Главная / Газета 18 Августа 2005 г. 00:00 / Общество

Мина направленного действия

Тысячи мирных жителей Чечни, ставшие инвалидами войны, брошены на произвол судьбы

АЛЕКСЕЙ ТЕРЕХОВ

В начале этой недели в Ачхой-Мартановском районе Чечни двое детей подорвались на боевой гранате, которую они нашли на берегу Сунжи. Подобные сообщения приходят едва ли не каждый день, территория республики по-прежнему напоминает одно большое минное поле. Тем не менее чиновники и военные утверждают, что ведется активная работа по разминированию Чечни.

Чаще всего от разбросанных по всей Чечне мин и боеприпасов страдают дети.
Чаще всего от разбросанных по всей Чечне мин и боеприпасов страдают дети.
shadow
Сегодня на первый план выходит совершенно другая проблема: тысячи детей и взрослых, подорвавшихся на противопехотных минах, растяжках или на фугасах, не могут вернуться к нормальной жизни. В республике катастрофически не хватает материалов для изготовления протезов и специалистов в этой области.

Количество жертв минно-взрывной войны в Чечне действительно идет на снижение. Это отмечают не только военные, но и медики. «Минно-взрывные травмы в 2002 году получили 2816 мирных жителей Чечни, из них 178 – дети, – сообщили «Новым Известиям» в Центре медицины катастроф Чечни. – В 2003-м – 1150 человек, из них 72 ребенка. В 2004 году нарвавшихся на снаряды было почти в четыре раза меньше – 321, из них 27 несовершеннолетних. За прошедший период 2005 года от подрывной деятельности боевиков пострадали 177 человек, из них 37 детей. Скончались на месте или уже в больнице от минно-взрывных ран в 2002 году 539 человек, из них 53 ребенка. В 2003 году – 213 человек, из них 25 детей, 2004-м – 87 человек, из них 5 несовершеннолетних. В 2005 году 18 человек, из них четверо детей».

«Военные мин не ставили»

Правда, в Центре не могут сказать, на чем именно подрывались мирные жители. Но в пресс-службе МВД Чечни «НИ» сообщили, что чаще всего люди становились жертвами мин-ловушек. «Нередко люди страдают от фугасов или растяжек, – говорят милиционеры. – Также бывают случаи, когда люди просто находят неразорвавшиеся боеприпасы и подбирают их. Понятно, что такие снаряды и бомбы рано или поздно детонируют. Но вообще-то таких случаев становится все меньше. Потихоньку дело сдвинулось с мертвой точки. Во-первых, сами боевики, задержанные или добровольно сложившие оружие, рассказывают, где именно они расставили ловушки или делали схрон с боеприпасами. Кроме того, у нас регулярно проводятся рейды инженерных подразделений».

«Саперы каждый день встают в 4–5 утра и идут по маршруту движения транспорта или по дороге к школе и ищут мины, фугасы и другие взрывные устройства», – заявили «НИ» в пресс-службе Минобороны. При этом в военном ведомстве утверждают, что взрывные устройства закладывают в основном боевики. «Наши войска никаких минных полей там не делали», – добавили в Минобороны. Узнать мнение противной стороны «НИ» не удалось.

Школьники-саперы

Впрочем, несмотря на то что работа по разминированию республики идет достаточно динамично, все равно в сводках информагентств регулярно появляются сообщения об очередном подрыве мирных жителей. «А что вы хотите, ведь до сих пор люди наталкиваются даже на бомбы времен Великой Отечественной, – заявили «НИ» в пресс-службе МВД Чечни. – А у нас еще не все боевики пойманы».

Поэтому правительство республики совместно с гуманитарными организациями регулярно проводит специальные занятия в школах. «Мы объясняем детям, как вести себя, если они нашли подозрительный предмет, – сказали «НИ» в представительстве Красного Креста на Северном Кавказе. – Также мы вывешиваем плакаты на улицах, на них нарисовано, как выглядят фугасы, противопехотные мины и другие взрывные устройства. Дети потом сами рисуют на стенах школы потенциально опасные объекты и пишут, что их трогать нельзя».

Но если на социальную программу по информированию школьников о минной опасности денег требуется немного, то на реабилитацию тех, кто уже подорвался на минах, нужны миллионы рублей. А этих денег в республике нет. Более того, масштабная программа помощи людям, которые стали инвалидами, подорвавшись на мине, началась в республике не так давно. В первую очередь им нужны протезы.

«Мы приступали к реальной работе по обеспечению всех нуждающихся в протезах только в феврале этого года, – сообщили «НИ» в Фонде социального страхования Чеченской Республики. – Мы знаем, что у нас официально зарегистрировано 67 тыс. инвалидов. Сколько из них нуждаются в протезировании, пока сказать невозможно. Мы только начали составлять такой список. Сейчас в нашей картотеке около 500 человек, и это только ампутанты».

Работа в ознакомительном режиме

Но оттого, что инвалиды попали в список, легче им не становится. Ведь в республике практически отсутствует материальная база для помощи людям, лишившимся рук или ног, оглохшим или потерявшим зрение.

Во-первых, Центр ортопедии и протезирования в Грозном возобновил свою работу не так давно, а во-вторых, в нем нет ни достаточного количества специалистов, ни необходимых материалов. «Пока можно сказать, что он работает в ознакомительном режиме, – отметили в фонде. – Там нет большинства специалистов. Да и тем, кто работает, требуется повышение квалификации».

В Министерстве здравоохранения Чечни «НИ» сказали, что основная проблема – недостаток финансирования. «Денег выделяется катастрофически мало, – отметили в Минздраве. – И такая проблема существует не только с протезированием, но и в других областях медицины. Нам на днях привезли томограф. Но толку от него никакого. Нет специалиста, который бы его подключил, нет и специалиста, который смог бы на нем работать».

Как отметили в Фонде соцстраха, говорить о серьезном протезировании вообще не приходится. «Например, у нас нет ни кабинета сурдолога, ни самого сурдолога, – сказали в фонде. – Ведь у нас даже не могут определить степень глухоты. И соответственно не могут подобрать слуховые аппараты для детей, которые, в общем-то, здоровы, но из-за контузии лишились слуха. И мы не можем им помочь».

Сотрудники фонда сетуют на то, что в республике отсутствует и глазное протезирование. Причины те же – нет ни специалистов, ни оборудования. Как нет их и в области протезирования конечностей, особенно верхних. «Если раньше в основном у людей страдали ноги, то последние травмы в основном на руках. И получают их преимущественно дети, – отметили в фонде. – Но и это еще не все. У нас нет достаточного количества бандажей и корсетов. Единственное, что в республике могут сделать самостоятельно, – это выдать кресло-каталку или поставить протез ниже колена. За остальным надо ехать за пределы Чечни».



КАК БОЕВИКИ РЕШАЮТ ПРОБЛЕМУ ПРОТЕЗИРОВАНИЯ

Протезы ноги Шамиля Басаева в Чечне находили как минимум дважды. В августе 2003 года находкой похвастался командующий Объединенной группировкой войск на Северном Кавказе генерал-полковник Сергей Макаров, заявив, что на месте боя федеральных сил с чеченскими боевиками около селения Автуры в Шалинском районе был найден протез полевого командира. В апреле 2005 года находку продемонстрировал вице-премьер Чечни Рамзан Кадыров. Впоследствии протез немецкого производства был торжественно подарен нуждающемуся инвалиду.
Еще один протез ноги был у одного из приближенных к Басаеву боевиков по кличке «Хромой». Предположительно именно этот боевик приобрел «КамАЗ», с помощью которого был совершен теракт в Моздокском госпитале 1 августа 2003 года и унесший жизни 50 человек.
Среди чеченских полевых командиров протез был также и у Хаттаба, но не ноги, а пальцев на правой руке.
А в августе 2003 года, по информации пресс-центра Объединенной группировки войск на Северном Кавказе, семеро тяжелораненых чеченских боевиков были переправлены на территорию Азербайджана для получения квалифицированной медицинской помощи и протезов.

СЛУЧАИ ПОДРЫВА ДЕТЕЙ В ЧЕЧНЕ В ЭТОМ ГОДУ

15 августа трое детей отправились купаться на реку Сунжа в окрестностях населенного пункта Хамби-Ирзи и наткнулись на взрывное устройство. В результате взрыва осколочные ранения получили братья Газалиевы, а также Хамзат Шахбиев. Все трое были госпитализированы.

В начале июня в Гудермесском районе, подорвавшись на мине, погибли двое несовершеннолетних детей, которые пасли скот на окраине села Нойбера.

30 мая на окраине села Новый Шарой Ачхой-Мартановского района в 50 метрах от федеральной трассы «Кавказ» 11-летние мальчики Анзор Есиев и Масхуд Ахаев обнаружили неразорвавшийся снаряд. При попытке его разобрать произошел взрыв. Оба ребенка от полученных ранений скончались на месте.

26 апреля в Гудермесском районе Чечни два подростка подорвались на мине. С множественными осколочными ранениями они были доставлены в больницу.

В начале апреля на минах-ловушках подорвались еще двое детей. Так 10-летний Арби Арсанукаев пострадал в Старопромысловском районе Грозного. На дороге рядом со своим домом он нашел заинтересовавший его неизвестный предмет, который взорвался у него в руках. С множественными осколочными ранениями он был доставлен в республиканскую больницу. Еще один ребенок пострадал в Веденском районе. Он подорвался на самодельном взрывном устройстве в здании заброшенной фермы.

Опубликовано в номере «НИ» от 18 августа 2005 г.


Актуально


Регионы


Новости дня

Наверх
Читайте наши новости в соцсетях!

Подписаться на новости: