Главная / Газета 15 Января 2004 г. 00:00 / Общество

Маршаков надо любить!

Чиновники Министерства образования поговорили с детскими писателями

Антон ЗВЕРЕВ

Десять лет потребовалось педагогическим генералам новой России, чтобы собрать наконец под одной крышей лучших своих детских писателей. За это время многие из этих лучших ушли в мир иной: Борис Заходер, Виктор Голявкин, Геннадий Снегирев, Валентин Берестов, Юрий Коринец... Кто же в остатке?

Сергею Владимировичу Михалкову не привыкать к диалогу с властью.
Сергею Владимировичу Михалкову не привыкать к диалогу с властью.
shadow
На 20 с лишним миллионов юных россиян осталось ровным счетом... семь инженеров детских сердец! Все они, включая Сергея Михалкова и Ирину Токмакову, Владимира Железникова (того самого, который сочинил «Чучело» для одноименного фильма Ролана Быкова) и Марину Москвину, сидели вчера в здании Министерства образования на ул. Люсиновской и терпеливо выслушивали доклад первого заместителя министра Александра Киселева на действительно волнующую всех сегодня тему гибели детской литературы.

Сам инициатор этой, мягко скажем, долгожданной встречи (президент Владимир Путин намекал на необходимость такого разговора еще два года назад, выступая перед Госсоветом), министр образования России Владимир Филиппов заболел. А г-н Киселев, как признались «НИ» его помощники, не был уполномочен шефом делать серьезные заявления. Пришлось ему по старой чиновной традиции прибегать к высокопарным афоризмам, голословным лозунгам и обходиться пошловатой самодеятельной философией, которую руководитель министерства, по его же признанию, «полюбил только в последние годы». В течение получаса замминистра угощал литературную общественность своими и чужими мыслями на вечную тему воспитания «младого поколения».

Впрочем, философского прорыва докладчик, пожалуй, не совершил. Где-то все это мы уже слышали: «Если в сердце нет святыни, в нем поселяется мерзость запустения», «Уровень культуры общества определяет язык, на котором оно говорит», «Нам надо построить, нет, создать заново внутренний мир молодежи», «школа (как театр – с вешалки) начинается с библиотеки»...

Всякому трезво мыслящему человеку понятно, что собираться был резон только в одном случае: если у инициатора встречи имеются средства в виде пресловутых денежных знаков для реанимации скорее мертвой, чем живой, литературы для детей. Однако именно этот вопрос так и остался на встрече открытым. Более того, опережая события, весьма прозорливый дипломат, он же ректор Литературного института им. Горького, Сергей Есин, взяв слово среди первых, высказался в том смысле, что, мол, «денег от вас мы, упаси Боже, не просим». Сами-де, понимаем, что у государства их нет. «Спасибо огромное за понимание!» – облегченно выдохнул замминистра. Дальнейшее напоминало дежурные посиделки в ЦДЛ и, очевидно, ни к чему никого не обязывало.

Литературовед Ирина Арзамасцева посетовала на то, что детская литература в России потеряна «как явление культуры». В свою очередь детская поэтесса, драматург, лауреат Государственной премии России Ирина Токмакова окрестила то, что издается у нас под видом детской литературы, «детской попсой». По ее словам, «основные требования, предъявляемые нынешними издателями к детской литературе – чтобы она была нескучной, не вызывала жалостливого сочувствия, текст был написан короткими строчками». Как итог, в души ребят внедряются полная безэмоциональность, безвкусица, дурной язык.

Предложений, внятных и членораздельных, журналисты услышали только два. Первое Сергей Владимирович Михалков пробурчал в качестве шутливой реплики на ухо председательствующему: «Надо решать проблемы проще: скажем, собрать всех олигархов и озвучить наши имена». Второе предложение высказала заместитель директора Российской государственной библиотеки Евгения Куликова. Оказывается, в стране отсутствует и другое культурное явление, а именно изучение спроса маленьких читателей на книги. Десять лет говорят, что детей надо спасать, а изучить их потребности, вкусы, особенности мироощущения так и не удосужились. «На три четверти детское чтение состоит из школьной программы, на чтение другой литературы у школьников просто не остается времени», – резюмировала руководитель РГБ. Иначе говоря, ученики теперь читают из-под палки, по приказу школы, а не для души. Из круга их чтения ушли многостраничные романы, книгам описательного характера практичная молодежь предпочитает разглядывание картинок: «у них клиповое мышление». Допустим, Диккенс или Майн Рид современным киндерам не созвучен: слишком толсто и неторопливо.

В результате малоконструктивной, честно скажем, встречи писателям нетвердо пообещали «постараться напечатать»... тексты их вчерашних выступлений (!) отдельным сборником. И разослать по школам Родины. Всем остальным займется само федеральное Минобразования вместе с Минпечати и Минкультуры. А именно созданием очередных «общественных комиссий по изучению содержания литературного образования», организацией всероссийских тематических фестивалей, конференций, конкурсов, возрождением Недели детской книги и т.п. И соответственно распределением денег на все эти мероприятия. Ну а для помпы следующий учебный год в стране самой лучшей (в прошлом) детской литературы решено провести под девизом «Книга как феномен культуры». Галочку поставили, допили чай и разошлись.

«Нет, правда, надо же с чего-то начинать», – говорили, прощаясь, друг другу убеленные сединами классики детской словесности.



Какой смысл в таких встречах?

Мнение детских писателей, не приглашенных в Минобразования

Софья ПРОКОФЬЕВА:
– В каждой встрече людей, чем-то общим озабоченных, есть смысл. Другое дело – что решение проблемы зависит не от писателей, художников, педагогов и не от госчиновников. Все решают издательства, причем не редакторы, а коммерческие службы. Но даже сверхприбыли можно получать и от высококачественного товара, и от суррогата. С одной стороны, продолжает издаваться наша детская классика, не только Чуковский и Маршак, но и такие вроде бы идеологизированные писатели, как Гайдар и Кассиль. Я мало знакома с творчеством молодых авторов, но могу сказать, что мои книги издаются лучше, чем при советской власти. В последние годы нам открылся весь мир детской литературы, практически полностью переведены Толкиен, Милн, Треверс, Линдгрен. С другой стороны, меня тревожит успех книжек о Гарри Поттере. Колдуны ведь никогда не были персонажами, вызывающими симпатии и желание подражать. Это касается не только Пушкина и Гоголя, в чьих сказках нечисть всегда посрамлялась и правда торжествовала. Что касается прерванных традиций – нет, я не согласна с тем, будто наша детская литература похожа на Атлантиду, и не вижу проблемы в том, что рухнула советская детская литература как некое госучреждение, нуждающееся в руководстве. Ничего не рухнуло, если говорить о воспитании чувств и вкуса. Ребенок – читатель всеядный, вот в чем проблема. Те, кто издает книги для детей, должны, как врачи, помнить заповедь: «Не навреди»...

Григорий ОСТЕР:
– Разговор о том, что вот, мол, была в СССР великая литература для детей, а теперь она порушена, вызывает у меня приступ саркастического смеха. Рухнула власть, которой за долгие годы давления на писателей удалось добиться лишь прямо противоположного результата: чем она сильнее давила, тем больше их вынуждено было уходить в детскую литературу или в переводы, где они достигали замечательных результатов и потом уже сами не хотели оттуда уходить. И сама детская литература становилась все здоровее и веселее. Надеюсь, что при любых поворотах порушить ее никому никогда не удастся. Другое дело – что мы живем в диалектическом мире и сегодня на писателя давит уже не власть, а рынок. Прилавки магазинов забиты, но спрос все не насыщается. Какая книга ляжет завтра на прилавок? Это решает, слава богу, не власть и даже не издатель, а покупатель. Он дает обслуживающему его персоналу понять, чего ему сегодня хочется. А как добиться, чтобы ему хотелось чего-нибудь хорошего? Кто должен об этом думать? Ответ очень прост: родители...

Опубликовано в номере «НИ» от 15 января 2004 г.


Актуально


Новости дня

Наверх
Читайте наши новости в соцсетях!

Подписаться на новости: