватно воспринимаются многими подростками, – рассказала «Новым Известиям» психотерапевт центра «Образование и развитие» Татьяна Муха. – Ежедневная доза плохих новостей многократно усиливает проблемы переходного возраста. У ребят даже из финансово обеспеченных, хороших семей появляется ощущение безысходности, бесперспективности.

Многие юноши и девушки утверждаются в мысли о том, что независимо от их действий и поступков впереди их ждут только нищета, унижение и бесславие. А это, в свою очередь, прямой путь к депрессиям, алкоголизму и наркомании».

От страхов спасают наши скинхеды

Ощущение полной бесперспективности, внушенное подросткам, зачастую лишает их самостоятельности, заставляя искать поддержку в любом сообществе, обещающем хоть как-то изменить ситуацию. Этим активно пользуются молодежные организации, в том числе активно «раскручиваемое» сейчас движение «Наши». В начале манифеста «Наших» дается пессимистическая картина упадка страны: «Слабость и неэффективность российского государства стали причинами наших неудач и поражений в области модернизации, распада единого экономического пространства, сосредоточения богатства в руках немногих олигархов, ослабления внешнеполитического влияния страны, утраты ею международных рынков». Затем приводится мысль о том, что ситуацию можно изменить, если следовать за руководителями движения: «Наше поколение должно сменить у руля управления страной поколение пораженцев. Наше поколение должно осуществить революцию в образе мышления и стиле управления страной. От уныния – к действию. От копирования – к творчеству, от подражательства – к инициативе. Чем выше будут наши амбиции, тем более вероятно их осуществление в ХХI веке».

shadow «Это классическая схема привлечения молодежи в свои ряды: если вы будете с нами, у нас появится шанс на будущее, – уверена Татьяна Муха. – Подобные обещания затрагивают чувствительную струнку в душе подростков и развивают в них безграничное доверие к «благодетелю», предлагающему выход из кризиса. Еще несколько шагов, выверенных с точки зрения психологии страхов, и подростком можно будет легко манипулировать. Особенно это актуально для ребят 15–17 лет, для которых отношения в коллективе сверстников являются определяющими. Хорошо еще, если дети вступят в молодежный союз, пропагандирующий общепринятые ценности. Но ведь и экстремистские организации постоянно ищут новых адептов».

В практике Центра психолого-медико-социального сопровождения Юго-Восточного административного округа Москвы встречалось немало ребят, страдающих от ощущения бесперспективности. Директор центра Наталья Янковская до сих пор помнит 15-летнего мальчика, который, не представляя для себя адекватного будущего, начал игнорировать учебу. На уроках вместо примеров и задач он писал матерные стихи, в которых оскорблял педагогов, родителей и свою никчемную жизнь. Однако вскоре юноше удалось найти решение своих душевных проблем – он стал... скинхедом.

Нет, я не Пушкин...

Второй наиболее распространенной среди подростков фобией является боязнь того, что не удастся в полной мере реализоваться в профессиональной сфере. Обострение подобных страхов большинство психологов связывает с широким распространением социальной рекламы американского образца, пропагандирующей ранние успехи на карьерной лестнице. Классический ее пример у всех на слуху: «К Пушкину слава пришла в 15 лет, к Шолохову в 22…». Основная мысль ролика позитивная: побудить молодых талантливых авторов раскрыть в себе творческие способности и отправить работы на конкурс. Однако существенная часть молодежной аудитории болезненно воспринимает подобные лозунги.

«Конечно, подобная реклама сама по себе не может расцениваться как серьезный стресс, – объяснила «НИ» частный психолог Мария Маскова. – Однако, попадая на благотворную почву общей неудовлетворенности собой, характерной для людей в возрасте оценки первых жизненных итогов, то есть 18–20 лет, эта реклама оказывает угнетающее действие на психику молодого человека. Постоянное повторение рекламных лозунгов заставляет ребят мыслить так: «Пушкин в 15 лет был гением, а я и в 20 ничего не достиг». По нашим подсчетам, такие опасения посещают до 30% юношей и девушек. В свою очередь, эти умозаключения неизбежно ведут к снижению самооценки и развитию комплексов, от которых потом трудно избавиться».

«Когда я выбирала, в какой вуз поступать, я совершила жуткую ошибку, – вспоминает 20-летняя студентка Мария Спиридонова. – Я с малых лет пишу стихи и всегда тянулась к гуманитарным наукам, но в тот момент начала дико комплексовать. И, скорее «от противного», пошла в технический университет. Только на третьем курсе, когда зубрить математику стало совсем невмоготу, психолог, знакомый моих родителей, уговорил меня подать документы на филологический факультет. Что самое интересное, удалось поступить с первой попытки, а мои стихи никому из специалистов смешными или убогими не показались».

По мнению директора центра психолого-медико-социального сопровождения ЮВАО Натальи Янковской, боязнь не суметь самореализоваться связана с тем, что молодежи перестали внушать простую мысль: трудом и упорством можно добиться всего. Ни школа, ни семья, ни телевидение не учат детей планировать свое будущее и четко идти к поставленной цели. Проблему осложняет и фактическое отсутствие в стране системы профессионального ориентирования. Выбирая вуз, многие школьники не могут адекватно оценить свои способности, таланты и склонности, нередко занижая их. В результате страна вместо сотен тысяч талантливых специалистов получает образованную массу посредственностей.

Страшнее СПИДа страха нет

Не сдает своих позиций и распространившая среди молодежи в последнее десятилетие спидофобия – паническая боязнь заразиться ВИЧ-инфекцией или другими смертельными заболеваниями. По данным международного фонда «СПИД Восток-Запад», хотя значительная часть молодых людей уже хорошо информирована о реальных путях передачи ВИЧ, в обществе продолжает развиваться тенденция к преувеличению страхов. Люди боятся заразиться в тех случаях, которые в реальности не могут привести к инфицированию: поцелуй, кашель, чихание, укусы кровососущих насекомых. Более 53% российских юношей и девушек испытывают страх перед СПИДом, а 2% молодежи, по данным врачей, боязнь инфицирования толкает на «асоциальные поступки». На сайтах антиспидовых кампаний до сих пор появляются поистине ужасающие примеры. На Украине юноша пытался выброситься из окна, узнав, что у его сексуальной партнерши были контакты без презерватива. В Иркутске молодой человек покончил с собой, не дождавшись результатов анализов. Наличие негативной стороны у антиспидовой пропаганды отмечают даже борцы с этим недугом.

«СПИД – прекрасная почва для развития страхов среди молодежи. Прежде всего потому, что симптомы СПИДа найти у себя проще простого, – сообщил «НИ» старший советник по антиспидовым кампаниям в СМИ фонда «СПИД Восток-Запад» Татьяна Гричухина. – При этом ситуацию серьезно ухудшают некоторые интернет-сайты и желтая пресса. На Западе о симптомах СПИДа вообще предпочитают не распространяться, чтобы не развивать панику у населения. В российской же сети существует много псевдонаучных и откровенно шарлатанских сайтов, дающих неточную, неполную или попросту неверную информацию о ВИЧ-инфекции. О желтой прессе отдельный разговор. Рост числа спидофобов среди населения прямо пропорционален количеству так называемых «сенсационных публикаций». Этим летом в украинской прессе прошел слух: на пляжах Крыма опасно загорать, потому что злоумышленники разбрасывают повсюду зараженные вирусом иглы. Но это ведь полная чушь: вирус крайне неустойчив и на воздухе погибает за считанные минуты. Игла из кармана ВИЧ-инфицированного уже не опасна».

Как сообщил «НИ» директор СПИД-центра «Инфо +» Николай Недзельский, даже социальная реклама, направленная на борьбу со СПИДом и проявлениями спидофобии, составлена неверно: «Нередко получается так, что она только увеличивает страх перед населением и сводит на нет первые ростки толерантности к ВИЧ-инфицированным. Яркий пример тому – ролик, броский слоган которого «Закрывая глаза на проблему СПИДа сегодня, мы можем не увидеть своих близких завтра» воспринимается большинством зрителей некорректно. Между строк
Патриотические организации и экстремисты предлагают свои способы лечения подростковых страхов.
shadow читается фраза: «СПИД – это смерть», хотя на самом деле это, конечно, не так. Уже сегодня существуют препараты, которые переводят СПИД в хроническое заболевание с неограниченным сроком жизни. В США, например, уже давно создают ролики, одновременно предупреждающие людей об опасности и утверждающие мысль о том, что выход все-таки есть».

В России до этого пока далеко. Поэтому ежегодно молодые люди тратят тысячи рублей на не нужные им анализы, строго регламентируют свою половую жизнь или даже полностью отказываются от нее. Сосредотачивая все внимание на профилактике ВИЧ-инфекции, многие спидофобы ведут неправильный образ жизни, едят все подряд, курят. В итоге зарабатывают себе массу не связанных со СПИДом заболеваний.

22-летний Вячеслав Сорокин называет себя спидофобом. Как-то на улице он наступил на что-то острое и поранил ногу. А так как недавно ему довелось прочитать в одной желтой газете о ВИЧ-терроризме, он посчитал, что заразился СПИДом.

«С того дня моя жизнь превратилась в настоящий ад. Я облазил все интернет-сайты в поисках симптомов СПИДа и с ужасом обнаружил многие из них у себя, – рассказывает Вячеслав. – Хотя сданные мной анализы дали отрицательный результат, мне сказали, что вирус мог еще не проявиться и необходимо повторно провериться через полгода. За это время я похудел на пять килограммов, поседел и заработал невроз. С большим трудом психиатрам и родителям удалось вывести меня из такого состояния. Симптомы прошли сами собой. Только сейчас кошмар для меня заканчивается».

России грозит психологический кризис

Самое неприятное, что проблема социальных страхов в будущем будет только обостряться. Число людей, чувствующих неуверенность, постоянно терзаемых опасениями, растет в геометрической прогрессии. Дети буквально заражаются страхами своих родителей.

«Замечая в мамах и папах слабину и неуверенность, дети сами начинают бояться внешнего мира, – сказала «НИ» психолог семейного центра «Мир Вашего Я» Ольга Меженина. – Раз даже взрослые, умные и сильные люди, чувствуют себя в обществе неуютно, ребенка там и подавно обидят. Такие размышления делают детей чрезвычайно замкнутыми, пугливыми, не дают психике малышей нормально развиваться. В итоге, если массовые страхи так и не удастся победить, уже через десять лет в России может разразиться настоящий психологический кризис».

На практике это означает общее снижение стрессоустойчивости населения. Любое ЧП – от теракта до небольших неполадок в системе жизнеобеспечения населенного пункта – будет неизменно провоцировать панику, вгонять тысячи людей в ступор. Активизация старых страхов, скрытых в глубине сознания, резко снизит способность населения адекватно действовать в экстремальной ситуации, продолжать работу во время растущей экономико-политической нестабильности.

Четкого выхода из сложившейся ситуации ни один из опрошенных «НИ» специалистов не предложил. Запретить антиспидовую пропаганду и плохие новости невозможно, направить в каждое учебное заведение по психологу для контроля за душевным состоянием подростков тоже. Похоже, что родителям остается только строго регламентировать время, проведенное его детьми у телевизора, и копить деньги на оплату услуг психотерапевтов.



ЧЕГО БОЯТСЯ АМЕРИКАНЦЫ

По мнению Марии Фишел, школьного психолога из американского города Остин, штат Техас, число американских подростков и юношей, страдающих от различных страхов, также достаточно велико. На первом месте стоят социальные фобии (например, смущение, боязнь быть отвергнутым сверстниками, не оправдать доверия). Затем идут личные страхи (болезнь, травма, высота, собаки, насекомые, змеи, публичные выступления). И, наконец, более глобальные опасения (война, насилие). Один из последних национальных опросов, проведенных среди американских подростков, выявил семь наиболее распространенных страхов. Молодежь из США боится:

1. Насилия дома, в школе или на улице

2. Отсутствия безопасности в школе

3. Самоубийства друзей

4. Венерических болезней и СПИДа

5. Автокатастроф

6. Знакомых, которые употребляют наркотики или алкоголь

7. Ходить в школу

8. Конфликтов со сверстниками

А вы чего боитесь?

Евгений КАРТУЗОВ, 21 год:
На днях встретил приятеля с девушкой. Оказывается, они уже несколько месяцев болеют гепатитом С. Лечение очень тяжелое и утомительное. Причем никто из ребят не подозревает, откуда взялся вирус. С тех пор панически боюсь любых инфекций, особенно венерических.

Роман БЕЛЯЕВ, 17 лет:
Больше всего пугает перспектива оказаться невостребованным, не найти работу. Меня мучает страх бедности, страх услышать от близких людей, что я неудачник.

Александр НЕСКУБО, 19 лет:
Боюсь произвола государственных силовых структур. В прессе, Интернете постоянно говорят о случаях злоупотребления властью милиционеров, да и самому нередко приходилось с этим сталкиваться. К счастью, пока мне удавалось выходить сухим из воды, но я не уверен, что в будущем я не окажусь жертвой «оборотней в погонах».

Константин ПОЗНЯКОВ, 16 лет:
Страх вызывают группы агрессивно настроенных молодых людей. Толпа скинхедов, пьяных хулиганов, которые могут ни за что, ни про что избить или даже покалечить.

Евгений КОНОВ, 20 лет:
С детства боюсь змей, хотя видел их только в зоопарке. А социальные страхи меня вообще не беспокоят.

Евгения СМЕТАННИКОВА, 18 лет:
Однажды случайно чуть не выколола себе глаз – с тех пор панически боюсь потерять какую-нибудь часть тела.

Анна СЕМЕНОВА, 15 лет:
Боюсь психически ненормальных людей. Страшно думать, что обаятельный новый знакомый может всадить тебе нож в спину. О таких случаях мне не раз доводилось читать.

Алина ВОЛКОВА, 16 лет:
Недели две назад на меня набросилась стая бродячих псов. Разорвали плащ, кусали за джинсы. Хотя серьезных травм собаки мне не нанесли, теперь я обхожу дворовые стаи стороной.

Дарья МАРТЫНКИНА, 21 год:
Недавно на шоссе у машины прокололась шина, с тех пор боюсь попасть в ДТП. Пугает даже не смерть, а перспективы остаться инвалидом. Упустить все жизненные перспективы, стать противной самой себе, постоянно испытывать жалость окружающих – это ли не кошмар?

Мария Писаревич, 19 лет:
Боюсь боли, как физической, так и душевной. Страшно также обгореть или пораниться настолько, чтобы стать уродом, полностью потерять свою красоту.

Опубликовано в номере «НИ» от 26 августа 2005 г.


Актуально


Регионы


Новости дня

Наверх
Читайте наши новости в соцсетях!

Подписаться на новости: