Главная / Газета 29 Сентября 2004 г. 00:00 / Общество

Десять лет без памяти

Заболев амнезией, жительница Татарстана забыла о том, кто она есть. Выздоровление оказалось безрадостным

ИЛЬДАР ХАФИЗОВ, Казань

В Верховном суде Республики Татарстан проходит уникальный процесс. Жительница Казани Рукия Курманаева в 1993 году, потеряв память, ушла из дома и была признана «безвестно отсутствующей». Однако через десять лет Рукия вспомнила, кто она и откуда. За это время женщина потеряла квартиру, ей не выплачивали пенсию. Теперь через суд она пытается вернуть и жилье, и деньги.

В конце прошлого года в ворота дома на улице Малая Мухаметшина, где живет тетя пропавшей Амина Абдрафикова, постучали. За воротами стояла «восставшая из мертвых» Рукия. «Я обомлела, спрашиваю: неужели это ты, Рукия? – рассказывает Амина. – Мы думали, что ты умерла. Обнялись с ней, заплакали. Она за десять лет сильно похудела и постарела, но характер нисколько не изменился. В квартиру свою идти не захотела. Говорит: люди, которые там сейчас живут, не виноваты, что их туда вселили».

Все случилось, как в плохом бразильском сериале: человек забыл всю свою прошлую жизнь и теперь начал ее с чистого листа. Рукия Курманаева десять лет не могла вспомнить, откуда она и где ее дом. Правда, своего дома у нее и сейчас нет. Да и пенсию, которую ей задолжало государство, женщине приходится добиваться через суд.

Врачи не могут объяснить, почему амнезия – потеря памяти – настигла Рукию Курманаеву так внезапно. Слабоумием она никогда не страдала – на пенсию ушла с должности старшего кассира банка. Сначала похоронила мужа, потом – мать, за ними – брата и сестру. Осталась одна, если не считать непутевого племянника, который захаживал в гости, после чего из ее однокомнатной квартиры в «хрущевке» пропадали вещи и деньги. Соседи говорят, что парень баловался наркотиками и имел проблемы с милицией. Но сама Рукия не распространялась об этом. Может, жалела парня, ведь своих детей у нее не было. После исчезновения тети племянник стал водить в освободившуюся квартиру подозрительные компании, разгонять которые приходилось участковому. Но компании собирались снова и снова, пока в «нехорошую квартиру» каким-то образом не вселился сотрудник прокуратуры.

Рукия охотно рассказывает обо всем, что пережила за десять лет. Хотя помнит не все. Помнит, как скиталась по вокзалам, бутылки собирала, милостыню просила. Питалась хлебом и водой. Летом купалась в речках. Прямо в одежде – чтобы на ней высохла. А вот к милиционерам Рукия ни разу не обращалась за помощью – боялась.

«Чего я только не насмотрелась, ночуя на вокзалах и в подворотнях, – говорит она. – Ведь меня и убить могли запросто. Я благодарна судьбе за то, что она чаще сводила меня с хорошими людьми». Во время своих скитаний Рукия Курманаева оказалась в Волжске, здесь она работала няней двух малышей, потом присматривала за душевнобольным человеком. Затем Курманаеву приютил житель Волжска Борис Гусев – попросил ухаживать за парализованной матерью. После того как его мать скончалась, он предложил Рукие остаться у него домработницей. Так они и прожили несколько лет, пока новообращенную волжанку в один прекрасный день словно током ударило: «Ведь я же раньше в Казани жила!»

Когда Рукия впервые после долгих лет появилась около своего дома на улице Восстания, соседи обнимались и плакали от радости. «Мы долго ее искали, даже в Зеленодольск ездили, – вспоминает соседка Нурия Садыкова, – в дом престарелых. Думали, вдруг племянник ее туда запихнул. Рукия вернулась прямо на наш большой праздник Ураза-байрам, я ее долго не отпускала, чаем поила, расспрашивала о том, где же она так долго была».

Попытка вернуть свою квартиру ни к чему не привела. Там давно живут другие люди. Московский районный суд отклонил иск о предоставлении ей новой квартиры, ведь из старой-то ее никто не выселял – сама ушла. Адвокат Нил Габбасов, который защищает интересы Курманаевой на общественных началах, хоть и считает, что решение суда соответствует законодательству, но все-таки готовит иск о вселении ее по месту прописки.

А вот иск о выплате Рукие Курманаевой пенсии за все десять лет странствий Московский райсуд удовлетворил лишь частично. Представители республиканского пенсионного фонда звонили в Москву – консультировались у начальства, как быть. Но и там были в замешательстве: таких уникальных пенсионерок они не припомнили. В конце концов, районный суд вынес соломоново решение: пенсию выплатить за 5 лет – с того момента, когда Рукию Курманаеву признали безвестно отсутствующей. Выходит, остальные годы из жизни пенсионерки просто вычеркнули. «Вы знаете, мне даже страшно становится, – говорит Резеда Пирогова, родственница Рукии Вагизовны, которая ходит сейчас с ней по инстанциям. – Вроде люди радоваться должны: человек не умер, вернулся! Но, оказывается, он никому из чиновников не нужен».

На днях Верховный суд Татарстана, куда адвокат пенсионерки подал кассационную жалобу, решил, что пенсию гражданке Курманаевой нужно вернуть не за пять, а за восемь с половиной лет. Представители пенсионного фонда предъявили доказательства, что первые полтора года высылали пенсию переводом. Но почему-то почтовики деньги Курманаевой не вручали.


«Российские реалии способствуют выпадению памяти…»

– Впервые проблема амнезии была исследована Зигмундом Фрейдом, который построил на ее основе всю концепцию психоанализа, – рассказал «НИ» заведующий кафедрой экстремальной психологии и психологической помощи факультета психологии МГУ доктор психологических наук Мадрудина МАГОМЕД-ЭМИНОВА. – По его мнению, человек забывает все неприятное, вызывающее тревогу и страх, вытесняя их в подсознание. Во времена Фрейда думали, что амнезии подвергаются только социально табуированные явления, в первую очередь – сексуальная символика. Позднее в этот список было включено все связанное с насилием и агрессией. Участники боевых действий, к примеру, забывают все связанное с войной. Сейчас считается, что амнезии подвержен любой личностный опыт, который человек не может переработать, усвоить, ассимилировать. Ситуация осложняется тем, что мы живем в многообразном мире, в течение всей своей жизни вынуждены играть самые разные роли. Наш жизненный опыт чрезвычайно фрагментирован. Одна его часть нередко противоречит другой, что порождает постоянное психологическое напряжение. Если снять его иными способами не удается, человек просто забывает определенную часть своей жизни. Так богатые люди зачастую действительно не помнят времена, когда были бедными. В довершение ко всему наша жизнь становится все более экстремальной, что является питательной почвой для амнезии, которая напрямую связана с пиковыми переживаниями, как положительными, так и отрицательными. Да и религиозные нормы и традиции в современном российском обществе практически сошли на нет. Человек не может опереться на них, оценивая свой жизненный опыт, остается один на один со своими проблемами. Пытаясь защититься от излишних перегрузок, его психика включает адаптивный механизм диссоциации, когда целые пласты жизненного опыта отщепляются и забываются. Личность такого человека чрезвычайно упрощается – он не помнит прошлого, не ориентируется на будущее, существует по принципу «дожить бы сейчас, а там поглядим». При наличии же психотравмирующих ситуаций и вовсе может возникнуть полная амнезия, когда человек забывает кто он, где живет, чем занимается. При этом коварство амнезии заключается в том, что она может наступить спустя несколько лет после получения травмы. Так у ветеранов Вьетнамской войны провалы памяти начали происходить спустя 20 лет после завершения боевых действий. Учитывая, что механизм амнезии еще недостаточно изучен, предотвратить ее не представляется возможным. Реалии же современного российского общества таковы, что процесс забывания людьми своего прошлого будет идти по нарастающей.

Записала Елена ЖУРАВЛЕВА

Опубликовано в номере «НИ» от 29 сентября 2004 г.


Актуально


Регионы


Новости дня

Наверх
Читайте наши новости в соцсетях!

Подписаться на новости: