Главная / Газета 22 Августа 2005 г. 00:00 / Общество

«У нас нет волшебной палочки»

Министр образования рассказал учителям о будущем, которое ждет среднюю школу

МИХАИЛ ПОЗДНЯЕВ

Министр образования и науки Андрей Фурсенко нанес визит в Ярославль. Формально – для участия в передаче школам области еще двух десятков автобусов, приобретенных на бюджетные средства. Заодно министр пообщался с учителями, которые задали ему вопросы «на засыпку». Ни одного утешительного ответа он им не дал: Единый госэкзамен будет и дальше шагать по стране, современные дети станут учить историю по тем учебникам, на которых воспитывалось поколение 70-х годов, зарплату учителей будут искать не в стабфонде, а в карманах родителей.

В российской школе – без перемен.
В российской школе – без перемен.
shadow
Основные признания были сделаны на заседании педсовета Ярославского региона. «Ни у меня, ни у президента волшебной палочки в руках нет. Может быть, у кого-то есть. Как только появится такой человек, я с удовольствием уступлю ему свое место», – сказал Фурсенко. Это признание было связано с вопросом об учительских заработках, но может расцениваться и как резюме встречи в целом.

Андрей Фурсенко рассыпался в комплиментах ярославцам. У них в гостях министр очень хотел побывать не только из любви к автобусам, но и по долгу службы: «Многие новации мы здесь опробуем и успешно реализуем». Какой ценой и стоит ли вообще игра свеч – вот что живо интересовало «новаторов» на встрече со своим министром. Сами педагоги, похоже, не слишком верят в успех. Автобусы, пусть и возящие с комфортом пять тысяч детей, буксуют и ломаются – что же говорить, например, о Едином госэкзамене?

Андрей Фурсенко твердо заявил, что отказываться от его проведения «не стоит». Но с легкой дрожью в голосе добавил, что «в самой технологии проведения ЕГЭ многие вещи потребуют изменения и пересмотра». После такого сенсационного признания из зала не стали кричать: «Давай подробности!» Министр успел опередить эти выкрики сообщением: «В ряде регионов результаты ЕГЭ ставят под вопрос его глобальную объективность. Возникает страх, не будет ли соблазна у отдельных регионов... более или менее легально достичь хороших результатов по ЕГЭ не за счет повышения качества подготовки учеников, а за счет каких-то технологических шагов». О том, как их предотвратить, г-н Фурсенко намерен говорить в сентябре на совещаниях с руководителями региональных органов образования и на Совете ректоров вузов России. После этих консультаций, по его словам, и будет определено дальнейшее развитие единой системы оценки качества образования. Несмотря на сбои в «отдельных регионах», уже ставящие под сомнение эксперимент в целом, Андрей Фурсенко продолжает верить в то, что «система оценки качества образования должна быть единой по всей России». Попробовал бы министр в это не верить – деньги в ЕГЭ вбуханы сумасшедшие. Только в 2004 году – как минимум, около 850 млн. рублей.

Об этом министр умолчал, зато высказался по поводу несоразмерности средств, тратящихся на обучение ребят в малокомплектных школах. Разговор на эту тему витал в воздухе: ведь «автобусизация» Ярославской области связана именно с закрытием таких школ. «Дело не только в том, что это очень дорого, – считает г-н Фурсенко. – Дело еще в том, что в таких условиях трудно получить полноценное образование... Грамотная реорганизация подобных учебных заведений должна привести к значительной экономии бюджетных денег». Вывод: школы-«малышки» будут беспощадно закрываться. Правда, «это должно делаться так, чтобы ребятам, ученикам, от этого становилось лучше», – добавил министр. Но разве может кому-то стать лучше, когда родную школу по соседству с домом закрывают, а тебя на автобусе возят в чужую? Министр в оценке, что такое «хорошо» и что такое «плохо», руководствуется другими категориями. И не только денежными. Главное соображение – постепенно реставрируется то, с чем боролась российская школа в начале 90-х: тотальный контроль чиновниками из Минобраза и мудрецами-академиками.

Совсем недавно (в № 147 от 15 августа) «Новые Известия» писали об угрозе возвращения к единому учебнику по истории. Ходят слухи о грядущей стандартизации учебников и среди других учителей-предметников. Отвечая на вопрос, насколько слухи соответствуют истине, Андрей Фурсенко заявил: «Министерство образования России будет ужесточать требования к учебникам, но пока не идет речь о том, чтобы по каждому школьному предмету будет установлен один учебник. Их должно быть несколько, но они все должны отвечать жестким стандартам... Мы привлекаем сейчас к экспертизе учебников истории представителей исторической науки страны, чтобы убрать из учебников фактические ошибки и сделать их неполитизированными». Что касается других предметов, министр порекомендовал учителям, не дожидаясь распоряжений, «опираться на учебники, по которым училось наше поколение».

Не дав утешительного ответа ни на один вопрос ярославских педагогов, министр не снял им головную боль и по поводу зарплаты. Признавшись, что волшебной палочки у него нет, г-н Фурсенко посоветовал подчиненным не зариться на деньги из стабилизационного фонда. Учительские зарплаты будут расти, но, как и прежде, наперегонки с инфляцией. Что делать? По мнению министра, самый прямой путь – «создать условия, чтобы деньги, которые приходят в школу от родителей и спонсоров, легально и максимально эффективно могли тратиться не только на укрепление материальной базы, но и на повышение зарплаты учителей».



Сразу по окончании выпускных школьных экзаменов-2005 Всероссийский центр изучения общественного мнения (ВЦИОМ) опросил россиян об их отношении к ЕГЭ. Три четверти (77%) хоть что-то знают о ЕГЭ, из них 48% из СМИ, 29% из рассказов родственников и знакомых. Наименее известен ЕГЭ в Москве и Санкт-Петербурге: здесь с ним сталкивались на практике 22% респондентов, тогда как в других городах – от 29 до 33%. Еще меньше информированы о ЕГЭ сельские жители: среди них 24% указали, что ничего не знают об этой системе, тогда как в Москве и Санкт-Петербурге таких – только 14%. К замене вступительных экзаменов в вузы на ЕГЭ, сдаваемый в школе, относятся скорее позитивно 40% опрошенных, скорее негативно – 26%. Процесс постепенного распространения ЕГЭ не ведет к повышению лояльности россиян к этой системе – скорее разочаровывает их. Доля тех, кто отнесся к этой идее «целиком положительно», по сравнению с сентябрем 2003 г. сократилась с 23 до 11%. Главные риски при переходе к ЕГЭ – нивелирование индивидуальных особенностей учащихся (24%), формальность и поверхностность проверки знаний (22%), усиление коррупции при сдаче экзаменов в школе (22%). Реже отмечается утрата традиций российской школы (16%), снижение роли учителя при оценке знаний учеников (11%), углубление различий между вузами (6%).

Опубликовано в номере «НИ» от 22 августа 2005 г.


Актуально


Регионы


Новости дня

Наверх
Читайте наши новости в соцсетях!

Подписаться на новости: