Главная / Газета 9 Июля 2004 г. 00:00 / Общество

Винил не виноват

Уникальный Музей грамзаписи в Апрелевке сегодня выживает за счет частного ресторана и солнцевских «братков»

ОКСАНА СЕМЕНОВА

На одном из популярных интернет-сайтов на днях появился крик души: «Помогите найти телефон Апрелевки! Хочется печатать винил, а в Чехии дорого». Тут же последовал ответ: «Апрелевский завод был закрыт в начале 90-х, все имевшиеся матрицы попали в металлолом». Несмотря на засилье компакт-дисков, пластинки из винила по-прежнему пользуются спросом у настоящих ценителей музыки. Между тем в подмосковной Апрелевке, пионере отечественной грамзаписи, погибает уникальный музей.

Коллекцию, которой позавидовал бы любой меломан, Галина Николаева сберегает из последних сил.
Коллекцию, которой позавидовал бы любой меломан, Галина Николаева сберегает из последних сил.
shadow
Завод в Апрелевке был основан 95 лет назад прусским подданным Готлибом Генрихом Карлом Моллем. Купив участок земли рядом с разъездом Апрелевка, он построил первую в России фабрику по изготовлению граммофонных пластинок «Молль, Кибарт и Ко». Носить это имя молодому производству суждено было всего 7 лет. После революции завод был национализирован. 70 лет «Апрелевка» была одним из главных отечественных брендов, а заодно и действенным психотерапевтическим средством. Советские граждане сметали с прилавков буквально все – от «Царевны-лягушки» до «Битлз».

Технологический прорыв в области звукозаписи совпал с распадом СССР. В помещениях завода сегодня звучат совсем другие мелодии: здесь «куют» деньги 37 предприятий. Производят пластиковые контейнеры для хранения крови, месят макароны, варят повидло для авиационных бортпайков, мастерят мебель. В гальваническом цехе ткут носки. Музей пластинки, ютящийся в маленькой комнатушке заводского ДК, – единственное место, где все осталось нетронутым со времен процветания Всесоюзной фирмы грамзаписи «Мелодия».

Но и здесь время внесло коррективы. Старый добрый винил, если не выброшен давным-давно на помойку, пылится в чуланах и на антресолях, за ним охотятся лишь коллекционеры. В общем, это понятно. Чего решительно понять нельзя – почему уникальный Музей грампластинки в Апрелевке медленно, но верно умирает?

Экспонатам в подмосковном городке мог бы позавидовать любой крупнейший музей мира. В отдельной витрине – самая первая пластинка, выпущенная в 1910 году. Она весит почти полкило и сделана из шеллака – прессованной скорлупы крохотного жучка, обитающего в Индии. Штучный товар! Чтоб изготовить эту пластинку, прессовщик устанавливал пудовую форму на паровую плиту, а после нагревания переносил на пресс. И так сто раз в день. Вообще в начале века, пока грампластинки были роскошью, из чего только их не делали: из воска, целлулоида, каучука, металла. И даже... из шоколада. Послушал – и съел.

Посреди музейной комнаты – чудо-техника, которая и сейчас может извлекать живые голоса из потускневших дисков. На почетном месте граммофон с массивной мембраной и огромным, начищенным до блеска раструбом. Дальше патефоны, среди которых чудо из чудес – «вертушка», легко умещающаяся на ладони. С такими механическими «плеерами» барышни выезжали на пикники. Есть в коллекции и фонограф Эдисона – один из тех, что позволил сохранить для нас голос Льва Толстого.

shadow Галина Николаева, бессменная хранительница музея, включает редкую запись: выступление Ильича на заводе им. Михельсона звучит, как трель соловья. Потом меняет пластинку, и мы с ней слушаем бархатный голос Шаляпина. «К нам недавно приезжал из Германии Георг Молль, внук основателя нашей фабрики, – рассказывает директор. – Так радовался, что я все это сохранила. Подарил фотографии, документы, относящиеся ко времени строительства завода. Мы его предка взашей выперли, а он ничего, с пониманием отнесся».

В Апрелевском музее, где хранятся тысячи виниловых дисков, самый громкий голос, конечно, принадлежит Истории. В сафьяновых подарочных футлярах – комплекты винилов с речами Сталина и Брежнева на партийных съездах. На стене красуется рекламный плакат конца 20-х: «Пластинки с голосом Ленина бессмертны, на них будут учиться поколения, идущие на смену нам». На стеллаже – сохранившиеся в единственном экземпляре «Любимые песни Ильича». Революция поставила размашистый крест на мечте трех товарищей, немецких коммерсантов, «озвучить» всю Россию. Большевики реанимировали их дело после смерти Ленина, чтобы воспроизвести живой голос вождя в придачу к его телу, хранящемуся в мавзолее. «Заказы на Ленина тиражом в 300–500 тысяч экземпляров делали раз в пять лет, накануне очередного съезда партии, – рассказывает Галина Николаева. – Большая часть распространялась в принудительном порядке по «красным уголкам», школам и войсковым частям.

Спрос на «политику» вновь обозначился в самое последнее время. Первые виниловые записи Ильича или комплект, вышедший в 1949-м, к 70-летию Сталина, стоят в антикварных магазинах многие сотни долларов. По словам директора музея, в Апрелевку зачастили «зюгановцы». Перед каждым своим пленумом просят поискать – не сохранилось ли пластинок вождей. Им объясняют, что суетиться надо было раньше: все, что хранилось на складах, в 93-м ушло на переплавку.

«Это было ужасное время, – вспоминает директор Николаева. – Шло дикое воровство. Я на пять лет закрыла музей, боялась, что разворуют экспонаты. До того страшно было, что обратилась к солнцевским «браткам» за помощью. Они-то и помогли музею пережить смутное время. Дали денег, я открыла ресторан».

Ресторан Галины в ДК, рядом с музеем, работает до сих пор и пользуется в городке популярностью. Благодаря прибыли Галина не просит денег у городских властей. Вход в музей бесплатный. Но это все, говорит Николаева, до поры до времени. «Кто после меня все это беречь будет?» – вздыхает она.



Мнение

«Пройдет лет пять или десять, и виниловым дискам советской эпохи, редким записям начала века придадут статус культурных ценностей и возьмут под охрану государства, – убежден известный коллекционер грампластинок Алексей КОЗЛОВ. – А музея уже не будет, уцелевшие пластинки разойдутся по частным коллекциям, в основном зарубежным. Погибнет музей национального значения. Пожалеем тогда и о каждой пластинке, и об уничтоженных в 90-х матрицах, с которых сегодня можно было бы штамповать винил, раскупавшийся бы, как говорится, со свистом... Увы! Так мы всегда веселимся – сначала все разрушаем, потом слезы льем».

Пиратская пластинка для сэра Пола
Виниловые танцы

Опубликовано в номере «НИ» от 9 июля 2004 г.


Актуально


Регионы


Новости дня

Наверх
Читайте наши новости в соцсетях!

Подписаться на новости: