Главная / Газета 9 Октября 2003 г. 00:00 / Общество

Таблетка от «кАровы»

Каждый десятый житель планеты страдает «грамматической слепотой». Всех их мы считаем симулянтами

Антон ЗВЕРЕВ

Число школьников, испытывающих непреодолимые трудности при чтении или письме (в науке эта генетическая особенность организма носит название «дислексия»), растет неудержимо. В крупных городах за последние 20 лет оно подскочило в три раза. Еще хуже в провинции: по данным исследователей, полностью безграмотными признали себя 75% жителей Курской области в возрасте от 40 до 80 лет.

В 1998 году ученые из Оксфордского университета установили, что один из участков шестой хромосомы человека жестко связан с дислексией. В то же время локализовать сам «ген невежества» – задача очень непростая. На ее решение могут потребоваться годы. Ясно, однако, что отклонения в нейронах мозга, ответственных за эту болезнь, ведут к расстройству зрения и трудностям с речью. Так что наша требовательная педагогика от этой хвори уже не спасет.

Что же такое – дислексия? Болезнь? Детско-старческий каприз? Разновидность лени? Чем грозит человечеству эпидемия «новой безграмотности»? Какими чревата осложнениями?

Американцы, например, так и не смогли простить своему нынешнему президенту, «махровому дислексику» Дж. Бушу-младшему, громогласный призыв «сокращать тактичное оружие» и «стирать терьеров (т.е. барьеры. – Ред.) между странами...»

Некоторое время назад США поразило признание градостроителя из Калифорнии г-на Джона Коркорэна. Обладатель капитала в несколько миллионов долларов, хозяин роскошной виллы на берегу Тихого океана легкомысленно проболтался репортеру местной газеты «Weekly word News», что не умеет читать. Первополосная статья в еженедельнике так и называлась: «Позорная тайна миллионера: он совершенно безграмотный!» Да-да, на протяжении всех 12 лет отсидки за школьной партой будущий мэтр национальной городской архитектуры вел горестную жизнь плута.

– Ты сделал уроки, а, Джон?

– Нет сомнений, конечно же, мамочка!

Сначала будущий миллионер лгал родителям и сестрам. Потом – университетским профессорам и собственным детям. Потом – коллегам и партнерам... Он лгал – и его мучила совесть, он хитрил – и постоянно грыз себя за это. На протяжении всей жизни!

«Я разработал целую систему имитации преуспевающего, грамотного школяра. Выворачивался, дурачил людей, использовал одноклассников в корыстных целях», – вспоминает безграмотный баловень судьбы, впервые нарушивший сорокалетний обет молчания.

Все это продолжалось до тех пор, пока его жена не хлопнула наконец себя ладонью по лбу, воскликнув: «О Господи! Да ты же дислексик!» И наняла для муженька домашнего преподавателя грамматики…

Что же это за напасть такая – дислексия?

Если объяснять примитивно, чтобы все поняли (вдруг вы – дислексик?), в нашем алфавите всего 33 буквы. А вот звуков (фонем) в русском языке – 39. Беда дислексика в том, что он не в состоянии расчленить слово на звуки. Потому что слышит он их иначе. Не как все. Он, например, воспринимает слово «кит» как один звук. А уж прочитать это слово и подавно не возьмется.

Вот драма. Если бы речь, положим, шла о музыкальном слухе, можно было бы отшутиться: «Медведь, мол, на ухо наступил!» Но тут – Его Священство Чистописание, Ее Величество Грамота! Серьезное дело, не до смешков. Ну как без них? Пропадешь!

И начинаются классические школьные припарки типа: «Не можешь? Научим. Не хочешь? Заставим!»

А кто вообще сказал, что это поддается исправлению? Что дислексия – излечима, говоря иначе? Речь, естественно, идет о самых явных, запущенных симптомах «болезни».

Именно по этому принципиальному вопросу мнения специалистов, как нарочно, разошлись. Основная масса педагогов и некоторые врачи твердо убеждены, что грамотно подобранные лекарства в сочетании с работой логопеда в состоянии избавить малыша от тяжкого недуга. Факты, однако, в некоторой степени опровергают этот вывод.

«Среди англичан, к примеру, – рассказывает дефектолог, кандидат педагогических наук Маргарита Русецкая, – насчитывается несколько тысяч граждан с официальным статусом «дислексика». Эта юридическая броня, точнее, привилегия, позволяет им сдавать экзамены в вуз, диктуя ответы на контрольные задачи в микрофон. А потом учиться точно так же, пользуясь на лекциях разнообразной видео- и аудиотехникой…»

Знания к ним идут по другим каналам. Дислексики, можно сказать, настроены богаче, тоньше, многоканальнее нас. Оказывается, памятки, инструкции в картинках, своеобразные комиксы, украшающие этикетки на товарах, уличные вывески и указатели – как бы новая, альтернативная грамота для тех, кто читать умеет, но смысл прочитанного зачастую понимает с точностью до наоборот. И легион таких людей день ото дня не уменьшается. Само собой, не только в чужеземных странах.

«Если в начале 80-х годов прошлого века число ребят с особыми образовательными нуждами не превышало в младших классах 9%, то сейчас эта цифра утроилась», – предостерегает известный психолог и дефектолог Наталья Свободина. Приведенная ею статистика касается, правда, лишь Москвы и Санкт-Петербурга. Но разве от этого легче? Один из ведущих в США экспертов в области «врожденной безграмотности», вице-президент Международной ассоциации по борьбе с дислексией г-н Сью Хорн считает, например, что «эпидемия словесной слепоты» сродни резко возросшему в последние годы рождению левшей. «Известно, что число леворуких детей за последние полвека увеличилось на планете в три раза. Нечто подобное происходит и в сфере, которой я занимаюсь», – полагает проф. Хорн. Доктор настойчиво советует родителям дислексиков пораньше засесть с ними за «магнитную азбуку» и приналечь на скороговорки под контролем квалифицированных логопедов (последнее, похоже, сказано c мягким намеком на хозяина Белого дома)...

Ищут, как им помочь. Но ведь не помогает. Или, строже выражаясь, помогает изредка только в одном – сорвать с малыша постыдный ярлык лодыря или симулянта, наградив взамен документом с загадочным латинским диагнозом «Дисграфия», «Дислексия», «Дисорфография» (соответственно, неспособность применять общие правила при письме, чтении и пополнении словарного запаса).

По мнению генетиков, дислексию, как и мать-природу, невозможно, да и просто вредно «врачевать», пропалывать в режиме школьной сортировки. Английские генетики из Оксфордского университета, обнаружившие в 1998 году злосчастный «ген невежества», настаивают: это отклонение от нормы, но не болезнь. Примерно, как дальтонизм, отсутствие одного из видов колбочек в сетчатке глаза, – не патология, но уникальная особенность личности. Она не зависит от человеческой воли. Как цвет глаз, волос, форма носа, рост и прочее... Ребенок напряжется из последних сил, чтобы угодить родителям и получить хорошую отметку на экзамене, но в жизни так и будет пропускать слова, путать порядок букв, корябая записку другу или заявление на имя босса с просьбой предоставить отпуск. Любопытно, что один из самых знаменитых «грамотеев» современности, гениальный киноактер Дастин Хоффман всю свою жизнь учит роли только с диктофона. Не потому ли, что музыкант по образованию?

Природа отнимает, чтобы дать. Именно дефицит, обделенность некой способностью или талантом (в нашем случае, общения – устного или посредством печатных посланий), дарит человечеству великих актеров, музыкантов, живописцев, педагогов, дипломатов… Это уже, можно сказать, медицинский факт.

«Конечно, их намного больше, чем хотелось бы думать, людей с нарушениями лексики всех категорий и мастей, – говорит философ, доцент Милослав Балабан (МГУ). – Неспособность точно предать бумаге самые простые мысли, написать исковое заявление в суд, не говоря уж о статье в газету, скорее норма в нашем постсоветском обществе, чем исключение. Интересно, кстати, многие ли соотечественники смогут самостоятельно заполнить избирательный бюллетень на предстоящих выборах в Думу или потребуется помощь доброжелателей?»

В этом плане было бы полезным, с точки зрения психологов, оборудовать на избирательных участках специальные «говорящие» кабинки и напечатать бюллетени с фотоснимками кандидатов в парламентарии. Чтобы каждый россиянин, пусть даже трижды дислексик, мог без комплексов и колебаний честно выполнить гражданский долг...

И последняя новость – хорошая.

Наш калифорнийский миллионер обрел-таки желанную грамотность, посему совсем неплохо себя в последнее время чувствует. Грубо говоря, он даже счастлив. И передает читателям свой оригинальный рецепт избавления от дислексии.

«Надо просто следить за губами преподавателя, стенографируя каждый произносимый звук, то есть письменно обозначать его каким-то своим символом. И, я уверен, вы начнете очень скоро видеть звуки!»

Да, и еще: вспоминая не без грусти свою плутовскую юность, мистер Коркорэн весьма эффектно сравнивает себя тогдашнего с пловцом в открытом океане, руки и ноги которого скованы железными цепями...


Опубликовано в номере «НИ» от 9 октября 2003 г.


Актуально


Регионы


Новости дня

Наверх
Читайте наши новости в соцсетях!

Подписаться на новости: