Главная / Газета 29 Июля 2004 г. 00:00 / Общество

Носик. RU

Отец русского Интернета живет не только в виртуальном пространстве

ДМИТРИЙ ЛЮКАЕВ

Антон НОСИК – один из людей, очень многое определяющих в мире. Правда, преимущественно в мире виртуальном. Он стоял у истоков создания многих проектов зоны RU, научился на этом зарабатывать приличные деньги и неподдельное уважение. Врач-уролог по образованию, он готов поставить диагноз любому явлению в современном мире. Что и продемонстрировал, беседуя с корреспондентом нашей газеты.

shadow
– Вы выросли в диссидентской семье. Не объясните молодым пользователям Интернета, что это значило при советской власти?

– Это так же трудно объяснить, как было трудно моим родителям объяснять мне, что не все разговоры, которые я слышу дома, нужно пересказывать в школе. Наш телефон постоянно прослушивался, родителей время от времени вызывали в КГБ. Мой отчим Илья Кабаков был уже тогда известным на Западе художником. Его туда все время приглашали, но наши не выпускали. В мастерской отчима часто бывали иностранцы. И каждый раз потом его вызывали: «A чего это они к вам приходили?» Будто бы им самим не было известно обо всем, что у нас происходило. В его мастерской постоянно что-то происходило: пел Окуджава, читал стихи молодой Лимонов.

– Почему же вы решили учиться на врача?

– Папа мой – писатель, мама – филолог. В раннем детстве я выучил английский и французский, знал чешский и словацкий, потому что в Чехословакии жили родственники. Что меня еще могло привлекать, кроме языков? Я даже выучил иврит. Вовсе не для того, чтобы уехать в Израиль, просто хотел читать священные книги на языке, на котором они написаны. Об отъезде или хотя бы посещении какой-нибудь другой страны, кроме Чехословакии, я мечтать не мог. Я родился при Брежневе и жил в полной уверенности, что при нем и умру. Но он умер все-таки раньше меня, хотя легче не стало. Я знал, что рано или поздно окажусь либо в армии, либо в лагере. Нужно было иметь профессию, с которой можно было не пропасть ни там, ни там.

– Ну тогда как врач и поставьте диагноз: что ждет Россию в будущем?

– Будет еще хуже.

– Отчего так?

– Оттого, что растет благосостояние общества. A с ним и стрессы. Посмотри на нищие страны – сколько там у них детей! Им беспокоиться не о чем, потому что достигать нечего.

– Обладая столь глубокими познаниями в этой области, почему вы не стали работать врачом в Израиле?

– Сложность состояла в процедуре подтверждения моего диплома: чтобы сделать это, мне понадобилось бы семь с половиной лет. Я получил бы право на врачебную практику только в 98-м, когда, уже вернувшись в Россию, был главным редактором «Газеты.Ru»... В общем, оказавшись там, я сразу стал искать работу, которая бы легче всего далась – переводческую. Нашел журналистскую. Писал на английском в «Джерусалем пост» и на иврите в «Маарив». А потом, когда начали появляться русскоязычные издания, стал писать про Сеть, создавать интернет-ресурсы для них. В результате я там провел те годы, когда Россия вслепую проходила дикий капитализм. А потом в Москве стало интереснее. Россия – гуманитарная страна, поэтическая...

Правда, с политическими системами ей всегда не везло. Наиболее приемлемая существовала с февраля по октябрь 1917 года. Единственный ее недостаток состоял в неустойчивости.

Всего за несколько лет виртуальное пространство России расширилось в десятки раз.
shadow – Значит, вы из принципа не стали поддерживать никакое политическое движение?

– Лучшее для России движение – броуновское. A продаваться за деньги – бесперспективный ход. Вот, например, «Лента.Ru» начала существование за три месяца до думских выборов 99-го. Если бы она тогда стала кого-то пропагандировать, то в день выборов ее бы пришлось закрыть. Есть другие способы зарабатывать деньги. «Лента.Ru» живет за счет рекламы, которую те же партии и движения на равных условиях могут у нас размещать.

– Антон, вы подчеркнуто рассуждаете, как человек, стоящий над схваткой. А, к примеру, кипу в Москве носить на не боитесь?

– Кипу в Москве носят тысячи две человек. Лично меня за кипу били всего один раз. В тот день, когда Россия на чемпионате мира по футболу проиграла Японии. Тогда в районе Тверской все были японцами: ларьки, которые эти подростки крушили, «Жигули», которые они переворачивали. Собственно, я находился в японском книжном магазине «Москва» в то время, когда в нем стали бить витрины из японского стекла. Когда я, выбравшись оттуда, проходил мимо памятника японцу Юрию Долгорукому, за спиной услышал: «Смерть жидам! Евреи – в Освенцим!». За криками последовали несколько ударов по голове. Но это они зря, голова у меня крепкая. Со мной была девушка, так что самым тяжелым в той ситуации было заставить ее прекратить визжать.

– A девушка была еврейкой?

– Нет. Но для меня не имеет значения национальность девушек, особенно если они визжат. Меня даже не волнует национальность будущей матери моих детей.


Опубликовано в номере «НИ» от 29 июля 2004 г.


Актуально


Регионы


Новости дня

Наверх
Читайте наши новости в соцсетях!

Подписаться на новости: