Главная / Газета 26 Сентября 2003 г. 00:00 / Общество

Заложники большой дороги

Строители БАМа брошены на произвол судьбы

Марина БАЗЫЛЮК

Три миллиарда долларов и пятьдесят жизней – цена Северо-Муйского тоннеля, крупнейшего в стране и пятого по протяженности в мире. В декабре тоннель сдадут в эксплуатацию. День этот станет последним днем «стройки века». Через тоннель помчатся поезда, а его проходчики, пять тысяч человек, останутся без работы и денег, в бараках посреди тайги.

Коммунальные расходы за проживание в щитовом домике вполне сравнимы с квартплатой в Москве
Коммунальные расходы за проживание в щитовом домике вполне сравнимы с квартплатой в Москве
shadow
Уникальный тоннель – часть Байкало-Амурской магистрали – целых 25 лет пробивали сквозь толщу Северо-Муйского хребта, в одной из наиболее сейсмически активных зон Земли. Люди, которые этим занимались, жили в поселках Северомуйск, Разлив и Тоннельный. Эти поселки выросли среди тайги на севере Бурятии в 1976-м. Ближайший населенный пункт, в нескольких сотнях километров западнее, – городок Северобайкальск. Рядом с бараками и щитовыми домиками впоследствии возводили капитальные дома для ветеранов, школы (общеобразовательные и музыкальные), больницы, клубы. В Тоннельном даже бассейн отгрохали. В светлом будущем власти сулили строителям на «большой земле» и квартиры, и машины, и пенсии. Светлое будущее настало. Выяснилось, что почти ни у кого из героев-строителей недвижимости на «большой земле» нет, как и накоплений, чтобы ее купить. Как и здоровья, как и веры в будущее. Приехали они сюда комсомольцами-добровольцами – и, почитай, вся жизнь в тоннеле прошла…

«Про романтику, тянувшую сюда молодежь, очень быстро все забыли – мы сюда ехали и здесь оставались ради денег, хорошего жилья и пенсии. Тут был до недавних пор просто коммунизм какой-то. Утром на работу бесплатно привезли, вечером увезли. За то, что на работу возили, платили «колесные», за опасность работы – «гробовые». Двое суток работали, двое отдыхали. Обстирывали нас тут, кормили. Зарплата всегда была вовремя», – вспоминают первопроходцы.

Романтические периоды в истории всегда сменяются периодами прагматическими, товарно-денежными. Но в данном случае смена периодов произошла молниеносно и болезненно.

«Мало кто знает, – говорит Селезнев, – что пять лет назад на «стройку века» снова потянулись люди. Тогда, в 98-м, рабочие устроили забастовку, прямо в тоннеле, отказываясь подниматься наверх, пока не станут им платить, как прежде, не улучшат условия жизни. Строительство под свою опеку взяло Министерство путей сообщения: людям выплатили зарплату, наладили бесперебойную доставку продуктов и промтоваров (правда, по безумно высоким ценам), дали денег на закупку новой техники, выдали субсидии на приобретение жилья. Но тут грянул дефолт и съел все сбережения. Те, кто не успел купить квартиры по докризисным ценам, оказались в двусмысленном положении: им полагаются новые субсидии при условии, что они вернут государству ранее полученные деньги. Люди опасаются, что новых денег или не будет вообще, или их придется ждать слишком долго. Потому и числятся, как получившие субсидии, хотя реально приобрести квартиры не в состоянии».

Жизнь перестала бурлить и бить ключом, но еще теплится в окрестностях тоннеля. Только люди живут уже не в трех, а в двух поселках: Тоннельный год назад сравняли с землей. Безжалостно сломали и шикарный бассейн, и две школы, общеобразовательную и музыкальную. Людей переселили в Северомуйск и Разлив – можно сказать, насильно, после того как по приказу начальства АО «Бамтоннельстрой» (подрядчика строительства) была сломана поселковая котельная.

«Кругом бескрайняя тайга, а нас уплотнили, – жалуются проходчики. – Или, объяснили, будут здесь три поселка с людьми брошенными, или два, в которых еще как-то можно жить. А в декабре снесут Разлив, и останется один Северомуйск, где люди будут сидеть друг у друга на голове...».

Ни одному человеку из ликвидированного Тоннельного не выделили благоустроенное жилье. 187 семей перебрались из своих обогретых бараков в аварийные, заброшенные. За проживание в двухкомнатной квартире во временном щитовом доме семья из четырех человек платит полторы тысячи рублей. Такие цены бамовцев давно уже не удивляют. Они знают, что содержание одного Северомуйска ежегодно обходится государству более чем в 30 млн. рублей. Когда строительство тоннеля подходило к концу, жители поселков не раз просили правительство Бурятии, чтобы эти деньги им раздали на приобретение жилья. Однако людям было отказано. «Мы вам заплатим, а вы разбежитесь, не достроив тоннель», – ответили им тогда.

В Северомуйске сегодня возводятся несколько капитальных зданий для семидесяти счастливчиков, которые будут обслуживать этот участок железной дороги. Правда, сначала в этих домах временно обоснуются около трехсот жителей Разлива: они пообещали, что если их, как и тоннельчан, зимой переселят в полуразрушенные бараки, они сядут на рельсы и перекроют БАМ. Неизвестно, как они себя поведут, когда их «попросят на выход». Прецеденты были: когда к предназначенному на снос дому одной из жительниц Тоннельного, муж которой погиб на стройке, подъехал японский бульдозер, она облила себя бензином и пригрозила, что сгорит вместе с домом. Только такой ценой женщине, пятнадцать лет проработавшей на БАМе, удалось выбить себе жилье в Северобайкальске.

В Разливе в канун Нового года отключат свет, потом сломают местную котельную, затем очередь дойдет до пока еще действующей школы (детский сад «Родничок» уже снесен) и жилых домов. Единственное, что не будут разрушать, – кладбище, на котором похоронены те, кто положил за тоннель жизнь. «Уезжать из Разлива не хочет никто. И не только потому, что привыкли. Просто если люди переедут в благоустроенное жилье в Северомуйск, уехать оттуда куда-либо уже не смогут – по закону они должны были получить благоустроенное жилье, вот его и получили. А то, что оно в тмутаракани и работы нет, – это уже вопрос другой», – замечает Арсений Селезнев.

В том-то и дело, что работы нет. Свои претензии строители уникального тоннеля, оказавшиеся не у дел, предъявляют администрации Муйского района и АО «Бамтоннельстрой», подрядчику. На самом деле жилье и прочие обещанные блага людям должны предоставить заказчики – МПС России, Восточно-Сибирская железная дорога и правительство Бурятии.

«На все запросы, которые «Бамтоннельстрой» отправляет в правительство Бурятии, оттуда отвечают одно: «Денег нет!» А мы расселить людей своими силами не можем!» – разводят руками представители «Бамтоннельстроя».

Знакомый, в общем, сюжет. Пока магистраль строили, ею гордилась вся страна. А как построили, и возникли новые проблемы, начались поиски «крайнего».

Проблема, с которой столкнулись жители Северомуйска и Разлива, типична для всех без исключения маленьких населенных пунктов, расположенных в зоне Байкало-Амурской магистрали. По данным «Новых Известий», в бараках и щитовых домиках живут более двадцати тысяч строителей БАМа.

«Заложники БАМа» уповают на приезд президента РФ по случаю торжественного пуска тоннеля, да еще на то, что руководство «Бамтоннельстроя» ведет переговоры об участии строителей в прокладке тоннеля под Татарским проливом, который соединит материк с островом Сахалин.

Правда, у них есть еще один шанс остаться при работе и жилье в Северомуйске, но о нем предпочитают говорить шепотом. За те 25 лет, что строился тоннель, он успел так постареть, что, возможно, вскоре торжественного открытия «магистрали века» ее придется снова закрыть. На капитальный ремонт.

Опубликовано в номере «НИ» от 26 сентября 2003 г.


Актуально


Новости дня

Наверх
Читайте наши новости в соцсетях!

Подписаться на новости: