Главная / Газета 29 Января 2004 г. 00:00 / Общество

«Это не месть, а насилие»

Елизавета ДОМНЫШЕВА

Для России сегодня тема женского терроризма – одна из самых острых. О том, почему женщины добровольно идут на смерть, «Новым Известиям» рассказал руководитель правовой и психологической помощи в экстремальных ситуациях, профессор Михаил ВИНОГРАДОВ.

– Чувство жалости к террористкам, которые мстят за убитых мужей, – это нормально?

– Именно вдов среди них очень мало. Судите сами. Количество женщин, принявших непосредственное участие в терактах последних лет, достаточно велико, но среди них было только две, скажем так, жены со стажем – 45 и 54 лет.

– А как же понятие «черная вдова»?

– Пропаганда. Хотя можно предположить, что именно эти две мстили за смерть мужей. Почему «может быть»? Потому что их супружеская доля была непростой. Во-первых, они были не единственными женами, а старшими. Во-вторых, последние лет 10 супружеской жизнью они не жили, потому что мужья ушли воевать. Тринадцатилетняя Цагараева была третьей женой убитого боевика Цагараева. Но она с ним была в разводе, и у нее остался от него ребенок. Семья Цагараевых у женщины ребенка отобрала. После смерти бывшего мужа у нее только и остался, что конфликт с его семьей. Ее просто принудили стать смертницей. Да и всех остальных женщин, кроме тех двух, о которых я сказал, думаю, заставили… Вообще-то вначале никакой речи о шахидках не велось. Просто девушек и женщин забирали в лагеря обучать боевым действиям. Практически всех принудительно. Кому-то угрожали убийством родных, кому-то сулили большие деньги, кому-то угрожали убийством ребенка. Перемещали в вербовочные лагеря для подготовки. Двух или трех держали в пресловутом Панкисском ущелье, все остальные прошли обучение на Ближнем Востоке. И на первом месте, как это ни парадоксально, в подготовку входило сексуальное насилие. Так девушку ломали. Потому что для мусульманки интимные отношения с чужим мужчиной отрезают дорогу назад, в ее обычную жизнь.

– Неужели всех так ломали?

– Всех без исключения. Их туда привозили и там уже начали насиловать. А сексуальное насилие, если его умно применить, это своеобразный наркотик, от которого потом трудно отказаться. Женщины к этому быстро привыкают и находят себе оправдание. Кроме того, они все проходят специальную психологическую обработку, с арсеналом психотропных средств. И первые шахидки, по тем данным, которыми мы располагали, взорвались сами. Потому наступил сбой.

– Отрезвление?

– Похоже. Одна вообще сдалась. После этого женщинам стали надевать шахидский пояс с радиоуправляемым устройством. Они об этом и не знали. Умирать далеко не все готовы. Это показал «Норд-Ост». Все террористки «Норд-Оста», почувствовав запах газа, закрывали лица мокрыми тряпками, и советовали делать это сидящим рядом заложникам. Это доказано в процессе следствия.

– Но был слух, что это были не взрывчатые пояса, а муляжи.

– Нет, взрывчатка была настоящая. Да и две из них сидели по бокам огромной бомбы и имели все шансы ее взорвать. И то, что не стали взрываться сами, не взорвали бомбу, не открыли стрельбу по заложникам, говорит о том, что у них была надежда остаться в живых. Женщины не предполагали, что бойцам спецназа была дана команда на полное уничтожение.

– Стало быть, они хотели жить.

– Да. Помните, на Тверской погиб майор-взрывотехник? Бомба была взорвана дистанционно, когда пиротехник к ней подошел. А сама смертница не стала взрываться. Бегала по улицам и дала возможность отобрать у нее сумки с бомбой. Хотя всего-то надо было нажать кнопку.

– Значит, эти несчастные любым способом стараются избежать смерти.

– Чеченки – да. Кстати, две смертницы спрыгнули с электрички в Минводах. Не стали взрываться. Взорвался мужчина, и взорвались дистанционно управляемые бомбы. А две женщины сбежали. Уже ясно, что чеченские шахидки – это насильно завербованные, принудительно обученные, сломанные психотропными препаратами и насилием женщины.

– Но когда смотришь передачу с Ближнего Востока, то у родни погибших палестинцев слез нет. В глазах – гордость за то, что сын, брат или сестра взорвали себя и израильтян.

– У них другая психология. Там смертников готовят с пеленок. И, кроме того, семье самоубийцы дают много денег. Пожертвовав одним членом семьи, все остальные до конца жизни живут безбедно. Деньги имеют не последнее значение. В Чечне иначе. И денег таких не платят, и чеченцы уже смертельно от всего устали. Сейчас там пойдет подмена на арабов. Они будут заниматься террором в России, а не чеченцы. В чеченской среде шахидок не считают героинями. Анализ фактов показывает – никакой мести за своих любимых и мужей здесь нет.


Опубликовано в номере «НИ» от 29 января 2004 г.


Актуально


Новости дня

Наверх
Читайте наши новости в соцсетях!

Подписаться на новости: