Кто бы мог в 1991 г. назвать ликвидацию ГКЧП трагедией?

Завтра – 13-я годовщина ГКЧП. Накануне «чертового» юбилея сразу два социологических центра – ВЦИОМ и Аналитическая группа Юрия Левады – провели опрос, посвященный неудавшемуся путчу. Как выяснилось, многие россияне сожалеют о давней победе демократии. Более трети опрошенных службой г-на Левады считают, что неудавшийся переворот был «трагическим событием, повлекшим гибельные последствия для страны и народа».

Почти половина россиян (42%) считают, что события 19 августа 1991 года – это «просто эпизод борьбы за власть в высшем руководстве страны». Такие данные были получены в ходе опроса, проведенного Аналитическим центром Юрия Левады. Вместе с тем 36% респондентов считают, что случившееся в дождливый августовский день – «трагическое событие, повлекшее гибельные последствия для страны и народа». И лишь 11% отметили, что август-1991 ознаменовался «победой демократической революции, покончившей с властью КПСС». Ровно столько же респондентов вообще затруднились что-либо сказать об этом событии.

Между тем социологи не ограничились оценкой событий 13-летней давности, предложив гражданам охарактеризовать путь, по которому пошла страна после 1991-го. Выяснилось, что половина опрошенных (49%) считают, что начиная с этого момента страна пошла в неправильном направлении. И только 27% людей, напротив, полагают, что события 1991 года привели к улучшению жизни россиян. Причем 14% из тех, кто считает, что жить стало хуже, а страна пошла не в том направлении, заявили, что первый президент России Борис Ельцин был некомпетентен и во многом ошибался. 13% респондентов считают, что недальновидностью страдал не Борис Николаевич, а его предшественник президент СССР Михаил Горбачев. А еще 12% отметили, что вина за последствия августовского путча лежит не на конкретных особах, а на алчных чиновниках, «которые стремились прикарманить богатства России».

Достаточно неожиданные высказывания респондентов «Новым Известиям» прокомментировал сам Юрий Левада. По его мнению, некоторые результаты событий августа 1991-го оказались в тени последующих потрясений, а потому общество воспринимает их не совсем адекватно. «Но это ни в коем случае не ошибка общественного мнения, – полагает г-н Левада. – Это скорее последствия действий властей, которые старательно это мнение пытаются не замечать».

Другой аналитический центр – ВЦИОМ – также подготовил социологическую выборку. Правда, судя по цифрам, в опросе приняли участие менее политизированные люди. С течением лет, утверждают во ВЦИОМ, число тех, кто вообще не понял, что произошло 19 августа 1991 года, неуклонно растет. Если в августе 2001 года 32% респондентов не в состоянии были дать оценку путчу, то сегодня их уже 41%. Прочие показатели за истекшие три года практически не изменились. 13% отметили, что в 1991 году их симпатии были на стороне ГКЧП. А 30% по-прежнему одобряют действия Бориса Ельцина и его сторонников. 39% опрошенных государственной социологической службой заявили, что не испытывали симпатий ни к одной из сторон противостояния.

Как вы сегодня оцениваете события августа 1991-го? Александр РУЦКОЙ, экс-губернатор Курской области: – Что такое ГКЧП? Это была попытка людей сохранить СССР. Не ту прогнившую систему, которую мы получили к концу 80-х, а именно великую страну братских народов. Каковы были действия «протестантов» – это вопрос другой. Но большинство участников кровавого путча – Варенников, Язов, Крючков – давали присягу Родине. Я по-прежнему считаю верным, что попытался убедить Бориса Николаевича Ельцина выпустить заключенных на свободу. А что сейчас? Какой из народов выиграл после развала страны? А вина за все это лежит на одном человеке, который сейчас пал так низко, что даже рекламировал пиццу по телевизору. Сергей ГЛАЗЬЕВ, депутат Госдумы: – Спустя 13 лет после трагических событий очевидно, что распад СССР был обусловлен не столько объективными причинами, сколько сговором «республиканцев». Большинство бывших союзных республик осталось в руках у партийной номенклатуры, которая в зависимости от местной специфики перерастает либо в криминальную олигархию, либо в феодальную верхушку. Однако по-прежнему геополитическая и экономическая стабильность на постсоветском пространстве зависит от стратегии, разработанной в Москве. Но тем хуже, что эта стратегия остается невнятной и противоречивой. Ирина ХАКАМАДА, глава оргкомитета партии «Свободная Россия»: – Для меня август 1991 года – переломный этап в жизни. Он связан с победой в России романтической демократии, которая в силу утопической эйфории ее носителей так и не обрела должного смысла. Демократы до сих пор не проанализировали последствия событий 13-летней давности. И пока этого не произойдет, мы будем находиться на перепутье – между ограничительными барьерами авторитарного режима власти и надеждой на выздоровление инфантильных демократов. Эдуард ТОПОЛЬ, автор книги «Красная площадь»: – Я совершенно никак своего мнения не поменял. 19 августа 1991 года произошла последняя отрыжка советской власти и коммунистической доктрины. Однако победившая демократия не воспользовалась появившимся шансом на выздоровление, на пробуждение страны от спячки. И сейчас мы пожинаем плоды той неудачной попытки перелома массового сознания. Сегодня, конечно, налицо некоторые факторы раскрепощения и людей, и страны. Полного контроля нет, а неполный есть. Полного ограничения свободы слова уже не существует, а частичное присутствует. Хотя это все-таки зависит от желания контролируемых быть контролируемыми.

Половина россиян оценивает события августа 1991 года «как эпизод борьбы за власть в высшем руководстве страны»

© 2008, «ЗАО «Газета Новые Известия»