Главная / Газета 16 Сентября 2003 г. 00:00 / Общество

Поганое место

Построенная на болоте пятиэтажка постепенно расправляется со своими жильцами

Алексей ПАНФЕРОВ

На севере Москвы на Вагоноремонтной улице стоит обычная, казалось бы, «хрущевка». Однако за ее стенами творятся страшные вещи. Изнутри дом буквально гниет, а его жильцы все время тяжело болеют. Сами они считают, что стали жертвами выделяющегося из земли болотного газа. Власти же полагают, что люди просто хотят получить новые квартиры.

Болото напоминает о себе постоянно.
Болото напоминает о себе постоянно.
shadow
Типичный пятиэтажный, 120-квартирный дом под номером 17 возвели еще в 1963 году. Раньше на месте «хрущевки» была обычная свалка, оставшаяся еще от находившегося на этом месте кирпичного завода. Старожилы в один голос утверждают, что все вредные отходы просто засыпали тонким слоем земли, а затем начали строить дом. Не прошло и десяти лет, как в подвале «полетели» трубы. С тех пор капитального ремонта так и не было, поэтому комары, крысы и вечная сырость преследуют жильцов злополучной пятиэтажки до сегодняшнего дня.

Мария Демьяновна Лучкина живет в «хрущевке» с 1964 года. 80-летняя старушка со слезами на глазах рассказывала «Новым Известиям» о болячках, которые, как она считает, получила не только из-за постоянной сырости: «Последние пять лет часто мучают приступы удушья. В подъезде долго находиться невозможно – из подвала выделяется неизвестный газ, который проникает во все квартиры на первых этажах». Стоит отметить, что в подъезде действительно очень неприятно пахнет.

«Коренных жителей этого дома почти не осталось, – продолжает Мария Демьяновна, – все вымерли от рака. Даже кошки в подвалах не живут. Вы просто представить себе не можете, какие котята рождаются там – мутанты: глаза не открывают, а если и открывают, то через какое-то время зрачки вываливаются, и они остаются слепыми».

Жители дома №17 рассказывают, что представители соответствующих инстанций наслышаны о проблеме, но почему-то мер не предпринимают.

«Власти говорят, что мы просто утрируем ситуацию. Якобы дом не идет под снос, а мы хотим получить новые квартиры. Утверждают, будто газ, которым постоянно дышим, не что иное, как отрава для крыс, – присоединяется к беседе Надежда Своркина, инвалид второй группы, – но, простите, что же это за отрава, которая пять лет выветриться не может?».

Надежда Дмитриевна приглашает зайти в квартиру, но сразу предупреждает, что условия, в которых она живет, могут напугать неподготовленного человека. Первое, на что обращаешь внимание, – это провалившиеся из-за постоянной влаги полы. Затем невольно обращаешь взгляд на стены и потолок, которые изъедены грибком. «Чтобы узнать, что такое плесень, нам не обязательно покупать сыр рокфор, – пытается разрядить ситуацию муж Своркиной, Олег Евгеньевич. – Все вещи гниют из-за влаги. За лето моя осенняя куртка пришла в полную негодность». И действительно, материал куртки как будто покрыт слоем снега.

«Ремонт мы уже и не пытаемся делать, поняли, что это бесполезное занятие. Что-нибудь починишь, а через месяц уже такое впечатление, будто и не делали ничего все 40 лет. Когда на кухне меняли пол, то с досок дождем лилась вода».

В доме №17 часто болеют дети, особенно те, кто родился в нем. Саше Майченко 8 лет, но пока мальчик вынужден больше времени проводить в больнице, чем в школе. Его мама, Елена Майченко, говорит, что врачи ничем помочь не могут. Проблема в том, что обстановка, в которой находится мальчик, ни к чему, кроме болезней, привести не может. Но на новую квартиру матери-одиночке не заработать.

Дмитрий, бывший профессиональный эколог, сейчас на пенсии. Он выдвигает свою версию происхождения всех бед: дом построен на болотах, которые очень давно «высушили», просто засыпав землей. По его словам, сейчас из-под земли вырывается ядовитый болотный газ, которым и травятся люди. Кстати, жильцы вспоминают, как пару лет назад весной при обработке газона у дома испарения газа с неприятным запахом были вообще видны невооруженным глазом.

Терпению заложников ситуации можно позавидовать. Вся надежда у них только на прессу: «Мы обращались в разные инстанции, но везде говорят, что на исследования непонятного вещества требуются деньги, – встревоженно рассказывает Елена Майченко, – правда, осенью прошлого года приезжали молодые ребята из какого-то института, сделали замеры, но о результатах так ничего и не известно. Даже ремонт в подъездах, который начали делать два года назад, так и не закончили – в ЖЭКе не хватило денег. Сейчас с нетерпением ждем, когда придет зима, потому что зимой запаха почти нет».




Опубликовано в номере «НИ» от 16 сентября 2003 г.


Актуально


Новости дня

Наверх
Читайте наши новости в соцсетях!

Подписаться на новости: